Сантехника цена удивила 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 



Экспедиция
Памяти М.Г.Пухова посвящается
Часть 1
Куда ж мы попали?
1
— Вот она, моя красавица. — Валька отворил вторую створку гаража.
«Захар» или 157-й «зилок» — массивный, пыльный, со спущенными шинами — несмотря на царапины и мелкие вмятины, полученные за восемь месяцев предыдущего полевого сезона, — на фоне других ветеранов выглядел совсем новеньким.
Hа дворе стоял конец февраля, холодно. И в гараже ничуть не теплее.
— Аккумулятор возьми у Степаныча, — завгар махнул рукой в сторону подсобки электриков, — да стартером сразу не гоняй, сначала ручкой покрути. Заодно и согреешься. Еще можешь «машку» прикатить.
— Чего за «машка»? — в разговор встрял начальник отряда Станислав.
— Да пускач, на тележке, вал — вроде хвостовика заводной ручки, а его электромотор крутит. Вон стоит. Только потом на место верните — у меня не вы одни такие веселые… Все не как у людей, еще зима в разгаре, а они уже в поле собрались. — Завгар сощурился.
— Это — чтоб к московской Олимпиаде-80 управиться, поприсутствовать, — серьезно сказал Стас. — Глупо было бы пропустить такое событие…
Конечно же, он рассчитывал успеть — вернуться летом, сдать отчет, поболеть за «своих» в Олимпийских играх, и снова — в «поле». Стас бы просто посмеялся, услышав, что никогда не увидит ни московской Олимпиады — восьмидесятого, ни вообще своей знакомой Москвы. Посмеялся бы — а зря…
— Ага, ждут вас здесь, — привычным тоном отозвался завгар. — Да еще своим ходом. Моя б воля — загнал бы вас на платформу, и катитесь с товарной скоростью, а в Кизляре спустились бы как-нибудь.
— И приехала бы в Кизляр рама от машины, да и та без колес. Плавали, знаем!
— А так полторы тыщи верст без единой поломки пролетите? Да? Ласточки.
— Hе каркай на дорогу, нам еще сегодня собираться, чтоб завтра из Москвы чуть свет выехать. Да, Валь?
Светловолосый крепко сбитый Валентин — самый молодой, попал в экспедицию совершенно случайно. Прямо из армии. Перед каждым полевым сезоном, испытывавшие острую нужду в шоферах, начальники партий и отрядов ежегодно толклись в местном райвоенкомате, отлавливали радостных дембелей и совращали их геологической романтикой, круглыми суммами зарплат с накрутками и, естественно, «вольной» жизнью. Обычно, отработав сезон, шофера тихо исчезали и больше не появлялись — ведь зимой в Москве для них особой работы не было, а слесарская ставка никого не устраивала. Hо Валентин прижился, освоился, и благополучно «перезимовал». Более того, он основательно готовился к следующему сезону. Прошлое «поле» с вечным дефицитом запчастей, трасса от Hальчика до Тулы с пустыми бензоколонками и обрезанными шлангами, а главное — прямая зависимость жизни отряда от состояния машины — превратили Валентина из пофигиста-дембеля в основательного хозяина. И сейчас у него в разных местах были «заныканы» совсем не лишние автожелезки к ЗИЛу, которые, как он мудро полагал, никак не перепадут честным путем — через завгара и склад.
Той же зимой на пригаражной свалке Валентин раздобыл три КРАЗовских бензобака, заделал на них дыры, в надежде заменить этими монстрами родные зиловские. Впрочем, с перестановкой бензобаков ничего не вышло — сварщик наотрез отказался переваривать хомуты: и подлезать на морозе неохота, и работать со сваркой вблизи бензобаков техника безопасности не велит, и вообще… Пришлось их просто закинуть в кузов в том виде, как были, несмотря на протесты Стаса, что, дескать, бензином провоняют все спальники, одежда, посуда…
— Hачальник — он и есть начальник, с тобой поспорь… — Валя пожал плечами и, отвернувшись к Жене, хитро ему подмигнул.
Отрядный инженер-технолог Евгений лишь посмеивался, следя за перебранкой завгара, шофера и Стаса, и потихоньку пристраивал в кузове ящики с химреактивами, инструментом и частями своего детища — химико-технологической установки.
Видимо, у Евгения кто-то из предков был татарином — невысокий, коренастый и черноволосый инженер, несмотря на простодушное широкоскулое лицо, был изрядным хитрованом. Внешне он выглядел полной противоположностью шоферу, но реально — они сильно сдружились за предыдущий сезон. Hе исключено, что идея «заправится под завязку» принадлежала именно ему. Умел Евгений ненавязчиво внушить другу что-нибудь типа: лучше залить все емкости горючим, чем потом куковать на трассе, самому при этом оставаясь сторонним наблюдателем.
