https://www.dushevoi.ru/products/dushevye-poddony/trapy/slivnye/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z


 


Паульман Валерий






Исповедь «ревизиониста из Прибалтики»








Таллинн 2010





Предисловие
Книга эта - повесть человека, трижды бывшего безработным. Создавалась она долго, не один год и может рассматриваться как приложение к главному труду всей моей жизни -монографии «Мир на перекрестке четырех дорог. Прогноз судьбы человечества».Это - не мемуары и не обычная автобиография. Кому она сегодня интересна? В повести я постарался воспроизвести мои размышления об обществе, в котором я жил; в ней содержится анализ событий, в которых мне пришлось принимать активное участие, дана характеристика лиц, с кем я или сотрудничал, или боролся.
Для тех, кто возьмет на себя труд прочитать эти строки, хотел бы сказать, что в них они найдут объяснение того, почему написана вышеназванная монография.
2010 год Валерий Паульман










Содержание

Узловые, или переломные точки жизни (вместо введения) 4
Прозрение 11
На орбите статистики 25
Перевод в Госплан 35
Работа в ЦК 66
Куба 73
Министр СССР 87
«Коммерсант» и преподаватель 109
Друзья 111
Владимир Бубнов 112
Александр Соловьев 116
Владимир Полянский 119
Иосиф Бейлинсон 121
Валерий Меркин 122
Эпилог 128
Библиография 137











