https://www.dushevoi.ru/products/tumby-s-rakovinoy/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z


 


Супруга была в общем-то довольна тем, что придется возвращаться на Родину к своим детям и внукам. Все-таки тоска по Родине все время нас сопровождала и, хотя мы на Кубе жили прекрасно, тем не менее тяга по родному дому нас не покидала. Это чувство раздвоенности объяснить очень трудно. Все процессы протекают где-то глубоко в подсознании. Автоматически работает какой-то механизм сопоставления. Например, не та трава: здесь она жесткая, а дома мягкая. На Родине бывает зима со снегом и морозами, а здесь все вечнозеленое, деревья ежедневно сбрасывают листву, оставаясь при этом зелеными, а не так, как у нас, когда осенью наступает листопад («в багрец и золото одетые леса»). И небо не такое, и солнце жгучее, а не греющее ласково, и дожди не те. И многое-многое другое. Осознание разницы все время присутствует в подсознании, вызывая щемящее чувство ностальгии по родным местам.
Мы быстро собрали свои пожитки, нам в этом помогали И.Ерохин и В. Груздев (мой шофер). Я же, кроме сборов, завершая свои дела в представительстве, попрощался с работниками Хусеплана, руководителями министерств и ведомств, с кем пришлось бок о бок работать два года. Ю.Петров в своей резиденции дал прощальный ужин, на котором присутствовали все советники посольства и секретарь парткома. Вручили они мне на память и благодарственный адрес, который я до сих пор храню в своем архиве. Привожу выдержку из него:
«Работая в республике Куба, Вы снискали глубокое уважение и авторитет в советских коллективах своим внимательным и требовательным отношением к людям, принципиальным и последовательным подходом к решению проблем, личным примером в труде. В непростых условиях нам удалось найти новые подходы к развитию советско-кубинского сотрудничества. Вашу деятельность в качестве Представителя Госплана СССР высоко оценивают и кубинские друзья.
Надеемся, что у Вас эти годы навсегда останутся в памяти. Вы увозите в Москву частицу тепла кубинского солнца, неповторимой свежести океана, темперамента гордых и свободолюбивых людей прекрасного острова».
Кстати, расставались мы с Ю.Петровым ненадолго, так как в августе того же года он стал руководителем администрации президента России (Б.Ельцин и Ю.Петров оба были свердловчане, а Ю.Петров после Б.Ельцина был назначен первым секретарем Свердловского обкома КПСС). Выслушав много теплых слов и добрых пожеланий, мы вылетели в Москву.
Устроили нас на даче в Успенском. Она была расположена в сосновом лесу и представляла собой двухэтажный дом. В нем имелось все необходимое для нормальной жизни: мебель, холодильник, посуда и т.п. (вопрос о выделении квартиры в Москве был окончательно решен только в августе, когда необходимость в ней уже отпала после отставки Правительства СССР и нашем твердом решении вернуться в Эстонию к родным).
Жена сразу же стала его обживать, а я выехал на работу в Министерство, которое находилось на улице Куйбышева недалеко от Красной площади.
Встретили меня в коллективе Министерства доброжелательно, с готовностью сотрудничать и оказывать на первых порах необходимую помощь. Уверен, что В.Щербаков сыграл в создании такой благоприятной атмосферы свою роль.
Штат сотрудников состоял из опытных и высококвалифицированных специалистов. Особенно мне повезло с помощниками, к числу которых я вскоре присоединил и А.Трегубова, который долгие годы был постоянным представителем Эстонии при Правительстве СССР, а сейчас в связи со сменой власти в республике остался не у дел. Он мне очень помог в эти полгода своими советами. А.Трегубов остался верен мне и после расформирования Правительства. К сожалению, он рано ушел из жизни.
Особенно повезло мне с управляющим делами Министерства Ю.Крапивиным - спокойным, уравновешенным, квалифицированным и талантливым руководителем, который управлял огромным потоком документов, работой секретариата и помощников, охраной здания и т.д. Он ограждал меня от пустяковых дел и документов, направляя их напрямую заместителям, а также от ненужных посетителей. Мы с ним разбирали почту, как правило, в вечернее время, иногда до 23 часов.