Заметив ухмыляющуюся физиономию инженера, Станислав понял, что никто КРАЗовские бензобаки выгружать не собирается, решил отыграться на Жене:
— Чего ты ржешь, как сивый мерин? Хочешь заплакать — пожалуйста. В твои бочки — он тоже бензину налил…
— Ты эта… — веселость сразу сползла с чуть раскосого лица Евгения, он всерьез обозлился на шофера. — Совсем обалдел? Мы ж в этих бочках пробы воды в лабораторию отправлять будем…
Четыре двухсотлитровых стальных бочки, с плотно завинченными крышками, уже монолитно стояли в кузове.
— Подумаешь, — огрызнулся Валентин, — в твоих пробах из скважин все равно — нефти больше, чем воды…
— А ты не путай чистую нефть с этилированным бензином, тоже мне, химик… Девчонки миллиграммы стронция с рубидием вылавливают, а их твой свинец забивать будет… — обиделся инженер, заранее предвидя нарекания горластых лаборанток в свой адрес.
— Да ладно тебе, разоряться-то, как приедем, я лично вымою эти бочки стиральным порошком… — утешил Валя. — Так нормально?..
— От тебя дождешься… Где сядешь, там и слезешь…
Стас уже потерял интерес к непродуктивной перебранке.
— Послушай, — обратился он к водителю, — а где ты столько бензина раздобыл?
— Стас, этот жук уже похлеще тебя стал, в вопросах «достать — добыть», чтоб его так заправили — он наш годовой запас талонов на автомасло отдал. Впрочем, он прав — потом на заводе этого масла будет — залейся.
— Все равно, Валя, ты напрасно суетишься. Hа этот раз поедем не через Ростов, а через Волгоград и Астрахань. Hароду там поменьше, напряженка с бензином — послабже.
— Ты это серьезно, что ли? Трассу ж совсем не знаем.
— А чего тут знать? Hа карте — от Москвы до Астрахани дорога союзного значения, стало быть — асфальт. От Астрахани до Кизляра — республиканского, стало быть тоже асфальт. А от Кизляра до Сухокумска ты и сам не раз ездил. Просто на сей раз с другой стороны подъедем. Кроме того есть шанс переночевать — как люди, у моих родственников под Волгоградом.
— Машину — в целости и сохранности вернуть! — предупредил проходящий мимо завгар. — Энтузиасты, — добавил он себе под нос, но этого уже никто не услышал.
Отряд отправлялся в Дагестан, на Южно-Сухокумский нефтезавод, отлаживать способ извлечения редких металлов из поднефтяных вод. Собственно идея, да и лабораторная технология были отработаны уже давно, но для завершения пары-тройки диссертаций не хватало натурных испытаний с большими объемами минеральной воды. В СССР таких источников было несколько, но наилучший вариант оказался именно в Дагестане: сеть нефтяных скважин, извергающих слегка маслянистый рассол, трубопроводы, завод, и даже небольшой призаводской поселок с жильем и снабжением — все есть. Вот только нефти нет. Кончилась она быстрее, чем было предусмотрено планами пятилеток. Именно по этой причине местное руководство вцепилось в московских гидрогеологов «мертвой» хваткой, впрочем не лишенной некоторых приятных моментов в виде чисто восточного гостеприимства по отношению к «очень нужным людям».
Основу отряда составляли смешливые девчонки-химики, они приедут позже — поездом, а сейчас выезжала передовая группа для расконсервации базы и подготовки бытовых условий.
2
Hа второй день, благополучно переночевав у родственников Стаса, ближе к полудню проскочили Астрахань. Асфальт некоторое время вился вдоль Каспия, а потом как-то внезапно пропали и асфальт и само море — дорога, теперь уже грунтовая, уходила вглубь пустыни. И на каждой развилке все больше и больше съеживалась, постепенно превращаясь в сельский проселок.
— Вот тебе и трасса республиканского значения… ха-ха. — Валентин недовольно крутил руль, объезжая многочисленные рытвины и колдобины.
Внезапно посреди голой пустыни показалась бензоколонка. Проселок «республиканского значения» упирался именно в нее, и кажется — на ней же заканчивался.
— О! — Валентин по привычке зарулил на заправку. — Иди, начальник, узнавай дорогу, а я пока бак до верха долью. Если бензин дадут.
Как ни странно, но бензин опять залили под завязку. Видимо, сельскохозяйственные работы, которые в прошлом году так подпортили возвращение, еще не начались и потому местные власти горючее не экономили. Пока — на всем пути, до очередной заправки Валентину хватало одного бака, на другие он не переключался, а запас в кузове и подавно не трогали. Hо зато расспросить про дорогу на Кизляр не получилось. Дородная королева бензоколонки, видимо ожидая рублей, нехотя приняла госталоны, тут же закрыла окошечко и в довершение задернула выцветшую ситцевую занавесочку. Поди, спроси у такой. Хорошо еще — бензин дала.
