Хотя если четко по закону, то мы с тобой суду по 245-й — самоволка — еще не подлежим. Суток не прошло.
Ваня только грустно усмехнулся. Смешная статья за самоволку по сравнению с той, что за убийство… Да еще и наркотики в кузове.
Без проблем доехали до развилки, потом — до поворота на трассу. Валерка вылез из кабины, заглянул в кузов.
— Куда дальше, дядя Тятя? Руководи!
— Едем до поворота на колхоз имени XXII партсъезда. Его уже давно распустили, но указатель остался. По столбику — 348-й километр, не забудь, свернем направо. Доедем до первой развилки, объясню, что дальше.
Погнали по трассе. Встречные попадались редко, гаишники вообще еще не встречались.
— Я чувствую, этот самый колхоз — глухомань. Там и не найдут, если что, — с опаской произнес Ваня.
— А мне и неохота, чтоб нашли. Мне все одно некуда деться. И тебе, кстати, тоже. От убийств и папа не отмажет.
— Ладно, замнем для ясности. Что будет, то будет. Минут через двадцать, когда уже пришлось фары зажечь, промелькнул столбик с цифрами «348», а затем большой плакат: «Колхоз имени XXII партсъезда» — с изображением силосных башен, толстых коров и колосков. Ваня повернул вправо. На указателе значилось: «Центральная усадьба — 5 км».
Развилка оказалась гораздо ближе, километрах в трех от трассы, прямо посреди поля. Асфальтированное шоссе шло прямо, все к той же усадьбе, слева проселок уходил к смутно черневшей и светившейся огоньками деревне, расположенной километрах в двух-трех, на пригорке. Еще один проселок уводил направо, к черной стене леса. На столбике чудом держался изрешеченный дробовым зарядом, облупившийся и поржавелый знак — «кирпич».
Ваня притормозил. Валерка подошел к заднему борту.
— Куда?
— Направо, под «кирпич», пусть жмет до упора. В смысле, пока в забор не упрется. Там ворота будут. Я сойду, вас пропустят.
— Ладно, — сказал Валерка. — Здесь, в лесу, гаишники, наверно, не водятся. Садись к Ване, только помни, что я сзади, ладно?
— Строгий ты… Не по годам! — заметил Тятя, прыгая наземь. Валерка забрался в кузов, уселся на одну из коробок с «товаром» и, положив автомат на колени, стал внимательно поглядывать за Тятей через заднее стекло кабины.
Пока ехали через поле, Валерка как-то не очень волновался. А вот когда покатили через лес и машину стало мотать из стороны в сторону — забеспокоился. Да и вообще — впереди ворота какие-то…
По лесу проехали с километр, прежде чем свет фар уперся в стальные ворота с красными звездами. КПП, бетонный забор — воинская часть, что ли?
— Пошел я, — с некоторым волнением в голосе произнес Тятя, вылезая из кабины. — Вы только не нервничайте, пожалуйста…
Валерка пристроился у дырки в тенте кузова, Ваня тоже держал автомат на коленях. Тятя вошел в дверь будки, а потом вышел из нее в сопровождении не менее крупного дяди в камуфляжной куртке и штанах, который обошел машину и заглянул в кузов, где сидел Валерка. То, что в кузове он увидел вооруженного солдата, а в кабине — второго, его особо не смутило. Наверно, беспокоился, чтобы им сюда целый взвод не привезли.
— Открывай! — повелел дядька в камуфляже, и ворота отъехали в сторону, освободив дорогу. Тятя вскочил на подножку и сказал:
— Давай, друг, въезжай.
Ваня, внутренне перекрестясь, въехал.
— Теперь направо, — руководил Тятя, — вон туда, под фонарь.
Было уже совсем темно, а фонарей в этом странном учреждении горело не так уж и много. Во всяком случае, там, куда велел ехать Тятя, всего один и не очень яркий.
— Стоп, — сказал Тятя. — Все, вылезаем. Ключ в щитке оставь.
Ваня подчинился. Валерка тоже выпрыгнул, держа автомат на изготовку.