Мой рабочий день начинался в 8 утра - на час раньше установленного распорядком по Министерству. Управделами к этому времени уже всегда был на месте, сообщая самую важную информацию и передавая на мое рассмотрение наиболее срочные документы. В это же время мы с ним уточняли план работы на текущую неделю и наступивший рабочий день. Для того, чтобы быть на рабочем месте к 8 утра, мне надо было вставать в 6 часов. Приезжал домой поздно вечером, нередко в полночь. Так что для сна оставалось часов пять. С супругой и внуком Жюльеном, которого она вскоре привезла из Таллинна (в мае 1991 года родился Тимур - второй сын у дочери и наш четвертый внук), я в течение недели практически не виделся, кроме второй половины субботы и воскресенья, когда не ездил на работу. Первую половину субботы мы с замами работали, не спеша рассматривая те или иные накопившиеся за неделю проблемы. На воскресенье я часто вынужден был брать с собой наиболее важные документы, например, проекты докладов на заседание Правительства или на сессию Верховного Совета СССР. Вообще следует заметить, что и Верховный Совет и Правительство отнимали много рабочего времени. Не было недели, чтобы я не должен был выступать по тому или иному вопросу в Верховном Совете, так как социальная проблематика становилась с каждым днем все более и более актуальной, особенно такие проблемы, как безработица, индексация доходов населения в связи с растущей инфляцией, величина прожиточного минимума населения и т.д. Часто обращалось к социальным вопросам и Правительство. Многие вопросы в Правительстве решались в рабочем порядке у В.Щербакова, а не на заседании Кабинета Министров (КМ) или его Президиума.
Кроме того, функционировал так называемый треугольник: профсоюзы, Правительство и Минтруд. Систематически проходили рабочие совещания этой тройки, как правило, у В.Щербакова. Но в мае месяце состоялось большое совещание в доме профсоюзов, в котором принял участие и Премьер-министр В.Павлов. В итоге было подписано соглашение между КМ СССР и Советом Всеобщей Конфедерации профсоюзов по трудовым и социально-экономическим вопросам на 1991 год. До этого КМ СССР принял ряд документов, предусматривающих формирование системы трехстороннего социального партнерства между органами государственного управления, профсоюзами и собственниками средств производства.
Диапазон вопросов, которыми мне пришлось заниматься, был довольно обширным. Приведу в качестве примера на выборку наименования только некоторых постановлений Минтруда, которые я подписал: об обучении высвобождаемых работников и незанятого населения; об условиях оплаты труда и ежегодном отпуске работников психолого-медико-педагогических консультаций; о порядке проведения экспертизы условий труда; о должностных окладах отдельных работников всесоюзных пионерских лагерей «Артек» им. В.И.Ленина и «Океан» и т.д.
Но главное внимание уделял налаживанию тесного и равноправного сотрудничества с союзными республиками. Для меня это было приоритетным направлением работы. Именно на нем я сосредоточил усилия сотрудников Минтруда. И они принесли свои результаты, что еще раз убедило меня в том, что если бы М.Горбачев осуществил бы своевременно реформу по децентрализации управления, которую мы в 1988 году начали в Эстонии разрабатывать, то он бы выбил тем самым почву из-под ног сепаратистов. Причем в процессе работы с республиками я видел с их стороны понимание необходимости такого координирующего (а не указующего) органа, как Минтруд, кроме, пожалуй, Российской Федерации, Президент которой Б.Ельцин проводил политику бескомпромиссной и беспощадной войны с центральной общесоюзной властью, добиваясь развала СССР. В социальной сфере он использовал набор популистских мер, которые подрывали основы межреспубликанского сотрудничества, вели к разбалансированию денежного обращения и обострению дефицита на рынке товаров народного потребления и услуг. Мне порой было искренне жаль Министра труда РСФСР В.Калашникова, который во время совещаний в Минтруде, которые мы проводили с участием представителей союзных республик, часто отлучался, чтобы посоветоваться по той или иной проблеме с администрацией Б.Ельцина. И такие походы, как правило, завершались несогласием России одобрить тот или иной документ, который другие республики уже готовы были парафировать.
Итак, что же удалось за этот чрезвычайно короткий срок (3 месяца с небольшим) сделать, чтобы наладить взаимодействие Минтруда СССР с союзными республиками?
31 мая 1991 года было подписано Соглашение между Минтрудом СССР и органами по труду и социальным вопросам союзных республик «О распределении функций по уровням управления государственной экспертизы условий труда». Данное соглашение подписали 9 республик.
Было подготовлено Соглашение между Союзом ССР и союзными республиками по гарантиям пенсионного обеспечения граждан и функционированию Пенсионного фонда СССР.
