мебель для ванной каприго распродажа 

 

А. Столыпина во время пребывания его на заседании Государственного совета...
В декабре Карл вместе с двумя неизвестными женщинами был арестован на даче в Колломяках...
Полковник ГЕРАСИМОВ».
Снова жизнь Столыпина под угрозой. Даже можно сказать — обречена на жертву.
В его портфеле — стальной лист, чтобы можно было загородиться от пули, как щитом.
Он знает, что обречен и что единственное спасение — уйти, исчезнуть с петербургского горизонта, уехать в Колноберже, где он только отец, только муж, только помещик.
Он, ненавидимый либерально-революционной интеллигенцией, был любим; уважаем, счастлив в Колноберже, неподалеку от Ковно.
Конечно, обречен.
Со всеми своими мечтами вывести Россию к благоденствию — обречен.
Большинство не хочет терпеть, долго трудиться. Легче убить.
(Выписка из полученного агентурным путем письма с подписью «Сова»: «Почему не написали об убийстве С. А.? (великий князь Сергей Александрович, убитый эсером Каляевым. — Авт.) У нас слышны по этому поводу, преимущественно среди рабочих, такие речи: „Собаке собачья смерть“. Я лично так этому обрадовалась, что вы и представить себе не можете. Как хорошо, что одним подлецом стало меньше. Молодцы С.-Р. — как удачно они действуют».)
Радоваться убийству было в обычае общества. Террор стал божеством.
Старейший кадет И. Петрункевич заявляет о невозможности для партии осудить террор, ибо это явилось бы «моральной гибелью партии».
Александр Солженицын, приводя эти слова Петрункевича («Март семнадцатого»), не ужасается, нет. Он свидетельствует об обреченности реформатора.
Дух убийства, жажда немедленного переворота, романтизация всякого насилия и всяких террористов — вот воздух времени. Им дышат, опьяняясь все сильнее: рабочие, гимназисты, студенты, чиновники. Опьяняется интеллигенция, великая русская интеллигенция (и не великие, рядовые интеллигенты), погружаются в завораживающие сны.
Отсюда — шаг до бездны, которая поглотит их всех и превратит Россию в «бездыханный труп» (Н. Бердяев).
И маленький стальной щит в портфеле премьера!
А рядом со сталью — проекты аграрной реформы, разрушающей русскую крестьянскую общину, эту великую народную крепость и великую темницу.
Столыпин должен был успеть, прежде чем погибнет, наверстать упущенное за пятьдесят лет, дать то, что должно было быть дано крестьянину на следующий день после освобождения, то есть 19 февраля 1861 года, — личную свободу распоряжаться своей землей.
Сколько ему отпущено времени? Кто в России его поддержит?
Александр Васильевич Кривошеий, правая рука Столыпина, завершивший политическую карьеру премьер-министром правительства юга России в Крыму, говорил на встрече с журналистами в июне 1920 года:
— Трагедия России в том, что к землеустройству не приступили сразу после освобождения. Русская революция потому и приняла анархический характер, что крестьяне жили земельным укладом царя Берендея. Если Западная Европа, треща и разваливаясь, еще обошлась без большевизма (и обойдется), то потому, что земельный быт французского, немецкого, английского, итальянского фермера давно устроен.
Кривошеий пережил Столыпина на десять лет, увидел весь оборот исторического колеса и даже у Врангеля пытался в условиях гражданской войны проводить реформы. Увы, время давно было упущено. (Однако прощальные кривошеинские реформы мы еще вспомним в заключительных главах этой книги.)
Теперь вернемся к началу жизни Столыпина. Кто он, наш герой? Кто его отец и мать? Какие молитвы твердили его предки, за что умирали?
Один из самых знаменитых родственников реформатора — русский поэт, чьи стихи знают с детства.
«...И умереть мы обещали, и клятву верности сдержали мы в Бородинский бой».
Да, Лермонтов.
Петр Аркадьевич родился в 1862 году в подмосковном имении Середниково, которое сегодня является лермонтовским мемориалом.
Дед премьер-министра, Дмитрий Александрович Столыпин, и бабушка поэта, Елизавета Алексеевна Столыпина, — родные брат и сестра. Значит, реформатор и поэт — троюродные братья.
Генеалогия Столыпиных прослеживается с XVI века — с Григория Столыпина. Его сын Афанасий — муромский дворянин. Сильвестр Афанасьевич Столыпин участвует в войне с Польшей в 1654—1656 годах, заканчивает жизнь московским дворянином. Затем идут, служилые дворяне Семен Сильвестрович, Емельян Семенович, Алексей Емельянович. Они ничем особым не выделяются из массы русских дворян, были воинами и земледельцами, представляя собой типичных патриархальных помещиков. Впрочем, Алексей Емельянович, прадед премьер-министра, вышел в отставку поручиком (родился в 1744 году), был предводителем пензенского дворянства.
У него шестеро детей: Александр — адъютант Суворова, Аркадий — друг реформатора Сперанского, тайный советник, обер-прокурор и сенатор, Николай — генерал-лейтенант, разорванный толпой во время бунта в Севастополе. Дмитрий — дед Петра Аркадьевича, генерал-майор, Афанасий — штабс-капитан, саратовский предводитель дворянства, и Елизавета, бабушка М. Ю. Лермонтова, вышедшая замуж за М. В. Арсеньева.
