- Ничего вы мне не докладывали, да и правильно сделали - иначе бы я немедленно арестовал вас и вашу преступную группу. Расхитителям Марса надо дать крепко по рукам, правда, ребята?
Старатели вновь расхохотались - на этот раз более дружно.
- Та-а-ак, - ошеломленно пробормотал Поплавский. - Комиссар Книшевич? Вот это сюрприз!
Книшевич снисходительно кивнул.
- Разумеется, это для вас сюрприз, Владимир. Если бы вы раньше догадались, на пути какой страшной силы вздумали встать, то сейчас бы не попали в такое безвыходное положение. И вообще, вы вели себя довольно глупо. А знаете, что будут писать все газеты Земли на следующий же день после вашей, увы, безвременной гибели?
Поплавский угрюмо молчал.
- Нет, это будут не некрологи, дорогой Володя! Наши люди в Интерполе уже подготовили материалы следствия, которые изобличают вас и вашу группу в контрабанде марсианских сокровищ! Разумеется, поддельных - ведь любому школьнику известно, что никаких городов на Марсе нет. А рядом с изобличающими вашу шайку материалами мы поместим кое-какие фотографии. Среди них будет и одна подлинная - та, где вы сфотографированы с браслетом в руке. Это вы, глава контрабандистов, пытались продать подделку мадам Лабраден, и доверчивая жена алмазного короля клюнула на вашу приманку. Очень нехорошо с вашей стороны, Владимир, обманывать жен богачей.
Поплавский покачал головой.
- Недурно, недурно… - пробормотал он. - Выходит, вся эта история с браслетом была подстроена с самого начала?
- Конечно, - усмехнулся Книшевич. - Здесь, на Марсе, вы стали проявлять излишнюю активность, и тогда наш человек в русской колонии получил приказ вплотную заняться вами. Наши агенты на Земле следили за каждым вашим шагом. Поначалу мы решили, что вас с мистером Кориным надо ликвидировать еще в Москве, но молодой талантливый хронофизик очень нужен нам здесь, на Марсе. И мы, кажется, не ошиблись… А теперь, уважаемые спасатели, выбирайте. Или вы соглашаетесь сотрудничать с нами, увы, на очень жестких условиях, и тогда будете считаться в миру всего лишь пропавшими без вести, героями, погибшими при исполнении служебных обязанностей. Альтернатива очень неприятна: не только смерть в песках, но и опозоренные на все Внеземелье имена. Признаюсь, второго мне очень не хотелось бы, но… Что скажете, Владимир?
Корин сделал знак, чтобы Поплавский и Марта отключили радиофоны. Все трое коснулись шлемами друг друга, и тогда Игорь спросил:
- Что скажешь, командир? Нас, словно волков, обложили, кажется, со всех сторон. Ты сообщил обо всем главе русской колонии?
- Виктор Михайлович еще вчера срочно уехал на какую-то дальнюю базу, - мрачно сообщил Поплавский. - А его заместители, как назло, очень заняты и не смогли поговорить со мной. Конечно, я послал факс, но боюсь, он где-нибудь затеряется.
- Не может быть, чтобы и они тоже… - начала горячо Марта, но Поплавский перебил девушку.
- Сейчас не до эмоций. Игорь, у тебя есть какая-нибудь толковая идея?
- Нет.
- А дурацкая, безумная, идиотская?
- Надо подумать…
- Некогда думать! Книшевич с нами церемониться не станет.
- Хм-м… Тогда, Володя, пора тебе использовать твое знаменитое обаяние. Иди и начни переговоры. Попытайся потянуть время. Марта, ты тоже к нему присоединяйся. А мне надо хотя бы на три минуты забраться в салон «Белки».
- Зачем?
- Некогда объяснять. Идите, я скоро присоединюсь к вам.