— Ну что, пошли? — спросил Тятя.
— Куда?
— Знакомиться.
ФРОЛ
Под фонарем, где оставили машину с грузом, была небольшая площадка. То ли она была специально обвалована, то ли это было какое-то естественное углубление — Ваня с Валеркой это не поняли. Но только пришлось им подниматься оттуда по лестнице с тоненькими шаткими перильцами. Там, куда поднялись, росли деревья, а между ними куда-то вверх по косогору тянулась тропинка. Тятя уверенно топал в темноте, а солдаты поспешали за ним, стараясь не отстать. Хотя временами обоим казалось, что, может, и не худо бы потеряться…
Впереди, между заиндевелыми деревьями, светились какие-то тусклые огоньки. Дошли до приземистого, вросшего в почву, облезлого кирпичного строения.
— Заходите, — пригласил Тятя, толкая узкую дверь. Вошли и очутились в небольшой, два на два метра, комнатке, освещенной тусклой лампочкой. Дальше была железная дверь, через узкую прорезь-бойницу которой на вошедших уставился автомат.
— Если хотите, чтоб все было нормально, — дружески посоветовал Тятя, — кладите стволы и все прочее.
Валерка первый положил автомат, выложил все магазины, а также и трофейный «стечкин». Ваня тоже все положил, даже свой рюкзачок с тушенкой.
— В дверь проходить по одному, — сообщил тот, что стоял у бойницы. — Тятя — первый!
Тятя вошел, дверь закрылась. Валерка с тоской подумал, что сейчас их проще простого расстрелять. Оба как на ладони, за Тятю не спрячешься…
— Длинный — вперед! — приказали из-за двери. Длинным был Ваня, Валерка ему уступал в росте сантиметров пять.
Ваня вошел, дверь закрылась. Через пять минут последовало приказание:
— Заходи!
Два бугая размером с Тятю быстренько охлопали Валерку по карманам, вынули военный билет, а затем подтолкнули к какому-то сооружению. Ваня, которому доводилось летать на самолете, знал, что это детектор металла, а Валерка не догадывался, отчего немного трусил. Тем более что в коридорчике, где происходил контроль, ни Тяти, ни Вани уже не было. Они прошли в следующую дверь, куда в конце концов угодил и Валерка.
За этой дверью оказалось нечто вроде приемной. Только вместо секретарши за столом сидел еще один детина в камуфляже, а еще два таких же сторожили двери. Тятя в явном волнении уселся на скамеечку — охранник указал на нее дубинкой. Тут же пристроились и Ваня с Валеркой.
Валерке даже интересно стало, хотя и по-прежнему страшно. Несмотря на все, он ведь еще пацаном был…
— Давай Тятю, — раздался резкий голос, усиленный динамиком.
Тятя вздохнул, перекрестился и вошел в дверь, которую перед ним отворил охранник. Должно быть, ему было не менее жутко, чем его спутникам. Те-то не ведали, к кому их привели, а он-то знал.
— Сколько времени? — спросил Валерка у Вани.
— Не знаю, часы сняли… — ответил тот.
Потекли длинные минуты. Валерка пробовал считать про себя, но сбился и перестал. Тятя все не появлялся. Ребята сидели, позевывали, ждали…
Неожиданно голос из динамика произнес:
— Запускайте Соловьева.
Ваня встал, поежился, шагнул к двери и скрылся за ней. Валерка остался один. Стало по-настоящему жутко. И Тятя не вернулся, и Ваня ушел. Что-то будет? Охранники по-прежнему молчали, даже словом не перебрасывались. А минуты текли и текли. Может, и часы так, помаленьку, накрапывали…
Ни Тятя, ни Ваня из двери не вышли, когда голос позвал:
— Русаков!
Креститься Валерка не стал, просто вошел в дверь. Успел только заметить, что она двойная.
Это был совсем небольшой кабинет, где за столом сидел мрачный мужичище в камуфляжке и черных очках, заслонявших пол-лица. Ни Тяти, ни Вани в кабинете не просматривалось. Кроме усатого, были еще четыре охранника с дубинками, сторожившими попарно две двери:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135
Ваня только грустно усмехнулся. Смешная статья за самоволку по сравнению с той, что за убийство… Да еще и наркотики в кузове.
