Покупал здесь магазин dushevoi.ru 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Недаром почти все Великие Очаги, громогласно объявляя огненное оружие варварским, втихомолку пытаются выведать состав огненной смеси. А чем лучше порох атлийцев? Правда, его придумали пять или шесть лет назад и пока что в бою не применяли… Но слухи, слухи!.. Хвала Паннар-Са, что у Кейтаба тоже есть свой секрет, как и у прочих! Ну, если уж говорить о сражениях и войне, то даже у голых пигмеев из Р’Рар-ды кое-что припасено – страшный яд, что убивает человека быстрее, чем он успевает воззвать к Шестерым. Пожалуй, об этой отраве тидам знал побольше, чем про порох или рогатых скакунов Мейтассы, ибо Великие Очаги охраняли свои тайны не в пример более ревностно, чем дикари, обитавшие в непроходимых джунглях по берегам Матери Вод.
Мореходы, последние остатки команды парусника, жались к мачтам, пытаясь спастись от стрел; тайонельцы с прежним рвением орудовали тяжелыми клинками. Им приходилось нелегко, но группа на корме успешно оборонялась, а те, что дрались с людьми Ар’Чоги, даже потеснили нападавших. Однако их оставалось слишком мало, и кейтабцы, воодушевленные мыслью о богатой добыче, наседали с упорством оголодавших акул. Наконец Хомда, взревев, всадил лезвия своей секиры в грудь одного из Детей Волка и отшвырнул концом древка другого; в прорыв за ним ринулось полтора десятка бойцов с кривыми клинками, ударив в тыл второй тайонельской шеренги. Сквозь толпу мечущихся на палубе фигур О’Каймор разглядел, как несколько врагов в сверкающих панцирях свалились в воду; разумеется, они либо пошли на дно, либо распростились с жизнью в акульих челюстях. Хомда, испуская оглушительные боевые кличи, повел свой отряд на корму, а люди с «Сирима» взошли наконец на палубу торговца. Два «каймана», поймавших добычу клыками железных крючьев, одолевали; от борта до борта струилась кровь, звенели клинки, и яростный вой кейтабцев заглушал стоны умирающих.
Через три четверти кольца от начала атаки тидам О’Каймор ступил на борт захваченного корабля. Тут уже никто не сопротивлялся; палуба была завалена мертвыми телами, несколько трупов свисали с рей, кучку же оставшихся в живых накамцев победители согнали к передней мачте, окружив частоколом дротиков. Что до тайонельских воинов, то их порубили всех, и сейчас люди тидама сдирали с них панцири, снимали шлемы и выкручивали из закостеневших пальцев оружие – эти клинки и доспехи из отличной стали в южных землях ценились весьма высоко. Бросив взгляд на Торо, О’Каймор заметил, что его помощник с десятком дюжих парней уже направляется к трапу, ведущему в трюмы. Сейчас наступал самый захватывающий момент – предстояло выяснить, сколь ценную добычу они отловили в морских волнах.
К тидаму, припадая на левую ногу, подошел Ар’Чога, покрытый потом и усталый; за ним широко шагал Хомда. На груди его багровела царапина от тайонельского клинка, протянувшаяся от плеча наискосок вниз; казалось, что красный дротик перечеркнул татуированных зеленых змей, прикончив из них добрую половину. Но Хомда чувствовал себя прекрасно и скалился во весь рот.
– Мой убивать тайонел в лесу, теперь резать на море, – сообщил он. – Убивать три, четыре… больше! – Со счетом у северянина дела обстояли неважно, и он, растопырив пальцы, потряс кистью перед лицом О’Каймора.
– Убери лапы, змеиный выкормыш, – буркнул тидам и повернулся к Ар’Чоге. Тот, в отличие от дикаря, выглядел озабоченным.
– Недешево нам досталась эта посудина, клянусь веслом и парусом! – Шкипер «Сирима» окинул палубу мрачным взглядом. – Я потерял человек сорок… сорок отличных гребцов и стрелков… Надеюсь, добыча окупит наши труды.
О’Каймор повел плотными плечами и нахмурился; в его экипаже убитых было не меньше. Эти тайонельцы дрались, как голодные волки над тушей быка!
