https://www.dushevoi.ru/brands/Hansa/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

В конце концов все сводится к технике.
Что за случайность! Снова европейское, а не свое, не американс-
кое изобретение. Техника создана Европой в XVIII и XIX столе-
тиях. И опять совпадение - в эти века создавалась Америка. А
нас еще серьезно уверяют, что сущность Америки в ее практичес-
ком и техническом восприятии жизни! Гораздо вернее было бы
сказать: Америка, как всякая колония, омолодила старые пароды,
особенно европейские. Подобно России, хотя и по другим причи-
нам, США являют собою тот особый исторический феномен, ко-
торый мы называем <новым народом>. Это могут счесть лишь
фразой, но это реальный факт. Америка сильна своей юностью,
которая служит современной заповеди, <технизации>, но с таким
же успехом могла бы служить буддизму, если бы он был лозун-
гом эпохи. Этим Америка только начинает свою историю. Ее
испытания, затруднения, конфликты только развертываются. Еще
многое должно прийти, в том числе - и ничуть не связанное с
практицизмом и техникой. Америка моложе России.. Я всегда
утверждал, что американцы - народ первобытный, закамуфлиро-
ванный новейшими изобретениями; и боялся, что преувеличиваю.
Но Уолдо Франк в <Новом открытии Америки> откровенно го-
ворит то же самое. Америка еще не страдала, и было бы иллюзией
считать, что она уже обладает добродетелями властителя.
Если вы не хотите прийти к пессимистическому выводу, что
править некому, и тем самым исторический мир снова обратится
в хаос, вернемся к исходному пункту и серьезно спросим себя:
верно ли, что Европа - на закате и слагает.с себя господство,
отрекается от него? Быть, может, видимость упадка - благотвор-
ный кризис, который поможет Европе стать подлинной Европой?
Быть может, упадок европейских нации неизбежен a priori, чтобы
в один прекрасный день возникли Соединенные Штаты Европы
и плюрализм ее сменился истинным единством?
Власть и подчинение решают в каждом обществе. Если неяс-
но, кто приказывает и кто повинуется, все идет туго. Даже внут-
ренняя, личная жизнь каждого индивида (за исключением гени-
ев) нарушается и искажается. Если бы человек был одиночкой,
лишь случайно вступающей в общение с остальными людьми, он,
вероятно, мог бы избежать потрясений, которые порождает кри-
зис власти. Но человек по внутренней своей природе - существо
социальное, и на его личность влияют те события, которые непос-
редственно касаются только общества как целого. Поэтому дос-
таточно рассмотреть индивида, чтобы понять, как в его стране
ставится проблема власти и подчинения.
Было бы интересно и даже поучительно проделать такой опыт,
разобрав характер среднего испанца. Однако это было бы на-
столько неприятно, что я ограничусь выводами. Мы обнаружили
бы огромное падение нравов, распущенность, огрубение, деграда-
цию, ибо у Испании уже несколько веков нечиста совесть, если
речь идет о власти и подчинении. Падение нравов происходит
оттого, что пороки становятся привычными, Постоянными, все же
считаясь пороками. Поскольку порочность и ненормальность не
превратишь в здоровый порядок, для индивида не остается иного
выхода, как приспособиться и стать соучастником недолжного. У
всех народов бывали периоды, когда ими пытались править, кто
править не должен; но здоровый инстинкт помогал им напрячь
все силы и отразить неправомерные притязания. Они восставали
против беззакония и тем восстанавливали общественную нрав-
ственность. Испанцы поступили наоборот: вместо того чтобы про-
тивиться власти, неприемлемой для их внутреннего чувства, они
предпочли извратить все свое существо и бытие, приспособив его
к неправде. Пока у нас такое положение, напрасно ожидать чего-
либо от испанцев. В обществе, где государство, самая власть по-
строены на лжи, нет силы и гибкости, а без них не выполнишь
нелегкой задачи - нс утвердишь себя достойно в истории.