Без проблем доехали до развилки, потом — до поворота на трассу. Валерка вылез из кабины, заглянул в кузов.
— Куда дальше, дядя Тятя? Руководи!
— Едем до поворота на колхоз имени XXII партсъезда. Его уже давно распустили, но указатель остался. По столбику — 348-й километр, не забудь, свернем направо. Доедем до первой развилки, объясню, что дальше.
Погнали по трассе. Встречные попадались редко, гаишники вообще еще не встречались.
— Я чувствую, этот самый колхоз — глухомань. Там и не найдут, если что, — с опаской произнес Ваня.
— А мне и неохота, чтоб нашли. Мне все одно некуда деться. И тебе, кстати, тоже. От убийств и папа не отмажет.
— Ладно, замнем для ясности. Что будет, то будет. Минут через двадцать, когда уже пришлось фары зажечь, промелькнул столбик с цифрами «348», а затем большой плакат: «Колхоз имени XXII партсъезда» — с изображением силосных башен, толстых коров и колосков. Ваня повернул вправо. На указателе значилось: «Центральная усадьба — 5 км».
Развилка оказалась гораздо ближе, километрах в трех от трассы, прямо посреди поля. Асфальтированное шоссе шло прямо, все к той же усадьбе, слева проселок уходил к смутно черневшей и светившейся огоньками деревне, расположенной километрах в двух-трех, на пригорке. Еще один проселок уводил направо, к черной стене леса. На столбике чудом держался изрешеченный дробовым зарядом, облупившийся и поржавелый знак — «кирпич».
Ваня притормозил. Валерка подошел к заднему борту.
— Куда?
— Направо, под «кирпич», пусть жмет до упора. В смысле, пока в забор не упрется. Там ворота будут. Я сойду, вас пропустят.
— Ладно, — сказал Валерка. — Здесь, в лесу, гаишники, наверно, не водятся. Садись к Ване, только помни, что я сзади, ладно?
— Строгий ты… Не по годам! — заметил Тятя, прыгая наземь. Валерка забрался в кузов, уселся на одну из коробок с «товаром» и, положив автомат на колени, стал внимательно поглядывать за Тятей через заднее стекло кабины.
Пока ехали через поле, Валерка как-то не очень волновался. А вот когда покатили через лес и машину стало мотать из стороны в сторону — забеспокоился. Да и вообще — впереди ворота какие-то…
По лесу проехали с километр, прежде чем свет фар уперся в стальные ворота с красными звездами. КПП, бетонный забор — воинская часть, что ли?
— Пошел я, — с некоторым волнением в голосе произнес Тятя, вылезая из кабины. — Вы только не нервничайте, пожалуйста…
Валерка пристроился у дырки в тенте кузова, Ваня тоже держал автомат на коленях. Тятя вошел в дверь будки, а потом вышел из нее в сопровождении не менее крупного дяди в камуфляжной куртке и штанах, который обошел машину и заглянул в кузов, где сидел Валерка. То, что в кузове он увидел вооруженного солдата, а в кабине — второго, его особо не смутило. Наверно, беспокоился, чтобы им сюда целый взвод не привезли.
— Открывай! — повелел дядька в камуфляже, и ворота отъехали в сторону, освободив дорогу. Тятя вскочил на подножку и сказал:
— Давай, друг, въезжай.
Ваня, внутренне перекрестясь, въехал.
— Теперь направо, — руководил Тятя, — вон туда, под фонарь.
Было уже совсем темно, а фонарей в этом странном учреждении горело не так уж и много. Во всяком случае, там, куда велел ехать Тятя, всего один и не очень яркий.
— Стоп, — сказал Тятя. — Все, вылезаем. Ключ в щитке оставь.
Ваня подчинился. Валерка тоже выпрыгнул, держа автомат на изготовку.
— Ну что, пошли? — спросил Тятя.
— Куда?
