https://www.dushevoi.ru/products/smesiteli/dlya_vanny/s-dushem/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


государство, становясь сильнее другого государства, приобретает свою мощь
независимо от справедливости или обязательно в сочетании с нею?
Хотя мы и говорим, что когда-то кое-что было совершено благодаря энергичным
совместным действиям тех, кто несправедлив, однако в этом случае мы
выражаемся не совсем верно. Ведь они не пощадили бы друг друга, будь они
вполне несправедливы, стало быть ясно, что было в них что-то и
справедливое, мешавшее им обижать друг друга так, как тех, против кого они
шли.

Глава 1
ОглавлениеКнига перваяКнига втораяКнига третьяКнига четвертаяКнига
пятаяКнига шестаяКнига седьмаяКнига восьмаяКнига девятаяКнига десятая
Книга вторая
Главкон. Скажи-ка мне, представляется ли тебе благом то, что для нас
приемлемо не ради его последствий, но ценно само по себе? Вроде как,
например, радость или какие-нибудь безобидные удовольствия - они в
дальнейшем ни к чему, но они веселят человека.
- К какому же виду благ ты относишь справедливость?
- Я-то полагаю, что к самому прекрасному, который и сам по себе, и по своим
последствиям должен быть ценен человеку, если тот стремится к счастью.
- А большинство держится иного взгляда и относит ее к виду тягостному,
которому можно предаваться только за вознаграждение, ради уважения и славы,
сама же она по себе будто бы настолько трудна, что лучше ее избегать. -
Фрасимах, по-моему, слишком скоро поддался, словно змея, твоему заговору, а
я все еще не удовлетворен твоим доказательством как той, так и другой
стороны вопроса. Я желаю услышать, что же такое справедливость и
несправедливость и какое они имеют значение, когда сами по себе содержатся
в душе человека; а что касается вознаграждения и последствий, это мы
оставим в стороне.
Говорят, что творить несправедливость обычно бывает хорошо, а терпеть ее -
плохо. Однако, когда терпишь несправедливость, в этом гораздо больше
плохого, чем бывает хорошего, когда ее творишь. Поэтому, когда люди
отведали и того и другого, то есть и поступали несправедливо, и страдали от
несправедливости, тогда они... нашли целесообразным договориться друг с
другом, чтобы и не творить несправедливость, и не страдать от нее. Отсюда
взяло свое начало законодательство и взаимный договор. Установления закона
и получили имя законных и справедливых - вот каково происхождение и
сущность справедливости. Таким образом, она занимает среднее место - ведь
творить несправедливость, оставаясь притом безнаказанным, это всего лучше,
а терпеть несправедливость, когда ты не в силах отплатить, - всего хуже.
Справедливость же лежит посередине между этими крайностями, и этим
приходится довольствоваться, но не потому, что она благо, а потому, что
люди ценят ее из-за своей собственной неспособности творить
несправедливость. Никому из тех, кто в силах творить несправедливость, то
есть кто доподлинно муж, не придет в голову заключать договоры о
недопустимости творить или испытывать несправедливость - разве что он
сойдет с ума. Такова, Сократ, - или примерно такова - природа
справедливости, и вот из-за чего она появилась, согласно этому рассуждению.
А что соблюдающие справедливость соблюдают ее из-за бессилия творить
несправедливость, а не по доброй воле, это мы всего легче заметим, если
мысленно сделаем вот что: дадим полную волю любому человеку, как
справедливому, так и несправедливому, творить все, что ему угодно, и затем
понаблюдаем, куда его поведут его влечения. Мы поймаем справедливого
человека с поличным: он готов пойти точно на то же самое, что и
несправедливый, - причина тут в своекорыстии, к которому как к благу,
стремится любая природа, и только с помощью закона, насильственно ее
заставляют соблюдать надлежащую меру.
Вот это и следует признать сильнейшим доказательством того, что никто не
бывает справедливым по своей воле, но лишь по принуждению, раз каждый
человек не считает справедливость самое по себе благом, и, где только в
состоянии поступать несправедливо, он так и поступает. Ведь всякий человек
про себя считает несправедливость гораздо более выгодной, чем
справедливость... Если человек, овладевший такою властью, не пожелает
когда-либо поступить несправедливо и не притронется к чужому имуществу, он
всем, кто это заметит, покажется в высшей степени жалким и неразумным, хотя
люди и станут притворно хвалить его друг перед другом - из опасения, как бы
самим не пострадать. Вот как обстоит дело. -
Адимант. И отцы, когда говорят и внушают своим сыновьям, что надо быть
справедливыми, и все, кто о ком-либо имеет попечение, одобряют не самое
справедливость, а зависящую от нее добрую славу, что бы тому, кто считается
справедливым, достались и государственные должности, и выгоды в браке, то
есть все то, о чем сейчас упоминал Главкон, говоря о человеке, пользующемся
доброй славой, хотя и несправедливым. Более того, эти люди ссылаются и на
другие преимущества доброй славы. Они говорят, что те, кто добился
благосклонности богов, получают от них блага, которые, как они считают,
боги даруют людям благочестивым
А согласно другим учениям, награды, даруемые богами, распространяются еще
дальше: после человека благочестивого и верного клятвам останутся дети его
детей и все его потомство. Вот за что - и за другие вещи в этом же роде -
восхваляют они справедливость. А людей нечестивых и неправедных они
погружают в какую-то трясину в Аиде и заставляют носить решетом воду.
Все в один голос твердят, что рассудительность и справедливость - нечто
прекрасное, однако в то же время тягостное и трудное, а быть разнузданным и
несправедливым приятно и легко и только из-за общего мнения и закона это
считается постыдным. Говорят, что несправедливые поступки по большей части
целесообразнее справедливых: люди легко склоняются к тому, чтобы и в
общественной жизни, и в частном быту считать счастливыми и уважать
негодяев, если те богаты и вообще влиятельны, и не во что не ставить и
презирать каких-нибудь немощных бедняков, пусть даже и признавая, что они
лучше богачей.
Из всего этого наиболее удивительны те взгляды, которые высказывают
относительно богов и добродетели, - будто бы и боги уделяют несчастье и
плохую жизнь многим хорошим людям, а противоположным - и противоположную
участь. Нищенствующие прорицатели околачиваются у дверей богачей, уверяя,
будто обладают полученной от богов способностью жертвоприношениями и
заклинаниями загладить тяготеющий на ком-либо или на его предках проступок,
причем это будет сделано приятным образом среди празднеств. ...Они уверяют,
что с помощью каких-то заклятий и узелков они склоняют богов себе на
службу. -
И сколько же такой всякой всячины, дорогой Сократ, утверждается
относительно добродетели и порочности и о том, как они расцениваются у
людей и у богов! Что же под впечатлением всего этого делать, скажем мы,
душам юношей? ... По всей вероятности, юноша задаст самому себе вопрос
наподобие Пиндара:
Правдой ли взойти мне на вышнюю крепость
Или обманом и кривдой - и под их защитой провести жизнь? Судя по этим
рассказам, если я справедлив, а меня таковым не считают, пользы мне от
этого, как уверяют, не будет никакой, одни только тяготы и явный ущерб.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 169 170 171 172 173 174 175 176 177 178 179 180 181 182 183 184 185 186 187 188 189 190 191 192 193 194 195 196 197 198 199 200 201 202 203 204 205 206 207 208 209 210 211 212 213 214 215 216 217 218 219 220 221 222 223 224 225 226 227 228 229 230 231 232 233 234 235 236 237 238 239 240 241 242 243 244 245 246 247 248 249 250 251 252 253 254 255 256
 458.124.21.1 

 плитка португальская