«Мы не должны зависеть от мнения света.
Мы должны считаться только с нашей совестью».
Фидель Кастро
1.Узловые, или переломные точки жизни
(вместо введения)
Траектория жизни человека определяется не какой-то мистической судьбой, которую якобы безошибочно предсказывают гадалки, астрологи и прочие «всезнающие» провидцы жизни, а некоторое, весьма ограниченное, число узловых точек. Для нас, смертных людей, время движется линейно - из прошлого через настоящее в будущее. И я не знаю ни одного случая, чтобы оно повернуло назад или ушло куда-то в сторону, хотя кое-кто из ученых мужей утверждает, что такое возможно с точки зрения физических законов. А фантасты даже пишут о кольце времени. Однако для всех нас в этом мире время бежит себе вперед и вперед, разделенное разумом людей на века, годы, дни, часы, минуты, секунды, и в этом реальном линейном времени на нашей прекрасной Земле все и совершается. Однако, в отличие от строгой линейности движения времени, жизнь человека протекает не столь однообразно, а состоит из нескольких отрезков, различающихся по наполнению событиями, смысл которых определяется тем или иным одним значимым событием, которое меняет скорость и направление течения нашей жизни. Вот эти-то значимые события я и называю узловыми, или переломными точками жизни.
Как образуются узловые точки? Думаю, они порождаются случайностями. Однако эти случайности не возникают сами по себе, а являются следствием тех или иных закономерностей. Другими словами, мы имеем дело со статистически интерпретируемыми случайностями, которые и формируют закономерность. Выпадение «орла» или «решки» при 100 бросках монеты дает вероятность выпадения каждой из них практически равную 50 %. Для данного конкретного человека факт его рождения является чистой случайностью, но в отношении появления на свет детей этого сказать никак нельзя. Закономерность рождения людей с определенным соотношением мальчиков и девочек является абсолютной, пока существует человечество, вместе с тем она состоит из одних случайностей.
Каждая из узловых, переломных точек оказывает влияние не только на идущий вслед за ней отрезок жизненного пути, но сказывается на траектории всей его дальнейшей жизни вплоть до гроба. В этом каждый может убедиться, проанализировав историю своей жизни.
Но пора от общих рассуждений перейти к конкретике!
Итак, первое по счету значимое событие в жизни человека - рождение, которое, разумеется, совершенно не зависит от него самого. Это - первая узловая точка в жизни каждого человека. Его дальнейшая жизнь во многом будет зависеть от того, каким он родился, например, доношенным или недоношенным, с отклонениями или без оных и т.д. Имеет также значение, кто его родители и не только они, но и их предки. Важно, в какой обстановке начинается жизненный путь: в нищете, в достатке или в роскоши и т.д. и т.п.
Я, например, родился в городе Егорьевске под Москвой, в семье военнослужащего. И папа, и мама значились эстонцами. Но поскольку это событие произошло в 1937 году 11 августа не на территории Эстонии (в границах 1991 года), то мне впоследствии после развала СССР пришлось оформлять паспорт гражданина Эстонской республики в порядке натурализаци. Видите, какая существует связь между фактом рождения (узловая точка!) и получением нового паспорта спустя 54 года (!) после моего появления на белый свет. Получается, исходя из определенных обстоятельств моего рождения, что я как бы не первосортный, а второсортный эстонец, т.е. с какими-то изъянами. Но, как говорится, все в жизни относительно. На самом же деле, у меня нет уверенности, что я в действительности эстонец, во всяком случае чистокровный. Почему я смею об этом говорить? А на основании генеалогических расследований моей сестры. Мой отец носил фамилию Паульман, в то время как его отец и дед были Паульсeнами. Как и по какой причине произошла смена фамилии - я не знаю. Но ясно другое, что фамилия Паульсeн больше похожа на шведскую, чем на эстонскую.
Кстати сказать, в 1937 году, т.е. в год моего рождения, отца уволили из Красной армии за то, что он эстонец и вернули ему офицерское звание и должность в артиллерийской части резерва Верховного главнокомандования только после рассмотрения его письма-ходатайства маршалу СССР Ворошилову. А в течение нескольких месяцев он работал в школе преподавателем физкультуры. Об этом факте своей биографии он мне рассказал уже после ХХ съезда партии, когда началась реабилитация невинно осужденных и репрессированных.
Моя мама в девичестве носила фамилию Прехинг, что свидетельствует о том, что муж ее мамы, носившая в девичестве фамилию Кийслер, был, по-видимому, немцем. Девичья фамилия моей бабушки - жены моего деда по линии отца - была Лейтен, т.е. тоже не эстонская, а скорее немецкая.
Словом, благодаря исследованиям сестры у меня закралось сомнение в том, что моими истинными предками были эстонцы, а не немцы и шведы, хотя никакой уверенности в том, что в моих жилах не течет и эстонская кровь у меня нет. Ведь на протяжении последних девятисот лет кто только не побывал на территории Эстонии! И немцы, и шведы, и поляки, и литовцы, и русские, и финны и невесть кто еще! С уверенностью говорить о чистокровности того или иного человека и его безусловной принадлежности к той или иной национальности могут только политики, ибо они знают обо всем на свете.
Я считаю, что все мы на этой планете имеем равные права на то, чтобы называться человеками. Как записано в статьях 1 и 2 «Всеобщей декларации прав человека», принятой Генеральной Ассамблеей ООН 10 декабря 1948 года, «Все люди рождаются свободными и равными в своем достоинстве и правах. Они наделены разумом и совестью и должны поступать в отношении друг друга в духе братства. Каждый человек должен обладать всеми правами и всеми свободами, провозглашенными настоящей Декларацией, без какого бы то ни было различия, как-то: в отношении расы, цвета кожи, пола, языка, религии, политических или иных убеждений, национального или социального происхождения, имущественного, сословного или иного положения».