Величественное родовое древо, выросшее из глубины российской истории. Какие фигуры соприкасались с ним! Какие потрясения, трагедии, победы России воплощались в судьбах Столыпиных! Даже если бы весь род пресекся, он, должно быть, остался бы во втором или третьем ряду истории.
Лев Толстой, который считал премьер-министра Столыпина идейным противником, был дружен с его отцом — Аркадием Дмитриевичем, был с ним на «ты». Они принадлежали одному поколению. Оба участвовали в Крымской войне, пережили унижение России, пережили подъем патриотизма, эпоху Великих реформ. Аркадий Дмитриевич дослужился до чина генерала от артиллерии, участвовал в освобождении Болгарии от турецкого ига. Побывала на той войне и его жена Наталия Михайловна, ей пришлось под огнем ухаживать за ранеными, была награждена медалью. Наверное, когда генерал гостил в Ясной Поляне, беседовал с Толстым о судьбе России, они не подозревали о том; что оба они — прошлое, невозвратное прошлое и что любимая ими великая дворянская Россия — на краю пропасти. Не подозревали, что младший Столыпин почти спасет Россию от надвигающейся катастрофы.
Аркадий Дмитриевич писал книги, был скульптором, играл на скрипке. Известна его «История России» для народного и солдатского чтения.. На академической выставке 1869 года экспонировались его работы—~ «Голова Спасителя» и «Медаль статуи Спасителя».
Что отец передал сыну? Понимание долга? Культуру? Родовые традиции? Любовь к родине? Безусловно, да.
Однако больше всего выразил свое отношение к отцу сам Столыпин. Когда умер Аркадий Дмитриевич, он обнял дочь Машу и сказал:
— Как ты счастлива, что у тебя есть отец!
К долгу, культуре, традициям надо прибавить счастье следовать им.
А вот работы другого Столыпина, Дмитрия Аркадьевича, двоюродного брата Петра Аркадьевича: «Арендные хутора», «Земледельческий порядок до и после упразднения крепостного права». Главный вывод этих работ: корень экономических бед российского хозяйства таится в крестьянской общине, она сдерживает развитие сильных, ее необходимо разрушить.
Воевали, вели хозяйство, сочиняли стихи, погибали, становились предтечами для потомков. Это было бессмертие, как мы понимаем его. Было в этом и божественное выражение человеческой истории.
Вначале ничто не говорило о предназначении Петра Столыпина. Он закончил физико-математический факультет Санкт-Петербургского университета, рано женился, стал служить в статистическом отделении Министерства земледелия. В его доме часто бывал поэт Алексей Апухтин. Помните? «Пара гнедых, запряженных с зарею...», «Ночи безумные, ночи бессонные,..»
Семья, служба, петербургские романсы, старая нянька Аграфена, обращавшаяся к Петру Аркадьевичу на «ты»... И ничего такого, что могло бы указать на предназначение.
Но оно близко. Столыпины переезжают в свое имение Колноберже неподалеку от Ковно, молодой помещик избирается уездным предводителем дворянства, начинается совсем иная жизнь.
При всей условности обращений к литературным героям не будет чрезмерным сравнить Петра Столыпина с Константином Левиным из толстовского романа «Анна Каренина». Хотя это разные характеры, но тип один.
Самая любимая работа для Столыпина — создание сельскохозяйственного общества (одной из форм крестьянской кооперации), постройка и организация склада сельскохозяйственных орудий, народного дома с ночлежным отделением, библиотекой. В народном доме делались театрализованные представления, устраивались народные балы, был и кинематограф с первыми наивными картинами. Как пишет старшая дочь П. А. Столыпина, Мария, в книге «Воспоминания о моем отце П. А. Столыпине», ей запомнилась забавная лента, изображавшая, как маленькие дети дерутся подушками.
Зимой семья живет в Ковно, после Пасхи переезжает в деревню, причем выезд на карете с четверкой цугом, кучер сидит в цилиндре, за каретой — телеги, по-местному, «курлянки» и «нытычанки». Помещик перебирается в имение. Патриархальная старина. Похоже на гоголевские времена. Да они не так уж и далеки, эти гоголевские времена. Кинематограф и четверка цугом, кооперация и помещичье землевладение, огромная лужа перед ковенским домом и театр, и большая библиотека, вывезенная из Середникова, в которой есть книги, читанные Лермонтовым, — все переплетено неразрывно.
Старое и новое. Одно отмирает, другое отбрасывает привычное, родное, вечное и вырастает... Старятся родители, вырастают дети. Петр Аркадьевич и Ольга Борисовна читают по вечерам вслух романы — «Воскресение», «Анну Каренину», исторические романы Валишевского, а дочерям — Жюля Верна, стихи Пушкина, Лермонтова. Они еще молоды, полны сил, впереди — целая жизнь. Наверное, они счастливы.
Возможно, Столыпин так бы и прожил долгие годы, служа своему делу и воспитывая детей, если бы не изменения в глубине всей российской жизни.

