– Мужья на своих жен так не глазеют, – ехидно заметила Бетта.
– Мой – глазеет. – Люси защищала Хита как львица свое потомство; тем не менее она не удержалась и метнула в его сторону вопросительный взгляд, просто так, на всякий случай.
Теперь уже Хит стоял в немом удивлении, озадаченный взглядами двух леди.
– Да-а, – задумчиво протянула Бетта, – и все-таки он просто прелесть.
Отойдя от пожирательницы мужских сердец – о Бетте шла и такая слава, – Люси спешно пробормотала положенные по этикету прощальные слова остальным членам «Встречи по четвергам». У входных дверей Хит взял черную пелерину Люси из рук дородной служанки в белоснежном накрахмаленном переднике и аккуратно набросил на плечи жены. Она взяла его под руку, и они чинно направились к своему ландо.
– Итак, благополучный финал, – произнес Хит, когда экипаж тронулся. Дробный цокот конских копыт задавал их беседе размеренный ритм.
– Да, вечер удался на славу, музыканты играли просто виртуозно.
– Я имею в виду вовсе не концерт… Пару секунд Люси колебалась с ответом:
– Тогда, если я не ошибаюсь, ты говоришь о Даниэле и Салли.
– Ты действительно не ошибаешься. Я видел и твой взгляд в ее сторону, и твой поднятый бокал. Этот необычный, не присущий тебе жест потряс меня более всего. Синда, милая, а ведь иной раз и ты выказываешь крепость духа.
– Ну что ты, я всего-навсего присоединилась к общему тосту…
– К тосту за помолвку твоего бывшего жениха и твоей, опять-таки бывшей, лучшей подруги. А теперь признайся, легко ли тебе было в этот момент? – Видя, как Люси сурово отводит взор, давая понять, что не собирается отвечать, Хит тихонько рассмеялся:
– Ну ладно, ладно, прости меня. Я вовсе не собираюсь умалять благородство твоего поступка. Но вот что мне любопытно… Тебя этот брак не удивляет?
– Я… признаться, мне и во сне такое не приснилось бы – Даниэль вместе с Салли, – пробормотала озадаченно Люси; ее глаза затуманились, взгляд устремился вдаль, нахлынувшие волны воспоминаний уносили ее в прошлое, и только глуховатый голосок еще связывал ее с настоящим. – Мы росли вместе втроем, но я не припомню случая, чтобы Даниэль когда-нибудь обратил на Салли внимание.
– Нет, конечно, нет. Пока ты была рядом с ним, точно нет. Ты всегда поглощаешь все внимание мужчины.
– Как быстро, однако, они нашли друг друга. Ведь со времени нашей с тобой свадьбы минуло всего три месяца.
– Полноте, милочка! Это далеко не худший выбор для Даниэля. Разумеется, ей не хватает твоей решительности, ума, но во всем остальном она весьма недурна, как раз то, что нужно Даниэлю.
– Ты, конечно, думаешь, что с Салли ему будет гораздо лучше, чем было бы со мной?
– Позволь мне допустить невозможность последнего.
– А ведь я могла бы стать ему хорошей женой.
– Едва ли.
Люси пристально смотрела на Хита, на его резко очерченный профиль. Не скрывая нарастающего раздражения, она продолжала:
– И он мог бы стать мне верным мужем. По крайней мере Даниэль не оставлял бы меня в полном одиночестве на время своих визитов к… – У Люси едва хватило сил вовремя сдержаться от дальнейших обвинений. Слово не птица, вылетит – не поймаешь… Дикое, необузданное чувство билось в ее груди в поисках выхода, как мечется в ловушке пойманная куропатка в безнадежном стремлении освободиться. Внезапно Люси решилась открыть капкан: довольно, сейчас она выплеснет на Хита всю свою боль, гнев, разочарование – все, что накопилось за недолгий срок их совместной жизни.
– Так кому наносятся визиты? – Узко сощуренные глаза Рэйна выдавали невиданную степень разъяренности. – Ну давай, Синда, смелее, говори до конца, раз уж начала.