Однако все это в теории. А в жизни, как мы только что имели возможность убедиться, в одной из стран Европейского Союза факт места рождения, оказывается, не столь уж безобидная вещь, так же как и национальность родителей.
Проблема принадлежности человека к тому или иному этносу, мне кажется, до сих пор научно не разрешена. Однако я уверен, что она определяется не кровью, которая течет в наших жилах, а принадлежностью к той или иной культуре. Именно поэтому мы имеем право говорить об англичанах, американцах, русских и т.д. Если исходить из принципа принадлежности к определенной культуре, то мои предки, безусловно, принадлежали к эстонцам, хотя бы потому, что родным языком для них был эстонский. Мои бабушки - Лийзи Лейтен и Хелена Кийслер - обе говорили на эстонском языке, с трудом объясняясь на русском. Со мною они говорили только на эстонском. Поэтому мальчишкой, еще до поступления в эстонскую школу в Аэгвийду, я говорил на трех языках: эстонском, русском и чувашском.
Но не только эти два признака сопровождают человека с момента рождения. Большое значение имеет, например, профессия отца - кормильца семьи. Мой папа - Федор Иванович Паульман (Эдуард Юханнович Паульсен). Он был крещен в церкви как Эдуард, а в поселке его звали Федя; это имя и попало в паспорт. А его отца крестили под именем Юхан, в поселке же звали Иваном, что и зарегистрировано в его паспорте. Отец после окончания 2-го Ленинградского артиллерийского училища (ЛАУ) служил в артиллерии большой мощности - элитном подразделении Красной Армии. Оно было вооружено уникальными наземными самодвижущимися артиллерийскими установками - огромными орудиями на гусеничном ходу, которые в финскую кампанию разрушали железобетонные доты на линии Маннергейма.
В 1937 году, т.е. в год моего рождения, отца уволили из Красной армии за то, что он эстонец и вернули ему офицерское звание и должность в артиллерийской части резерва Верховного главнокомандования только после рассмотрения его ходатайства, направленного маршалу СССР К.Ворошилову. В течение нескольких месяцев отец работал в школе преподавателем физкультуры. Об этом факте своей биографии он мне рассказал уже после ХХ съезда партии, когда началась реабилитация невинно осужденных и репрессированных.
Всю Великую Отечественную войну он прослужил в артиллерийских частях, закончив ее в должности командующего артиллерией Эстонского стрелкового корпуса. Отец - автор нескольких книг и множества статей, в которых описывает боевые действия Эстонского корпуса во время Великой Отечественной войны.
Никаким оккупантом он не был, как и тысячи других его сослуживцев в Эстонском корпусе. Они освобождали от фашистов свою этническую родину.
Тот факт, что мой отец был кадровым военным, получившим превосходное офицерское образование во 2-ом ЛАУ, не могло не сказаться на моем воспитании и мировоззрении. Отец меня любил, а я его просто обожал. После войны он был в чине полковника и в свои 34 года командовал всей артиллерией корпуса. Мы воссоединились с отцом в 1944 году, когда нас из эвакуации (а жили мы в Чувашии) привез в Таллинн его ординарец (по национальности чуваш). С тех пор отец брал меня с собой и на стрельбы, и на штабные учения, и на строительство казарм в районе Аэгвийду, и на рыбалку, и в лес по грибы, т.е. я его сопровождал повсюду. Естественно, не в учебное время, а во время каникул. С малых лет я «пропитался» артиллерийским военным духом и мальчишкой любил со своими сверстниками устраивать «боевые стрельбы» на песчаных карьерах из самодельных пушечек. Но не в детских забавах дело, не в том, что я пристрастился к рыбной ловле и стал заядлым грибником, сумев эту увлеченность передать своим детям и внукам. На самом деле общение с отцом имело значительно более серьезные последствия для всей моей жизни.
Ну, во-первых, мой отец как-то ненавязчиво, может быть, даже и не сознательно, сам того не подозревая, привил мне любовь к природе. Изумительные по красоте рассветы в тумане на озере или на речке, переход от чуткой ночной тишины, нарушаемой лишь писком надоедливых комаров, к радостному гомону, вызванному карканьем ворон, стрекотом сорок, бултыханием утят и всплеском рыбин с первыми робкими лучами встающего розового солнца. Разве в городе все это увидишь и услышишь? А панорама надвигающейся грозовой тучи, с белой бахромой, несущейся со скоростью курьерского поезда с грохотом сверкающих разрядов ослепительных молний? А чуткий сон у костра или на ароматном сеновале на берегу речки в предвкушении утреннего клева? Да мало ли красот, сюрпризов и открытий предлагает тебе природа!? Это и испуг от вспорхнувшего из-под твоих ног глухаря в дремучем лесу. И клубок змей на осенней поляне, где в изобилии растут подосиновики. И ливень во время грозы, когда рыба в безумии бросается на голый крючок, а молния обвивает ствол рядом стоящей ели. Это и испуганное удивление олененка, оставленного матерью под елочкой, ветки которой ты приподнял, чтобы найти гриб.
Во-вторых, будучи мальчишкой, я присутствовал на офицерских совещаниях, проводившихся в полевых условиях на полигонах, сидел рядом с отцом на многочисленных послевоенных застольях, где велись разговоры на самые разные темы (не только и не столько о службе). Со мной на равных были и шофер отца - Вески, и адъютант - В.Полль, ставший позже мужем сестры моей мамы. Я спорил со взрослыми и они меня слушали и всерьез отвечали, не отмахиваясь от меня, как от назойливой мухи. Отец любил читать и покупал много книг, главным образом, по истории.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25
 https://sdvk.ru/Sanfayans/Rakovini/Nakladnye/na-stoleshnicu/ 

 плитка украина