https://www.dushevoi.ru/products/unitazy/cvetnie/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

– Там было две порции, это мог видеть каждый.
– Да, с вашего позволения. Здесь и ужин.
– Гм! – ехидно прозвучал тот же голос. – Вы едите свинину?
– Да, ем.
– Какой же вы еврей после этого?
– Ничего, ем.
В голосе старика чувствовалось страшное волнение; он боялся, что ему при свидетелях придется уничтожить две порции гуляша, а ведь у него больной желудок и он недавно перенес операцию. Да вдобавок после того, как он в своем излюбленном трактире съел диетический обед. Что будет, что будет? Подполковник допросил его с пристрастием: не появлялись ли беглецы здесь, в котором часу пришел сегодня утром он, чем занимался в течение дня.
А Гутман – не зря говорят, что горбатый человек лжив, – лгал так мастерски, что мне ничего подобного еще не приходилось слышать. Он рассказывал и рассказывал, вспоминая все новые подробности своего времяпрепровождения. Подполковнику это скоро надоело.
– Оставайтесь здесь, не покидайте комнату! Обыскать дом от подвала до чердака!
В это время раздался голос, хорошо знакомый Беле, – я же слышал его впервые; как можно было определить по разговору, заговорил младший инспектор из Дьёра:
– Простите, господин подполковник, у меня есть одно предложение.
На мгновение стало тихо, как видно они советовались о том, не помешает ли беседе присутствие Гутмана. Эту мгновенную тишину использовал наш друг.
– Прошу покорно, ваше превосходительство, я и сам с большим удовольствием помогу господам в обыске, но поверьте, сюда никто не мог войти без моего ведома. И зачем им сюда идти? С. в городе знают многие, особенно здесь, вблизи Дома. Нет, нет, они не посмеют прийти сюда, поверьте! Когда-то он жил в поселке оружейного завода, там у него друзья, значит, там найдется человек, который его спрячет! Если они вообще отважатся идти в Дьёр, они пойдут в поселок оружейного завода. Не извольте обижаться, но… если позволите, я говорю то, что думаю. Может, и помогу господам…
– Вон! – рявкнул подполковник.
В комнате остались трое: подполковник, Тамаш Покол и начальник полиции.
– Говорите! – сказал подполковник.
– Господин подполковник, – начал младший инспектор, – я, осмелюсь доложить, считаю излишним обыскивать Дом. Как я мог понять из рапорта, договоренность о встрече в Доме относится лишь к тому случаю, если они расстанутся. Но ведь по всем признакам они пришли вместе! Зачем же им рисковать идти сюда? Впрочем, за Домом наблюдают мои люди. И, если они все-таки явятся, попадут в ловушку. Если мы здесь произведем обыск, в течение часа среди рабочих Дьёра распространится слух, что мы ведем повальные обыски. Я не знаю, угодно ли вам…
Подполковник что-то проворчал. Заговорил Тамаш Покол:
– Я считаю, что комендант прав. Их надо искать среди старых друзей в поселке оружейного завода. Я со своими людьми перейду туда. Обыскивайте Дом, а я прочешу поселок.
– Я вполне согласен с господином инспектором, – сказал начальник сыска, – и, если позволите, проверю в других местах. Надо обшарить все вокруг.
– Нет, – возразил Тамаш Покол, – я хочу, чтобы вы пошли со мной. Если вы подозреваете еще что-нибудь, мы потом отправимся и в другие места. Вы знакомы с местными условиями, а я знаю преступников. Господин подполковник, если считает нужным, пусть произведет обыск в Доме.
– Так не пойдет! – испугался подполковник. – Так не пойдет! Конечно, я с вами. Весь аппарат должен быть вместе. Это очень важно: держать весь аппарат вместе!
Сыщики между тем уже приступили к обыску. Однако производили его спустя рукава: лишь заглянули в несколько комнат, спросили документы у сидящих в буфете, и через несколько минут весь караван потянулся в поселок оружейного завода.
У меня камень с души свалился, но все-таки я сразу не понял, чему так радуется Бела.