— Знакомиться.
ФРОЛ
Под фонарем, где оставили машину с грузом, была небольшая площадка. То ли она была специально обвалована, то ли это было какое-то естественное углубление — Ваня с Валеркой это не поняли. Но только пришлось им подниматься оттуда по лестнице с тоненькими шаткими перильцами. Там, куда поднялись, росли деревья, а между ними куда-то вверх по косогору тянулась тропинка. Тятя уверенно топал в темноте, а солдаты поспешали за ним, стараясь не отстать. Хотя временами обоим казалось, что, может, и не худо бы потеряться…
Впереди, между заиндевелыми деревьями, светились какие-то тусклые огоньки. Дошли до приземистого, вросшего в почву, облезлого кирпичного строения.
— Заходите, — пригласил Тятя, толкая узкую дверь. Вошли и очутились в небольшой, два на два метра, комнатке, освещенной тусклой лампочкой. Дальше была железная дверь, через узкую прорезь-бойницу которой на вошедших уставился автомат.
— Если хотите, чтоб все было нормально, — дружески посоветовал Тятя, — кладите стволы и все прочее.
Валерка первый положил автомат, выложил все магазины, а также и трофейный «стечкин». Ваня тоже все положил, даже свой рюкзачок с тушенкой.
— В дверь проходить по одному, — сообщил тот, что стоял у бойницы. — Тятя — первый!
Тятя вошел, дверь закрылась. Валерка с тоской подумал, что сейчас их проще простого расстрелять. Оба как на ладони, за Тятю не спрячешься…
— Длинный — вперед! — приказали из-за двери. Длинным был Ваня, Валерка ему уступал в росте сантиметров пять.
Ваня вошел, дверь закрылась. Через пять минут последовало приказание:
— Заходи!
Два бугая размером с Тятю быстренько охлопали Валерку по карманам, вынули военный билет, а затем подтолкнули к какому-то сооружению. Ваня, которому доводилось летать на самолете, знал, что это детектор металла, а Валерка не догадывался, отчего немного трусил. Тем более что в коридорчике, где происходил контроль, ни Тяти, ни Вани уже не было. Они прошли в следующую дверь, куда в конце концов угодил и Валерка.
За этой дверью оказалось нечто вроде приемной. Только вместо секретарши за столом сидел еще один детина в камуфляже, а еще два таких же сторожили двери. Тятя в явном волнении уселся на скамеечку — охранник указал на нее дубинкой. Тут же пристроились и Ваня с Валеркой.
Валерке даже интересно стало, хотя и по-прежнему страшно. Несмотря на все, он ведь еще пацаном был…
— Давай Тятю, — раздался резкий голос, усиленный динамиком.
Тятя вздохнул, перекрестился и вошел в дверь, которую перед ним отворил охранник. Должно быть, ему было не менее жутко, чем его спутникам. Те-то не ведали, к кому их привели, а он-то знал.
— Сколько времени? — спросил Валерка у Вани.
— Не знаю, часы сняли… — ответил тот.
Потекли длинные минуты. Валерка пробовал считать про себя, но сбился и перестал. Тятя все не появлялся. Ребята сидели, позевывали, ждали…
Неожиданно голос из динамика произнес:
— Запускайте Соловьева.
Ваня встал, поежился, шагнул к двери и скрылся за ней. Валерка остался один. Стало по-настоящему жутко. И Тятя не вернулся, и Ваня ушел. Что-то будет? Охранники по-прежнему молчали, даже словом не перебрасывались. А минуты текли и текли. Может, и часы так, помаленьку, накрапывали…
Ни Тятя, ни Ваня из двери не вышли, когда голос позвал:
— Русаков!
Креститься Валерка не стал, просто вошел в дверь. Успел только заметить, что она двойная.
Это был совсем небольшой кабинет, где за столом сидел мрачный мужичище в камуфляжке и черных очках, заслонявших пол-лица. Ни Тяти, ни Вани в кабинете не просматривалось. Кроме усатого, были еще четыре охранника с дубинками, сторожившими попарно две двери:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135