Так странно ли, что стоит слегка поколебаться, усомниться, кто
правит миром, чтобы повсюду - и в о.6щественной, и в частной
жизни - началось нравственное разложение?
Человеческая жизнь по самой своей природе должна быть
чему-то посвящена - славному делу или скромному, блестящей
или будничной судьбе. Наше бытие подчинено удивительному, но
неумолимому условию. С одной стороны, человек живет собою и
280
для себя. С другой стороны, если он не направит жизнь на слу-
жение какому-то общему делу, то она будет скомкана, потеряет
цельность, напряженность и <форму>. Мы видим сейчас, как мно-
гие заблудились в собственном лабиринте, потому что им нечему
себя посвятить. Все заповеди, все приказы потеряли силу. Каза-
лось бы, чего лучше - каждый волен делать, что ему вздумается, и
народы тоже. Европа ослабила вожжи, которыми управляла ми-
ром. Но результат оказался другим, чем ожидали. Жизнь, посвя-
щенная самой себе, потеряла себя, стала пустой, бесцельной. А так
как нужно чем-то себя наполнить, она выдумывает пустые заня-
тия, не говорящие ничего ни уму, ни сердцу. Сегодня ее тянет к
адному, завтра к другому, противоположному. Жизнь гибнет, ког-
да она предоставлена самой себе. Эгоизм - это лабиринт. Что ж,
вполне понятно. Подлинная жизнь должна стремиться к чему-то,
идти к цели. Цель - не мое стремление, не моя жизнь, но то, чему я
жизнь посвящаю; таким образом, она вне жизни. Если я посвя-
щаю жизнь только себе самому, живу эгоистом, я не продвигаюсь
вперед и никуда не прихожу; я вращаюсь на одном месте. Это и
есть лабиринт, - путь, который никуда не ведет, теряется сам в
себе, ибо в себе блуждает.
После войны европеец замкнулся; у него ничего нет впереди,
ни для себя, ни для других. Поэтому исторически мы сейчас там
же, где были десять лет назад.
Управлять не так-то просто. Власть - давление, оказываемое
на других; но это еще не все, иначе это было бы просто насилие.
Нельзя забывать, что у власти две стороны: приказывают кому-
то, но приказывают и что-то. Что же? В конечном счете участво-
вать в каком-то деле, в творчестве истории. У каждого прави-
тельства есть жизненная программа, точнее - программа правле-
ния. Как сказал Шиллер: <Когда короли строят, у возчиков есть
работа>.
Поэтому мы не согласны с тем банальным взглядом, который
видит в действиях великих людей и народов только эгоистичес-
кие мотивы. Быть чистым эгоистом не так-то легко, да они ни-
когда и не добивались успеха. Кажущийся эгоизм великих наро-
дов и великих людей - не что иное, как неизбежная твердость,
присущая каждому, кто посвятил жизнь какому-то делу. Если
^ам действительно предстоит что-то сделать, если мы должны
посвятить себя служению, от нас нельзя требовать, чтобы мы уде-
ляли внимание прохожим и совершали маленькие <добрые дела>.
Путешественникам очень нравится, что, если спросишь исп_
где такая-то улица или площадь, он часто идет с вами до са>.
места. Но я все думаю: шел ли он вообще куда-нибудь? *
гуляет ли мой соотечественник лишь затем, чтобы встретить
проводить иностранца?
Сомнение в том, что кто-то еще правит миром, ощущае
сейчас Европе; но положение станет угрожающим, когда сок
ние перекинется и к остальным материкам и народам (исклю
разве самых юных, до исторических). Однако еще опаснее,
это <топтание на месте> может совершенно деморализовать ^
мих европейцев.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 169 170 171 172 173 174 175 176 177 178 179 180 181 182 183 184 185 186 187 188
 https://sdvk.ru/Dushevie_kabini/gidromassazhniye/ 

 Уралкерамика Demi