– Скоро узнаем, – пробормотал он. – Торо с парнями пошел вниз.
Хомда хлопнул по мускулистой груди и принялся размазывать кровь. Его змеи из зеленых сделались бурыми, багровая влага покрыла ожерелье, собираясь каплями на кончиках медвежьих когтей.
– Добыча! – рявкнул дикарь, ткнув своей секирой в груду тайнельских панцирей. – Вот добыча! Хорошее железо! Дорогое!
– И приметное, – добавил Ар’Чога, неодобрительно оглядывая чеканные волчьи головы, украшавшие доспехи. – Продашь полсотни таких железок, и всюду пойдет молва, что мы пощипали Великий Очаг Тайонела… Нет, такие слухи нам ни к чему!
Тидам скосил глаза вниз, на собственный нагрудник, где сверкающим перламутром была выложена пальма под изогнувшейся волной, и хмыкнул, затем перевел взгляд на тайонельские доспехи. Волчьи головы… в самом деле, приметная штука… Он не любил оставлять следов – тем более что океан, великий могильщик, всегда был рядом. Однако расстаться с отличным товаром… с доспехами, тянувшими на сотню чейни каждый… Это было выше его сил!
– Может, сплавить их куда подальше… – в раздумье произнес О’Каймор. – Скажем, в Сиркул или в Сеннам…
Тут тидама прервали – явились трое воинов, доложивших, что в кормовой надстройке и внизу нет ни единой живой души, а среди мертвых тайонельцев потомков богов с зелеными глазами и светлой кожей не обнаружено. О’Каймор с облегчением перевел дух, но тут из палубного люка возникла приземистая фигура помощника, озиравшегося по сторонам с самым угрюмым видом.
– Обычный груз, мой господин, – отрапортовал Торо, приблизившись. – Не понимаю, к чему такая охрана… В носовом трюме – воск, горшки с медом и целебным медвежьим жиром, шкуры, немного пушнины. Кормовой вообще пуст! Там, видно, спали эти… – он кивнул в сторону мертвых тайонельцев. – Висят гамаки, еще вода в бочках, жратва, сундучок с серебром да какая-то забавная лодка, без весел и мачты… Вот не повезло, клянусь щупальцами Паннар-Са! За такую мелочь порублена чуть ли не сотня наших!
Не обращая внимания на сразу помрачневшее лицо Ар’Чоги, тидам потянул из-за пояса зрительную трубу, почесал острым краем затылок. Глаза его потемнели, ноздри широкого носа хищно зашевелились.
– Сундук, говоришь? С серебром? Сколько?
Тайонельские монеты весили вдвое больше, чем одиссарские и атлийские чейни и могли оказаться неплохой добычей. О’Каймор не сомневался, что Торо уже прикинул и количество, и качество серебра. Глаз у него был один, зато зоркости неимоверной, когда дело касалось монет, нефрита, яшмы или дорогих перьев, раковин и шкур.
– Сотни полторы, не больше, – буркнул помощник. – Мелочь при наших потерях…
– А лодка? Что за лодка?
– Небольшая, и похоже, что вырезана из цельного ясеневого ствола. Я велел вытащить ее на палубу – на ней вроде бы тоже серебро по бортам и резьба… может, ценная вещь…
Когда лодочку подняли наверх, ОКаймор с первого взгляда догадался, что вещь и в самом деле ценная. Перед ним был погребальный челн, вырезанный из светлого ясеня, в каких вожди Тайонела хоронят своих усопших. Верили они, что в такой маленькой ладье покойный светлыми потоками поплывет в Чак Мооль, избежав мучительной дороги по раскаленным углям и дебрям, полным злых демонов и ядовитых змей; потому каждого знатного тайонельца отправляли в последний путь по рекам, что несли свои воды в огромные ясные озера. Видно, вождь, для которого предназначался этот челн, был не из последних в Очаге Тайонела, ибо борта лодочки сверху украшали серебряные пластины, нос – резная волчья голова с разинутой пастью, а на дне лежал ковер из перьев белого сокола и богатое покрывало зеленой шерсти – на нем серебряной нитью был выткан божественный лик Тайонела.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126
 купить акриловый поддон для душа 80х80 

 Mei Sandy Island