вертикальный полотенцесушитель водяной 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Хороший охотник, коварный и очень опасный человек. Ему нужны были мы с Дианой, но теперь ему захочется прибрать к рукам все, что только можно унести. Ему известны наши возможности, и он догадывается, что мы ставим капканы в лесу. А значит, здесь есть связки меха. И еще у нас есть женщины.
Кейн мрачно глядел на поля.
— Похоже, этот год обещает нам невиданный урожай, — заметил он. — Не стоит оставлять его без присмотра именно сейчас.
После непродолжительной паузы он задал новый вопрос:
— Ну и как вам на западе? Там, где вы с Янсом уже как будто обосновались?
— Там замечательно, но почва самая обычная. У подножия гор, в низинах, дела пошли куда бы лучше, но ты же нас с Янсом знаешь не первый год. Мы любим забраться куда повыше, тем более, что там можно неплохо поохотиться. В низинах, вдоль ручьев, есть луга, на которых растет такая высокая трава, что даже если там проехать на лошади, она все равно достанет до колена.
— Хотелось бы на это взглянуть, — вздохнул Кейн, и в голосе его слышалась зависть. — А вот скажи мне, Кин, как раскинулась эта земля? Есть ли у нее конец?
— Все когда-то кончается. Скорее всего, это где-то на берегах западного моря.
Было очень тихо. Время от времени гремел гром, но его раскаты были уже очень далеко от нас. Ливень прекратился, сменившись обыкновенным моросящим дождем, в прохладном воздухе пахло свежестью. Лес стоял притихший, неподвижны были даже листья на деревьях, не видно дыма от костра, хотя вон то легкое облачко, что голубеет к востоку отсюда, запросто могло им оказаться.
Скорее всего, они попытаются атаковать под покровом ночи, когда многие из наших отправятся спать. На стенах одновременно могло находиться не более двух человек, да и те должны действовать так, чтобы не дать Бауэру вывести из их действий некую закономерность. Силами двоих организовать нормальный дозор невозможно. Стены и крепости всегда действовали на меня угнетающе. Я не был создан для обороны, потому что, на мой взгляд, уж лучше нападать, чем защищаться. Но здесь были женщины и дети, которых нужно было защищать, тут же хранились товары для торговли, так что иного выхода у нас не было. И все-таки я предпочел бы оказаться сейчас в лесу.
Мысль об этом засела у меня в голове. Чему учил нас отец?
«Наступай, всегда иди в атаку. Сколько бы ни было у тебя людей, один или полсотни, что-то всегда можно придумать. И не имеет значения, сколько людей у твоего врага. Враг должен быть атакован».
Разумеется. Но как?
— Сегодня ночью, — сказал я, — я, может быть, уйду в лес.
— Эх, — вздохнул Кейн О'Хара. — Я и сам об этом подумывал, но нас и так мало. Мы не можем позволить себе терять людей вообще, и таких, как ты, в особенности.
С урожаем медлить нельзя, не терпели отлагательств также и мои письма к Питеру Таллису и Брайану, и потому чем больше я размышлял над нашей ситуацией, тем больше она меня беспокоила. Кое-кто в Джеймстауне знал о расположении нашей колонии, хотя никто не рисковал заходить так далеко в глубь материка. Им было также известно и о том, что время от времени мы поставляли торговцам связки мехов. Порой мы продавали алмазы и самостоятельно обеспечивали себя всем необходимым. Возможно, уже в скором времени в наши места придут другие поселенцы, и не исключено, что у кого-нибудь из них могут оказаться достаточные связи, чтобы получить у королевы дарственные на эти земли. У нас же не было на них никакого законного права, кроме того, что наши люди раньше всех появились здесь и застолбили для себя это место.
И еще меня преследовали навязчивые воспоминания о том, что произошло с Уильямом Клэборном. Он жил на земле, скупал и перепродавал мех, и все шло просто замечательно до тех пор, пока его остров не оказался в составе территории, которая должна была по королевской дарственной отойти лорду Балтимору.