16 июля 1991 года на Коллегии Минтруда был обсужден проект Соглашения в области реализации социальных программ и обеспечения социальных гарантий граждан СССР на 1991-1992 годы. Этот проект был в принципе согласован со всеми республиками, кроме Литвы и Молдовы. Но я уверен, что и эти республики рано или поздно присоединились бы к этому Соглашению, если бы не развал СССР, осуществленный месяц спустя М.Гобачевым и Б.Ельциным.
Я не буду подробно описывать ситуацию, которая сложилась летом 1991 года. Коротко говоря, она была катастрофической. Страну сотрясали манифестации, митинги, забастовки. Последние организовывались, как правило, т.н. «независимыми» профсоюзами, которые имели тесные контакты с зарубежьем. Забастовка воркутинских шахтеров, состоявшаяся, кажется, в мае 1991 года, была настолько грозной, что М.Горбачев собрал у себя экстренное совещание для выработки мер по ее прекращению. На нем присутствовали В.Павлов, В.Щербаков, министр финансов В.Орлов и я. Совещались долго. В.Павлов все время молчал, сидел багровый и насупившийся. Часа через два в небольшую комнату, где мы сидели за круглым столом, вошел помощник М.Горбачева и что-то ему шепнул. Тот объявил перерыв. Мы с В.Щербаковым были заядлыми курильщиками и первым делом выбежали в длинный кремлевский коридор, где с наслаждением затянулись дымом от сигареты. Дверь в приемную М.Горбачева была открыта. И вдруг послышался голос М.Горбачева, приглашавшего нас придти. Оказывается, по программе «Время» начали показывать репортаж о заключительной пресс-конференции М.Горбачева в Токио в последний день его официального визита в Японию. Мы с досадой бросили недокуренные сигареты и встали рядом с М.Горбачевым, который с явным удовольствием смотрел репортаж. В какой-то момент он громко рассмеялся и, толкнув меня плечом, сказал: «Ну, как, здорово я его подцепил, а?» Он прямо-таки сиял от радости, ибо, по его мнению, он ловко сумел ответить на каверзный вопрос какого-то журналиста. Я пишу об этом эпизоде, чтобы показать натуру М.Горбачева. Характерными чертами его характера были тщеславие и самонадеянность. Поведение В.Павлова было как бы контрастом поведению М.Горбачева. Действительно, ну какое значение имел удачный ответ на пресс-конференции в Японии на фоне темы вечернего совещания! Так и хочется сказать про него: как с гуся вода! Да и сегодня, когда он отвечает на вопросы журналистов о развале СССР и своей личной ответственности за эту трагедию, он, как ни в чем не бывало, говорит о том, что он дал людям свободу и все, что произошло в 1991 году, - это, мол, не следствие его политики. Совещание продолжалось еще долго. Мы вымучили какой-то текст заявления М.Горбачева, с которым, по-моему, он так и не выступил.
За время короткого пребывания на посту Министра мне пришлось дважды представлять страну на международных форумах: на очередной сессии МОТ в Женеве и на совещании министров труда стран Европы в Праге. У меня был чрезвычайно активный и опытный заместитель по внешним делам А.Чернышов. Он очень помог при подготовке обеих командировок, а также в вопросах приема иностранных делегаций в министерстве. О некоторых впечатлениях этой стороны моей деятельности хотелось бы поведать.
Что касается поездки в Женеву, то об одном запомнившемся эпизоде с кубинцами я уже рассказал. Не могу не упомянуть о беседе с министром труда США, которая состоялась по ее инициативе, а также приеме, которая она дала для всех делегаций в шикарном представительском доме на берегу Женевского озера, где мы с ней сфотографировались на память (к сожалению, я запамятовал ее фамилию). В ходе беседы я затронул тему миграционной политики США. Она довольно подробно рассказала мне о ней, упомянув, в частности, что в рамках сравнительно небольшой годовой квоты они стремятся заполучить высококвалифицированных специалистов. Ну, что же, политика для США весьма разумная. Они со всех стран дерут дивиденды через свои ТНК, закачивая в свой карман капиталы, продавая доллары и облигации, а также собирают у себя лучшие мозги человечества, что и позволяет им быть первой державой в мире.
Состоялась также беседа с делегацией Израиля (по их просьбе).
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25
 https://sdvk.ru/Sanfayans/Unitazi/brand-Roca/Giralda/ 

 плитка для крыльца нескользкая