https://www.dushevoi.ru/products/uglovye_vanny_malenkie/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

По мне-
нию Фрейда, мы были правы. Он полагал, что была бы достойна
34
сожаления такая позиция, при которой сексуальность не вызвала
к себе никакого интереса или будила только ложный интерес.
Фрейд любезно согласился помочь нам литературой и, встав
на колени перед книжным шкафом, отобрал несколько книг
и брошюр. Это были отдельные оттиски <Судеб влечений>, <Под-
сознательного>, <Толкование снов>, <Психопатология повседневной
жизни> и т. д. Фрейд говорил быстро, по-деловому и живо,
его движения были естественны, и во всем сквозила ирония.
Я пришел робея, а ушел обрадованным и счастливым. Так
началась интенсивная 14-летняя работа в психоанализе и для
психоанализа. В конце этого периода я хоть и испытал по
вине Фрейда тяжелое разочарование, но рад сказать, что оно
не привело к ненависти и отторжению. Напротив, сегодня я
могу оценить заслуги Фрейда гораздо выше, и оценка эта будет
куда точнее, чем тогда, в ученические годы. Я счастлив, что
так долго был его учеником, полностью преданным его делу,
и нс выступал с какой бы то ни было преждевременной кри-
тикой.
Полная преданность делу - первейшая предпосылка духов-
ной независимости. В годы тяжелой борьбы вокруг учения
Фрейда я видел, как на сцене появлялись и снова исчезали
с нее многочисленные актеры. Одни взлетали подобно ко-
метам, оставаясь лишь многообещающими, но ничего не го-
ворящими. Другие, с трудом пробиваясь через тяжелые про-
блемы подсознательного и не обладая прозорливостью Фрейда,
напоминали кротов. Были и третьи, которые пытались кон-
курировать с Фрейдом, не понимая, как он резко отличается
от представителей обычной академической науки. Четвертые
поспешно выхватывали какой-либо фрагмент учения, превра-
щая его в свою профессию. Но если посмотреть объективно,
то речь шла не о конкуренции или профессии, а о продол-
жении громадного открытия. Речь шла не столько о расши-
рении известных знаний, сколько о биологическом и экспери-
ментальном подкреплении теории либидо, и необходимо было
быть ответственным за каждый шаг на пути познания, про-
тивостоявшего миру опошления и формализма. Было необ-
ходимо умение выстоять в одиночку и быть готовым к не-
признанию и непопулярности. Сегодня многим в мире этой
новой, психобиологической отрасли медицины ясно, что уче-
ние о структуре характера, основанное на его анализе, яв-
ляется законным продолжением теории неосознанной душев-
ной жизни. Важнейшим плодом последовательного приме-
нения понятия либидо было открытие нового подхода к био-
генезу.
История науки представляет собой длинную цепь продол-
жений, разработок, отклонений от проторенного пути и воз-
2 35
вращении на него, воссоздания знания на новой основе, кри-
тики иных взглядов, новых отклонений от столбовой дороги
и возвращений на нее и создания еще чего-то нового. Это
тяжелый и длительный путь. Мы находимся только в начале
истории науки, насчитывающей вместе с большими пустыми
промежутками всего лишь около 2000 лет. Возраст живого
мира исчисляется сотнями тысяч лет, и просуществует он,
вероятно, еще не одну сотню тысяч лет. Развитие идет все
время вперед, и, в принципе, никогда назад. Темп жизни
ускоряется, растет и сложность жизни. Роль ведущего в жизни
всегда играла и будет играть честная работа ученых-
первопроходцев. Иначе будет лишь то, что враждебно жизни,
и эта ситуация обязывает.
III.
ПЕР ГЮНТ
Дух психоанализа производил впечатление величия и мощи
и самым вопиющим образом противоречил обычному челове-
ческому мышлению. Ты думаешь, что способен в соответствии
со свободной волей определять характер своих действий? Вовсе
нет! Твои сознательные действия - всего лишь капля на поверх-
ности моря неосознанных процессов, о которых ты ничего не
можешь знать, познать которые ты боишься. Ты гордишься <ин-
дивидуальностью своей личности> и <широтой своего духа>? Да
полно! Ты, в принципе, всего лишь мяч своих страстей, которые
делают с тобой все, что им заблагорассудится. Конечно, это
тяжело ранит твое тщеславие! Но ты был точно так же задет,
узнав, что происходишь от обезьян и что Земля, по которой ты
ползаешь, вовсе не центр звездного мира, - а ведь ты так охотно
верил в это! Ты все еще думаешь, что Земля единственная среди
миллиардов звезд несет на себе живую материю. Твое поведение
определяется событиями, о которых ты ничего не знаешь, которых
ты боишься и которые ложно истолковываешь. Существует пси-
хическая деятельность, простирающаяся гораздо дальше пределов
твоего сознания. Твое неосознанное - как кантовская <вещь в
себе>: его никогда нельзя постичь до конца, так как оно позволяет
познать себя только в своих проявлениях. Это чувствовал ибсе-
новский Пер Гюнт, восклицая:
<Ни назад, ни вперед - никуда не могу,
словно я в заколдованном замкнут кругу;
никуда не пройду, будто стены растут
из земли.
И повсюду она: под ногами, вблизи
и вдали.
Покажись! Назови свое имя!>
Имя той, к кому он взывает, - <Большая Кривая>. Я вновь
и вновь перечитывал <Пер Гюнт>, прочитал и немало интер-
претаций этой пьесы.
37
Аффективное неприятие фрейдовской теории неосознанного
основывалось не только на традиционном отрицании новых
великих идей. Человеку необходимо жить и удовлетворять свои
как материальные, так и психологические потребности в об-
ществе, которое, следуя предписанному пути, стремится к со-
хранению. Таково требование повседневной жизни. Отклонение
от известного, привычного, от накатанного пути может означать
смуту и гибель. Отсюда по меньшей мере понятен страх людей
перед всем неопределенным, беспочвенным, космическим. Тот,
кто отклоняется от этого, легко становится Пером Гюнтом,
фантазером, душевнобольным. Мне казалось, что Пер Гюнт
хотел раскрыть великую тайну, не имея для этого достаточных
сил.
Его история есть история человека, который, вооружившись
недостаточными средствами, выпрыгнул из марширующих рядов
людей. Его не понимают. Его высмеивают, если он безвреден,
и пытаются уничтожить, если он оказывается сильным. Если
Пер Гюнт не понимает бесконечности, в которую вводят его
мысли и дела, он гибнет по собственной вине. Когда я прочитал
и понял <Пер Гюнт>, когда я познакомился и постиг учение
Фрейда, все вокруг меня закружилось и заколебалось. Я сам
был подобен Перу Гюнту. В его судьбе я чувствовал наиболее
вероятный результат, которым должна закончиться попытка вы-
скочить из сомкнутых маршевых колонн приверженцев при-
знанной науки и обычного мышления. Если Фрейд был прав,
формулируя учение о бессознательном, - а в его правоте я не
сомневался, - то это значит, что им была осмыслена внут-
ренняя, духовная бесконечность. Человек превратился в червячка,
подхваченного потоком собственных переживаний. Все это
я ощущал смутно и никак уж не <научно>. Если рассматривать
научную теорию с точки зрения живой жизни, то она пред-
ставляет собой искусственный опорный пункт в хаосе явлений.
Поэтому она имеет ценность в качестве душевной защиты.
Утонуть в этом хаосе не грозит тем, кто зарегистрировал,
точно классифицировал и тем самым, как им кажется, понял
явления.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101
 магазин сантехники сдвк Москва 

 плитка khadi