Наступил двадцатый век. В 1902 году Столыпин становится гродненским губернатором. Ему сорок лет. У него четыре дочери, сын родится через год.
Мало кому известно это имя. Да и что такое — гродненский губернатор? Губерния незначительная, в углу. Разве что болот много, а в самой Гродне много евреев и поляков. История Гродны пестрая. От киевских князей до шведов. Отсюда Стефан Баторий целился в сердце Руси, но не угадал. Теперь от его замка — одни развалины.
Чем занимается новый губернатор? Земельными делами: внедрением искусственных удобрений, улучшенных орудий, многопольных севооборотов, а еще больше — устройством хуторов. Это ему знакомо.
Через год Столыпина назначают губернатором Саратовской губернии. Саратовская — большая, в центре страны. Здесь у Столыпина родовые земли, здесь Столыпины известны: двоюродный дед губернатора, Афанасий Алексеевич, был саратовским предводителем дворянства.
В июне рождается сын Аркадий, который через три года будет ранен при первом покушении. Пятеро детей у губернатора. Он не только любящий отец, но и «хозяин», как определял положение губернатора один из указов девятнадцатого века.
А двадцатый век — новые песни. Прогремели войны, англо-бурская, на которой побывали и русские добровольцы, прославившиеся потом в Государственной думе (А. И. Гучков), и другая война, тоже далекая, американо-испанская. Россия же еще раньше ввела войска в Маньчжурию. Казалось, продолжалась традиционная политика империи — защищаться на Западе, наступать на Востоке. А что внутри страны? Министр финансов С. Ю. Витте в 1900 году представил Николаю II доклад «О положении промышленности», в котором подчеркивал необходимость индустриального развития России.
Роль Витте в истории России велика, это был выдающийся финансист и политик. Многое из начатого им пришлось продолжать Столыпину. Но пока до столыпинских реформ, кажется, невообразимо далеко.
В докладе говорилось о богатых потенциальных возможностях России и обращалось внимание на отсталость отечественной промышленности от Европы и Северной Америки.
«Он (Витте) подчеркивал, что Россия остается страной по преимуществу земледельческой, в то время как политическое, да военное могущество всех государств зиждется теперь на их промышленном развитии, России с ее огромным разноплеменным населением и сложными задачами в мировой политике прочный экономический фундамент необходим больше, чем какой-либо другой стране Международное соперничество не ждет. Если ныне же не будет принято энергичных и решительных мер к тому, чтобы в течение ближайших десятилетий наша промышленность оказалась в состоянии своими продуктами покрывать потребности России и азиатских стран, которые находятся или должны находиться под нашим влиянием, то быстро растущая иноземная промышленность сумеет прорваться через наши таможенные преграды и водвориться как в нашем отечестве, так и в сказанных азиатских странах, а, укоренившись в глубинах народного потребления, она может постепенно расчистить пути и для более тревожных иноземных политических влияний». Он предупреждал царя, что медленный рост промышленности может затруднить выполнение великих международных задач России, ослабить ее могущество, повлечь за собой политическую и культурную отсталость.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31

 https://sdvk.ru/Sanfayans/Unitazi/Cvetnye/ 

 китайская плитка