Кейн без устали расхаживал по стене. Диана принесла свежесваренный кофе. Он был очень вкусным, и мы пили его у стены, под скатом крыши.
— Из-за меня у вас неприятности, — сказала она. — Если бы не я…
— Глупости, — отозвался я. — Тебе не в чем себя винить. Чему быть, того не миновать. Теперь мы должны подумать о том, как быть и что делать дальше.
Мы расхаживали по площадке на стене, время от времени останавливаясь, чтобы в очередной раз взглянуть на лес. С самого раннего детства моя жизнь была неразрывно связана с этим лесом: я выслеживал в нем врагов и охотился за дичью, я видел лес при любой погоде и в разное время суток, я знал, как солнечный свет проникает сквозь листву и то, где и как при этом ложатся тени. В этом лесу не осталось от меня секретов и тайн, это был лес моих воспоминаний. В детстве я играл в этом лесу с Янсом, Джубалом и Брайаном, а позднее и с Ноэллой. Мы забирались на деревья, собирали ягоды и играли в прятки под сенью его вековых деревьев.
Мой отец всегда был нашим защитником. Он всегда был здесь, рядом, и, сколько я его помню, неизменно оставался добрым, рассудительным и сильным. Иногда он бывал вспыльчив и раздражителен, время от времени случалось и такое, но мы всегда и во всем полагались на него. И не только мы, дети, но и взрослые тоже.
Теперь я должен был занять его место. Я должен был сплотить вокруг себя нашу маленькую общину, чтобы люди почувствовали уверенность в собственных силах. Вот почему я не мог более сидеть без дела и дожидаться атаки. Бауэр был слишком умен и хитер. Он наверняка постарается придумать какую-нибудь хитрость, какую-либо уловку.
«Никогда не позволяй врагу укрепить свои позиции, — часто втолковывал нам отец. — Атакуй, пусть ему не будет от тебя покоя. Не давай опомниться, не позволяй сделать первый ход».
Я никогда не был склонен лгать женщинам, предпочитая говорить правду, какой бы горькой она ни была. Я научился от отца доверять их мнению.
— Сегодня ночью, — сказал я Диане, — я выйду отсюда.
— Но что ты можешь?
— Этого я не узнаю, пока собственными глазами не увижу, что к чему. Но я должен что-то предпринять.
— А как же Янс?
Я догадывался, что она имела в виду.
— Возможно, Янс справился бы с этим лучше меня. Он очень хитер. Но за все отвечаю я. Какой бы ни была причина, по которой эти люди оказались здесь, но пришли они сюда в погоне за мною. И хотя Бауэр угрожает напасть на всех, он мой враг, и поэтому принимать решение должен я сам.
— Но что может сделать один человек?
— Еще не знаю, — честно признался я. — Я должен выйти, а там будет видно.
Довольно странно, но я и в самом деле хотел уйти отсюда. Хорониться за стенами форта было не по мне: только в лесу и среди гор я чувствовал себя как дома. Я не мог сидеть сложа руки в то время, как враг намечал, когда и как ему лучше совершить нападение, и теперь, утвердившись в своем решении выбраться из форта, я чувствовал огромное облегчение.
— Тогда тебе лучше отдохнуть, — сказала она. — Я позову Янса.
Она спустилась вниз по лестнице, а я ждал, прислушиваясь к тихому шелесту дождя. Под низкими тучами лес, казалось, потемнел, и зелень его крон стала более глубокой.
У меня не было возможности заранее понять, что ожидает меня за крепкими стенами форта; лишь только обнаружив их лагерь, я мог решить, как быть дальше. Мне придется оказаться одному в лесу среди ночи. И все же я хорошо знал этот лес от склонов Чанки-Гэл и хребтов Нантаалы до Сосновой вершины и гор Таскити, от Компас-Крик до ущелья Быстрого ручья и ручья Мускусной крысы.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61
 https://sdvk.ru/Mebel_dlya_vannih_komnat/Komplekt/podvesnie/ 

 Грес де Арагон Orion