Поплавский озадаченно посмотрел на Корина, но спорить не стал. Спрыгнув на песок, командир помог спуститься Марте, и они медленно пошли в сторону краулеров. Асташевский, стоявший по-прежнему рядом с поверженным Мелвиллом, хотел было присоединиться к ним, но его остановили выразительно поднятые дула автоматов.
- Только не делайте никаких глупостей, Владимир, - предупредил Книшевич. - Я всегда с симпатией относился к вам и вашим парням, потому и готов проявить милосердие… Э-э, а почему господин Корин спустился в салон лунотанка?
- Он предупредит двоих моих людей, что игра проиграна, а затем все трое покинут «Белку», - спокойно объяснил на ходу Поплавский.
- Лучше бы они поскорее вышли, - с угрозой заметил Книшевич. - Предупреждаю, если машина сдвинется с места, она будет уничтожена.
Переговоры начались, но они больше напоминали ультиматум со стороны комиссара Марса. Старатели слушали этот разговор, озадаченно переглядываясь. Больше всего им хотелось бежать в сторону новых ворот, но лежащие на песке тела погибших товарищей сдерживали их естественный порыв.
Как и обещал Поплавский, через несколько минут наружный люк на башне лунотанка вновь открылся, и оттуда выбрались один за другим Саблин, Мирзоян и Корин. Немедленно в их сторону повернулись несколько автоматов. На всякий случай подняв руки, трое спасателей пошли в сторону краулеров.
- …ничего больше гарантировать вам не могу, - тем временем говорил Книшевич, искоса поглядывая на мрачную Марту. - Рабочие руки на Марсе дорого стоят, а раскопки в этом городе только начинаются. Не знаю, когда мы сможем освободить вас и ваших товарищей и на каких условиях, но обещаю - мы сделаем это. Сейчас наши медики работают над тем, как смывать у людей определенные воспоминания. Если эти исследования завершатся успехом, все пленники, работающие сейчас в городах, будут немедленно отпущены. Не варвары же мы, в конце концов… Э-э, а это еще что?
- Если хотите жить, падайте на землю! - крикнул Корин и рухнул на песок, закрывая шлем руками. То же самое проделали и двое его спутников. Их примеру немедленно последовал Асташевский - он полностью доверял молодому хронофизику. Чуть позже к ним присоединились и Поплавский с Мартой.
Комиссар Книшевич, казалось, немного растерялся. Зато старатели немедленно отреагировали взволнованными криками:
- Парни, да эта чертова машина, наверное, заминирована!
- Бежим, пока здесь все не разнесло на атомы!
- Черт побери, надо было сразу же шлепнуть этих русских, а не трепаться с ними!
- Чушь, русские блефуют! Стреляйте, ребята!
Но выстрелы так и не прозвучали. Некоторые старатели поспешно нырнули в раскрытые люки краулеров, другие помчались в сторону ближайших зданий, третьи спрятались за колесами машин. И вовремя!
Две башни, стоявшие по обе стороны от «Белки», внезапно загудели. Решетчатый излучатель «Белки» стал стремительно раскаляться, словно его поместили в пылающий горн.
К этому времени стоять остался лишь один Книшевич. Комиссар растерянно облизнул пересохшие губы. Он ничего не понимал.
- Торквилл, где ты прячешься? - спросил он, оглядываясь по сторонам. - Черт побери, ты мой штатный хронофизик или трусливая крыса? Что происходит?
Один из людей, лежащих за колесами соседнего краулера, приподнял голову и отчаянно крикнул:
- По-моему, излучатель танка переключен на режим поглощения внешней хроноэнергии!
- Ну и что? - недоумевал Книшевич.
- А то, что сейчас произойдет нечто вроде короткого замыкания… Да ложитесь же вы, идиот!
И в этот момент грибообразные вершины двух башен тоже стали раскаляться. В разные стороны полетели тучи искр. Еще несколько мгновений - и обе башни вспыхнули, словно были сделаны из сухого дерева. За ними вспыхнули две соседние хроноустановки, и еще две, и еще…
Даже в разреженной атмосфере Марса ударная волна оказалась ужасной. Книшевича подняло на несколько метров в воздух и с силой швырнуло на ближайший краулер.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108
Старатели вновь расхохотались - на этот раз более дружно.
