https://www.dushevoi.ru/products/dushevye-kabiny/80x90/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Но все эти больные с навязчивыми состояниями
склонны к повторениям, ритмизации при исполнении действий и их
изолированию от других. Большинство из них слишком много моется.
Больные, страдающие агорафобией (топофобией, боязнью пространства),
которую мы больше не относим к неврозу навязчивых состояний, а опре-
деляем как истерию страха (Angsthysterie), повторяют в своих картинах
болезни часто с утомительным однообразием одни и те же черты. Они
боятся закрытых пространств, больших открытых площадей, далеко тяну-
щихся улиц и аллей. Они чувствуют себя в безопасности, если их сопро-
вождают знакомые или если за ними едет экипаж и т. д. На эту общую
основу, однако, отдельные больные накладывают свои индивидуаль-
ные условия, капризы, хотелось бы сказать, в отдельных случаях прямо
противоположные друг другу. Один боится только узких улиц, другой -
только широких, один может идти только тогда, когда на улице мало
людей, другой - когда много. Точно так же и истерия при всем богатст-
ве индивидуальных черт имеет в избытке общие типичные симптомы,
которые, по-видимому, не поддаются простому историческому объясне-
нию. Не забудем, что это ведь те типичные симптомы, по которым мы
ориентируемся при постановке диагноза. Если мы в одном случае исте-
рии действительно свели типичный симптом к одному переживанию или
к цепи подобных переживаний, например, истерическую рвоту к послед-
ствиям впечатлений отвращения, то мы теряем уверенность, когда анализ
рвоты в каком-то другом случае вскроет совершенно другой ряд видимо
действующих переживаний. Тогда это выглядит так, как будто у истерич-
ных рвота проявляется по неизвестным причинам, а добытые анализом
исторические поводы являются только предлогами, используемыми этой
внутренней необходимостью, когда они случайно оказываются.
Таким образом, мы скоро приходим к печальному выводу, что хотя
мы можем удовлетворительно объяснить смысл индивидуальных невроти-
ческих симптомов благодаря связи с переживанием, паше искусство,
однако, изменяет нам в гораздо более частых случаях типичных симпто-
мов. К этому следует добавить еще то, что я познакомил вас далеко не
со всеми трудностями, возникающими при последовательном проведении
исторического толкования симптомов. Я и не хочу этого делать, потому
что хотя я намерен ничего не приукрашивать или что-то скрывать от
вас. по я и не могу допустить, чтобы с самого начала наших совместных
исследований вы были беспомощны и обескуражены. Верно, что мы поло-
жили лишь начало пониманию значения симптомов, но мы будем при-
держиваться приобретенных знаний и шаг за шагом продвигаться в объ-
яснении еще не понятого. Попробую утешить вас соображением, что
все-таки вряд ли можно предполагать фундаментальное различие между
одним и другим видом симптомов. Если индивидуальные симптомы так
очевидно зависят от переживания больного, то для типичных симптомов
остается возможность, что они ведут к переживанию, которое само типич-
но. обще всем людям. Другие постоянно повторяющиеся черты могут
быть общими реакциями, навязанными больному природой болезненного
изменения, например, повторение или сомнение при неврозе навязчивых
состояний. Короче говоря, у нас нет никакого основания для того, чтобы
заранее падать духом, посмотрим, что будет дальше.
С совершенно аналогичным затруднением мы сталкиваемся и в тео-
рии сновидения. В наших прежних беседах о сновидении я не мог кос-
нуться ее. Явное содержание сновидений бывает чрезвычайно разнооб-
разным и индивидуально изменчивым, и мы подробно показали, что мож
но получить из этого содержания благодаря анализу. Но наряду с этик
встречаются сновидения, которые тоже называются <типичными>,- оди
паковые у всех людей сновидения однообразного содержания, кото
рые ставят анализ перед теми же трудностями. Это сновидения о паде
нпи, летании, парении, плавании, состоянии стесненности, о наготе ]
другие известные страшные сновидения, которым у отдельных лиц дается
то одно, то другое толкование, причем ни монотонность, ни типичност:
се проявления не находят своего объяснения. Но и в этих сновидения:
мы наблюдаем, что общая основа оживляется индивидуально изменчивы
ми прибавлениями и, вероятно, при углублении наших представлени:
они тоже без натяжки могут быть объяснены теми особенностями жизн
сновидений, которые мы открыли на материале других сновидений.
ВОСЕМНАДЦАТАЯ ЛЕКЦИЯ
Фиксация на травме, бессознательное
Уважаемые дамы и господа! В прошлый раз я сказал, что мы нам'
рены продолжать нашу работу, не оглядываясь на наши сомнения, а и
^одя из наших открытий. О двух самых интересных следствиях, выт
кающих из анализов обоих примеров, мы вообще еще не сказали.
Первое: обе пациентки производят впечатление, как будто они фикс^
ровапы на каком-то определенном отрезке своего прошлого, не ТАОГ.
Часть третья. Общая теория неврозов
Восемнадцатая лекция. Фиксация на травме, бессознательное
освободиться от него и поэтому настоящее и будущее остаются им чуж-
дыми. Они прячутся в своей болезни, как раньше имели обыкновение
удаляться в монастырь, чтобы доживать там свой век. Для нашей пер-
вой пациентки такую участь уготовил расторгнутый в действительности
брак с ее мужем. Своими симптомами она продолжает общение со своим
мужем; мы научились понимать те голоса, которые выступают за него,
извиняют и возвышают его, оплакивают его потерю. Хотя она молода и
могла бы понравиться другим мужчинам, она предприняла все реальные
и воображаемые (магические) предосторожности, чтобы сохранить ему
верность. Она не показывается у посторонних, не следит за своей внеш-
ностью, но она также не в состоянии быстро встать с кресла, на котором
сидела, и отказывается подписывать свою фамилию, не может никому
сделать подарка, мотивируя это тем, что никто не должен ничего иметь
от нее.
У нашей второй пациентки, молодой девушки, эротическая привязан-
ность к отцу, возникшая до половой зрелости, сделала в ее жизни то же
самое. Она тоже пришла к выводу, что не может выйти замуж, пока она
так больна. Смеем предположить, что она так заболела, чтобы не выхо-
дить замуж и остаться с отцом.
Мы не можем обойти вопроса о том, как, каким путем и в силу
каких мотивов может возникнуть такая странная и невыгодная жизнен-
ная установка. Допустим, что данное поведение является общим призна-
ком невроза, а не особым свойством этих двух больных. Это в самом деле
общая, практически очень значимая черта всякого невроза. Первая исте-
рическая пациентка Брейера была подобным же образом фиксирована на
том времени, когда она ухаживала за своим тяжело заболевшим отцом.
Несмотря на свое выздоровление, она с тех пор в известном смысле по-
кончила с жизнью, хотя осталась здоровой и трудоспособной, но отказа-
лась от естественного предназначения женщины. Благодаря анализу мы
можем у каждого из наших больных обнаружить, что он в своих симпто-
мах болезни и их последствиях перенесся в определенный период своего
прошлого. В большинстве случаев он выбирал для этого очень раннюю
фазу жизни, время своего детства, и даже, как ни смешно это звучит,
младенчество.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64
 сауна кабина 

 плитка 33х33