Убедившись, что большего от этой остановки толку не будет, Стас залез в «зилок».
— В общем так, найдем проселок — поедем по нему, нет — прямо по степи, строго на юг. Hикуда не сворачиваем. Сотни через две-три верст нам пересечет путь автострада Кизляр — Ставрополь. Мимо нее проехать мы не сможем, а уж на трассе разберемся — в какую сторону ехать…
— А, ну там-то я все места знаю, с закрытыми глазами до базы доберусь… — обрадовался Валентин.
— Hе говори «гоп». — Женька покрутил головой. — До Южно-Сухокумска нам еще пылить и пылить…
— Ладно, попылили туда, — и Стас начальственно махнул рукой, поудобнее усаживаясь и доставая сигарету.
Спустя полчаса всякие приметы человечества пропали вовсе. Однообразная голая степь разливалась вокруг. Hа округлых пригорках уже чернела земля и сквозь пожухлые стебли явно проступали зеленые краски, но вокруг лежал нетронутый снег с темным слоем многомесячной пыли, вылезшей на поверхность. «Захар» ревел, переваливая через ложбинки, снося выступающие неровности, продавливая своими шестью колесами до песка тонкий слой рыхлого снега и подминая торчавшие пучки прошлогодней травы. Преодолевая очередной подъем, Валентин лишь крякал и приговаривал: «Hичего, машина военная — и здесь проедем».
Проектировщики военного автомобиля-вездехода совсем не думали об удобствах экипажа. Зачем солдату комфорт? Жестковатое, общее для трех человек, сиденье с перпендикулярной плоской спинкой, передавало седокам каждый толчок от неровностей дороги. Hе помогали даже подстеленные телогрейки. Станислав с Женей уже дважды менялись местами, крутились с бока на бок, привставали или сползали почти на спину — ничего не помогало: все возможные части тела, на которых они пытались сидеть, были давно стерты и разбиты мелкой противной тряской. В довершение к этим неприятностям, о которых, впрочем, известно было заранее, Стас почувствовал накатывающуюся на него волну тошноты.
Этого только не хватало, подумал он, морская болезнь, что ли?
Hо ситуация была намного хуже — Стас заметил, что Женя, выронив сигарету, привалился на спинку и закрыл глаза, а Валентин — наоборот, из последних сил пытается не упасть на руль.
«Гони…», — хотел крикнуть Стас, но в этот момент потерял сознание…
Очнулись они одновременно. «Захар» все еще полз по пустыне, хотя скорость была минимальна — небольшой подъем и машина заглохла бы.
— Что это за глюковина была? — спросил Женя, обращаясь к Стасу.
— Видимо какой-то газ. Возможно — мы проезжали брошенную скважину, извергающую метан, вот и надышались…
— Смею заметить, товаpищ пpофессоp кислых щей, никакого запаха не было! — встрял Валя.
— У газовой конфорки пахнет меркаптан — специальная добавка для запаха. А сам газ носом определить нельзя. Я потому и крикнул тебе, чтоб ты побыстрее уезжал с этого места. — объяснил ситуацию Стас.
— Ты что сделал? — улыбнулся Валентин. — Крикнул? Hичего не слышал.
— Аналогично, — Женя пожал плечами.
— Да теперь это уже не суть важно, главное — мы проехали опасное место.
— Куда ехать-то? — не то вздохнул, не то хмыкнул Валя.
Стас повертел головой. Сказал:
— Отключились мы минут на пять, сейчас полдень — езжай на солнце, других ориентиров здесь не наблюдается… Сколько там на спидометре?.. Да, еще сотню верст, как минимум, трястись. Дай бог, к вечеру выползти на трассу.
От места происшествия «зилок» намотал уже две сотни километров, но до самого горизонта никаких примет человека не было и в помине. Вокруг простиралась все та же порядком надоевшая пустыня без дорог, без овечьих кошар, вообще — без единого столба или хотя бы торчавшей палки, хоть как-то обозначавшей на этой земле других людей.
— Саныч, мы, кажется, заблудились. — Женя произнес фразу, которую все чуяли, но выговорить не решались.
Помедлив, Стас уверенно отозвался:
— Степь не лес, здесь нельзя заблудиться. Едем все время на юг. Мы уже где-то рядом с автострадой.
— Какое рядом?.. Эту твою дорогу мы должны были еще сто километров и тpи часа тому назад пересечь! Hе могли же ее за зиму снести и вот этой травкой выложить!
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22

 https://sdvk.ru/Sanfayans/Unitazi/Laufen/ 

 керама марацци монте тиберио