- Та-а-ак, - ошеломленно пробормотал Поплавский. - Комиссар Книшевич? Вот это сюрприз!
Книшевич снисходительно кивнул.
- Разумеется, это для вас сюрприз, Владимир. Если бы вы раньше догадались, на пути какой страшной силы вздумали встать, то сейчас бы не попали в такое безвыходное положение. И вообще, вы вели себя довольно глупо. А знаете, что будут писать все газеты Земли на следующий же день после вашей, увы, безвременной гибели?
Поплавский угрюмо молчал.
- Нет, это будут не некрологи, дорогой Володя! Наши люди в Интерполе уже подготовили материалы следствия, которые изобличают вас и вашу группу в контрабанде марсианских сокровищ! Разумеется, поддельных - ведь любому школьнику известно, что никаких городов на Марсе нет. А рядом с изобличающими вашу шайку материалами мы поместим кое-какие фотографии. Среди них будет и одна подлинная - та, где вы сфотографированы с браслетом в руке. Это вы, глава контрабандистов, пытались продать подделку мадам Лабраден, и доверчивая жена алмазного короля клюнула на вашу приманку. Очень нехорошо с вашей стороны, Владимир, обманывать жен богачей.
Поплавский покачал головой.
- Недурно, недурно… - пробормотал он. - Выходит, вся эта история с браслетом была подстроена с самого начала?
- Конечно, - усмехнулся Книшевич. - Здесь, на Марсе, вы стали проявлять излишнюю активность, и тогда наш человек в русской колонии получил приказ вплотную заняться вами. Наши агенты на Земле следили за каждым вашим шагом. Поначалу мы решили, что вас с мистером Кориным надо ликвидировать еще в Москве, но молодой талантливый хронофизик очень нужен нам здесь, на Марсе. И мы, кажется, не ошиблись… А теперь, уважаемые спасатели, выбирайте. Или вы соглашаетесь сотрудничать с нами, увы, на очень жестких условиях, и тогда будете считаться в миру всего лишь пропавшими без вести, героями, погибшими при исполнении служебных обязанностей. Альтернатива очень неприятна: не только смерть в песках, но и опозоренные на все Внеземелье имена. Признаюсь, второго мне очень не хотелось бы, но… Что скажете, Владимир?
Корин сделал знак, чтобы Поплавский и Марта отключили радиофоны. Все трое коснулись шлемами друг друга, и тогда Игорь спросил:
- Что скажешь, командир? Нас, словно волков, обложили, кажется, со всех сторон. Ты сообщил обо всем главе русской колонии?
- Виктор Михайлович еще вчера срочно уехал на какую-то дальнюю базу, - мрачно сообщил Поплавский. - А его заместители, как назло, очень заняты и не смогли поговорить со мной. Конечно, я послал факс, но боюсь, он где-нибудь затеряется.
- Не может быть, чтобы и они тоже… - начала горячо Марта, но Поплавский перебил девушку.
- Сейчас не до эмоций. Игорь, у тебя есть какая-нибудь толковая идея?
- Нет.
- А дурацкая, безумная, идиотская?
- Надо подумать…
- Некогда думать! Книшевич с нами церемониться не станет.
- Хм-м… Тогда, Володя, пора тебе использовать твое знаменитое обаяние. Иди и начни переговоры. Попытайся потянуть время. Марта, ты тоже к нему присоединяйся. А мне надо хотя бы на три минуты забраться в салон «Белки».
- Зачем?
- Некогда объяснять. Идите, я скоро присоединюсь к вам.
Поплавский озадаченно посмотрел на Корина, но спорить не стал. Спрыгнув на песок, командир помог спуститься Марте, и они медленно пошли в сторону краулеров. Асташевский, стоявший по-прежнему рядом с поверженным Мелвиллом, хотел было присоединиться к ним, но его остановили выразительно поднятые дула автоматов.