– Ничего страшного, – прошептал он. – Ничего страшного. – У него, как у бывшего начальника отдела комиссариата внутренних дел, был известный опыт в подобных ситуациях – он заметил яростное соревнование трех соперников.
В конторе опять началось движение. Вернулся Гутман, и, как мы смогли определить по шуму, не один, а с несколькими людьми. Говорил хриплый, пьяный голос; я узнал бывшего начальника смены Сани, председателя певческой капеллы. Так вот кто здесь, этот коварный старый мерзавец!
– Слушай, Гутман, – орал он, – брось свои штучки, а не то, честное слово, я оторву тебе голову! Что здесь было сегодня утром? – И, как бы между прочим, спросил: – Это что такое? Неужели ты ешь гуляш с твоим больным желудком?… Ну, говори! – закричал он снова. – Зачем привалила сюда сегодня вся полиция?
– Какие такие штучки, о каких штучках ты говоришь?
– Заруби себе на носу – это профсоюз. Хватит с нас неприятностей из-за коммунистов, опять попадемся из-за каких-нибудь политических вывертов.
Тут прозвучал незнакомый голос:
– Господин Сани считает, что, если эти двое придут сюда, надо их выгнать и передать полиции?
Голос был гневный, и со всех сторон ему вторил возмущенный ропот. Сани, как видно, малость струхнул:
– Этого я не говорил! Я сказал, что нам незачем вмешиваться! Мы организованные рабочие, мы законная партия, и до этого нам нет никакого дела!
– Словом, выгнать их и передать полиции. «Нет нам до этого дела»? Их преследуют, да? А вы что, состоите в партии полиции?
Громкий голос Сани вдруг сразу упал.
– Идиоты вы, – бормотал он, – с вами нельзя разговаривать! Зачем передергиваете? Я беспокоюсь о профсоюзе, не понимаете, что ли?
Но тут со всех сторон раздались возгласы:
– Мы законная партия, а не партия полиции!
– Политических беглецов мы не выдадим!
– Коммунист – тоже товарищ!
– Если б они пришли ко мне, я бы пустил их обязательно, хоть я и не коммунист!
Таково было общее мнение. А здесь, в Дьёре, в объединенной партии всегда было большинство социал-демократов. Спор затих, Сани ушел.
Гутман, как видно, окружил себя надежными людьми, в замке наконец повернулся ключ.
– Торопитесь! Скорей! Внизу ждет телега. Сегодня здесь околачивается много подозрительных лиц. Не нравится мне это.
– Сыграй с ними шутку, – шепнул ему Бела.
Он сообщнически переглянулся с Гутманом.
Мы быстро спустились по лестнице. Дверь буфетной была открыта, перед ней стоял старый знакомый с оружейного. Он не заговорил, не сказал приветственных слов, лишь мигнул, что все в порядке. Два других товарища стояли в подъезде. Подвода уже собиралась отправиться, когда мы вскочили в нее. Вместе с нами уселись и дежурившие в подъезде двое рабочих, в подводе нас ждали еще двое. Все это были надежные, старые друзья. Я знал, что за Домом следят, я слышал это раньше от сыщика, но среди друзей я чувствовал себя спокойно. Те, кто мог нас опознать, сейчас гонялись за нами по поселку оружейного завода.
Все в порядке! Две лошади весело бежали к Сигету.
А Покол и компания до пяти вечера проводили облаву в поселке оружейного завода.
Сыщики окружили весь район; они переходили из квартиры в квартиру, осматривали все закоулки и подвалы. Штаб, состоявший из трех человек, становился все более беспокойным и нервным. Они наблюдали друг за другом: кто первый предложит прекратить тщетные поиски.
Местный начальник сыска стоял с покорным и хитрым видом, как человек, который думает: «Делайте, что хотите, а я знаю, что знаю». Тамаш Покол принужден был молчать, – ведь это он предложил бесполезную облаву.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76
 https://sdvk.ru/Smesiteli/Dlya_kuhni/dlya-filtra/ 

 плитка на лестницу