– Другим женщинам, – запекшимися от напряжения губами, едва слышно, прошептала Люси. С этими словами ее дыхание участилось, она жадно глотала воздух, и это был воздух свободы и облегчения – она говорила ему все, что думала. – Ты совсем не бываешь дома, постоянно возвращаешься глубоко за полночь, поэтому… что я могу еще думать о тебе?
– Какого черта, что за чушь! – загрохотал Хит. – Значит, ты уверена, что я, вместо того чтобы трудиться, как и пристало благонравному супругу, слоняюсь по Бостону с разными шлюхами!
– А разве это не правда? – Люси, как говорится, пошла ва-банк. Впрочем, не была б она женщиной, если в ее сердце не вспыхнула мерцающая звездочка надежды: вопрос исподволь подразумевал отрицательный ответ.
После такой лихой атаки в продолжение нескольких минут Хит и впрямь выглядел пораженным, если не сказать обиженным. Люси задела его за живое. Он молчал, а она смотрела на него; пульсирующая агония тревожного ожидания с каждым мгновением приближалась к критической отметке. По правде говоря, Люси не придавала большого значения тому, что Хит скажет, важнее для нее было то, как он это сделает. И лучше бы он дал ответ как можно быстрее, иначе… иначе она не выдержит и завизжит резким, истошным визгом. Наконец Хит сказал:
– А если я развлекаюсь с бостонскими девицами везде и всюду, где только нахожу их? Для тебя это так уж важно?
– Значит, это правда, – придушенным от ярости полушепотом прошипела Люси. – Значит, ты встречаешься с другими женщинами…
– Я не говорю «да» и не говорю «нет». Я только спрашиваю: какое тебе дело, занимаюсь я этим или нет?
– Какое мне дело? Да если хочешь знать, мне на все это наплевать! – Люси нарочно трубила Хиту, желая, правда, почти безуспешно, как можно больнее уколоть его. Рэйн пришел в себя, и теперь дерзкая улыбка играла на его внешне невозмутимом лице. Для Люси это было уже слишком, и она взорвалась:
– Что с тобой случилось! Почему, почему ты так изменился, Хит! Ведь ты был таким милым, нежным…
– Вряд ли я стал намного хуже и черствее, Люси, но согласись, это ты не позволяешь мне быть нежным и ласковым с тобой.
– Я не знаю, что ты хочешь от меня. – Совершенно подавленную мучительными переживаниями последних недель, Люси всю колотило крупной нервной дрожью. Казалось, все накопленное внутри нее вот-вот выплеснется наружу. – Я не знаю, почему я стала безразлична тебе, я не могу понять этой перемены в тебе… Почему ты так равнодушен… Когда мы только поженились, ну тогда, в первую брачную ночь, я думала, мы сможем… но сейчас…
– Мы сможем сделать что? – В мгновение ока настроение Рэйна изменилось: его серьезный пристальный взгляд настойчиво требовал ответа. Люси молчала. Она не могла ничего сказать в ответ, все слова застряли у нее в горле. Хит тряхнул головой, развернулся и сосредоточил внимание на дороге. Немая сцена затягивалась, стена недоверия и напряженности, разделяющая супругов, угрожающе росла.
– Сначала я еще питала надежду, что мы как-то приноровимся и сможем ладить друг с другом, – неуклюже, с запинками говорила Люси, сама удивляясь неловкости своей речи. – Но я не ожидала, что ты будешь встречаться с другими женщинами. Я не хочу этого, не желаю, понимаешь ты или нет! – Последней фразой Люси выдала себя с головой и тотчас же съежилась, как будто пыталась спрятаться в тесном экипаже. Она просто сгорала от стыда. Боже, как это глупо, лишь допуская возможность события, утверждать его как факт. А Хит, Хит же немедленно начнет высмеивать ее, он прекрасно понял, что в ней говорит ревность. Рэйн и в самом деле все отлично понял. Его руки напряглись, он потянул поводья на себя, притормаживая рысака.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93