- Только не делайте никаких глупостей, Владимир, - предупредил Книшевич. - Я всегда с симпатией относился к вам и вашим парням, потому и готов проявить милосердие… Э-э, а почему господин Корин спустился в салон лунотанка?
- Он предупредит двоих моих людей, что игра проиграна, а затем все трое покинут «Белку», - спокойно объяснил на ходу Поплавский.
- Лучше бы они поскорее вышли, - с угрозой заметил Книшевич. - Предупреждаю, если машина сдвинется с места, она будет уничтожена.
Переговоры начались, но они больше напоминали ультиматум со стороны комиссара Марса. Старатели слушали этот разговор, озадаченно переглядываясь. Больше всего им хотелось бежать в сторону новых ворот, но лежащие на песке тела погибших товарищей сдерживали их естественный порыв.
Как и обещал Поплавский, через несколько минут наружный люк на башне лунотанка вновь открылся, и оттуда выбрались один за другим Саблин, Мирзоян и Корин. Немедленно в их сторону повернулись несколько автоматов. На всякий случай подняв руки, трое спасателей пошли в сторону краулеров.
- …ничего больше гарантировать вам не могу, - тем временем говорил Книшевич, искоса поглядывая на мрачную Марту. - Рабочие руки на Марсе дорого стоят, а раскопки в этом городе только начинаются. Не знаю, когда мы сможем освободить вас и ваших товарищей и на каких условиях, но обещаю - мы сделаем это. Сейчас наши медики работают над тем, как смывать у людей определенные воспоминания. Если эти исследования завершатся успехом, все пленники, работающие сейчас в городах, будут немедленно отпущены. Не варвары же мы, в конце концов… Э-э, а это еще что?
- Если хотите жить, падайте на землю! - крикнул Корин и рухнул на песок, закрывая шлем руками. То же самое проделали и двое его спутников. Их примеру немедленно последовал Асташевский - он полностью доверял молодому хронофизику. Чуть позже к ним присоединились и Поплавский с Мартой.
Комиссар Книшевич, казалось, немного растерялся. Зато старатели немедленно отреагировали взволнованными криками:
- Парни, да эта чертова машина, наверное, заминирована!
- Бежим, пока здесь все не разнесло на атомы!
- Черт побери, надо было сразу же шлепнуть этих русских, а не трепаться с ними!
- Чушь, русские блефуют! Стреляйте, ребята!
Но выстрелы так и не прозвучали. Некоторые старатели поспешно нырнули в раскрытые люки краулеров, другие помчались в сторону ближайших зданий, третьи спрятались за колесами машин. И вовремя!
Две башни, стоявшие по обе стороны от «Белки», внезапно загудели. Решетчатый излучатель «Белки» стал стремительно раскаляться, словно его поместили в пылающий горн.
К этому времени стоять остался лишь один Книшевич. Комиссар растерянно облизнул пересохшие губы. Он ничего не понимал.
- Торквилл, где ты прячешься? - спросил он, оглядываясь по сторонам. - Черт побери, ты мой штатный хронофизик или трусливая крыса? Что происходит?
Один из людей, лежащих за колесами соседнего краулера, приподнял голову и отчаянно крикнул:
- По-моему, излучатель танка переключен на режим поглощения внешней хроноэнергии!
- Ну и что? - недоумевал Книшевич.
- А то, что сейчас произойдет нечто вроде короткого замыкания… Да ложитесь же вы, идиот!
И в этот момент грибообразные вершины двух башен тоже стали раскаляться. В разные стороны полетели тучи искр. Еще несколько мгновений - и обе башни вспыхнули, словно были сделаны из сухого дерева. За ними вспыхнули две соседние хроноустановки, и еще две, и еще…
Даже в разреженной атмосфере Марса ударная волна оказалась ужасной. Книшевича подняло на несколько метров в воздух и с силой швырнуло на ближайший краулер.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108