https://www.dushevoi.ru/products/dushevye-kabiny/chehiya/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Вы вправе гордиться вашей работой. Но, кроме гордости за хорошо сделанное дело, вы получите и деньги – вдвое больше той суммы, что обозначена в нашем договоре как сумма вашего гонорара. Это знак благодарности от меня и моей жены.
– Я принес вашей жене цветок, – растерянно сказал Йогурт.
– А это вы зря. Она не переносит цветов.
Бросьте его в окно.
Гуров, не отрывая лица от пола, указал на приоткрытое на улицу окно. Йогурт повиновался – он подошел и бросил цветок в окно. Проследил, как он упал на асфальт бульвара и остался лежать там, на этом ночном асфальте, яркий и прекрасный.
– А теперь идите, – сказал Леонид, – я хочу еще побыть здесь один. Полежать во всех комнатах.
Почувствовать телом душу своего нового дома.
Мне здесь жить. Леонид снова поднял руку. Йогурт наклонился, снова пожал эту протянутую снизу руку – и вышел.
После этого он видел Анну еще раза два или три, в какой-то суете, в присутствии еще каких-то людей. Затем работа была закончена, Йогурт получил деньги (вдвое больше, чем он рассчитывал), и он больше ничего не слышал о Гуровых, пока не минуло около месяца или даже чуть больше.
Как-то раз утром он пришел, как обычно, на работу во «Флорз», и ему сразу же сказали, что его дожидается посетитель. Йогурт взглянул издали на этого посетителя, который сидел в кресле, напротив рабочего стола Йогурта. Какой-то старик.
Одет как-то по-курортному, в белый парусиновый костюм, в белой украинской рубашке с мелкой вышивкой по вороту, в белых туфлях. На коленях он придерживал белую летнюю шляпу.
«Это еще что за летний букет?» – подумал Йогурт, пытаясь на глаз определить размер и тип работ, которые могут быть интересны такому старику.
На вид старик неопределенный – такой может быть и англичанином, живущим в Москве по чудачеству, и старым партаппаратчиком, чьи дети преуспели в бизнесе и только что преподнесли старику новую квартиру в центре, где он собирается наложить точно такой же паркет, какой был у него в маленьком кабинете на Старой Площади.
Йогурт приблизился к старику.
– Вы – Евгений? – спросил тот.
– Да.
– А меня зовут Сергей Сергеевич Курский, – старик протянул визитную карточку, на которой значилось: Сергей Сергеевич Курский. Больше ничего написано не было.
– Видите ли, я когда-то работал в Московском уголовном розыске следователем по особо тяжким преступлениям. Я давно на пенсии, живу в Крыму.
Иногда со мной советуются… Но тут произошло одно дело, и мой ученик Юрасов назначен вести следствие. Он позвонил мне почти в отчаянии. Он позвонил и попросил приехать, помочь ему в этом сложном деле. Я не смог отказать. Так что я здесь как помощник следователя, если желаете. Хотя официально я целиком и полностью частное лицо.
Я знаю, что вы не так давно занимались полами в квартире Леонида и Анны Гуровых на Новинском бульваре. Так ли это?
– Да, это так. А в чем дело?
– Гуровы были два дня назад убиты. А с ними еще восемь человек их гостей.
Йогурт вздрогнул всем телом и зачем-то посмотрел в окно. Там шел дождь. Что-то гигантское и совершенно пустое стояло за этим дождем.
Словно это была колоссальных, космических размеров картонная коробка для ботинок, но в ней не было ботинок. В ней ничего не было.
– Я так и знал, – неожиданно произнес Йогурт.
– Я знал, что так будет.
Ему показалось, что сказал он это не своим голосом.
– Вот как? – заинтересованно посмотрел на него старик. – Откуда?
Йогурт безучастно пожал плечами.
– Было что-то конкретное, что заставило вас так думать? – спросил следователь.
– Нет, ничего конкретного. Просто предчувствие.
Кто их убил?
– Пока не знаю. Вообще-то там произошла настоящая бойня. Десять человек. Убийство очень жестокое. Похоже, между ними случился конфликт и… Про Анну Гурову можно с уверенностью сказать, что она убила двоих из своих гостей, прежде чем убили ее.
Дело осложняется тем, что все убитые, кроме супругов Гуровых, – иностранцы. Это четыре супружеские пары: двое американцев, двое англичан, двое немцев и двое французов. Все это придает событию особо скандальный и уже политический характер. Все убитые были богатыми, достаточно заметными людьми… Посольства этих стран не на шутку встревожены, задействован МИД – все это давит на следствие.
– Как это произошло?
– Насколько мне известно, Гуровы собирались отметить восемь лет их супружества. В честь этой даты они устроили ужин. На этот ужин они не пригласили ни одного родственника, никого из тех, кто присутствовал на их свадьбе восемь лет назад. Не пригласили никого из своих московских друзей. Они пригласили четыре иностранные супружеские пары, и, похоже, эти люди прибыли из своих стран специально для участия в этом ужине.
Никто из них никогда раньше не бывал в Москве и вообще в России. Все прилетели за день до назначенного ужина.
Гуровы встретили их, привезли к себе домой, в известную вам квартиру на Новинском бульваре.
Каждой паре они предоставили по отдельной комнате – в квартире было как раз четыре гостевые комнаты. Гости провели ночь в квартире хозяев, весь следующий день они осматривали достопримечательности Москвы: посетили соборы Кремля, Мавзолей, Грановитую палату… Вечером произошел ужин. Закончился этот ужин смертью всех присутствующих. Странных обстоятельств здесь несколько. Во-первых, удивляет разнообразие средств убийства – среди жертв есть отравленные, застреленные из пистолета, зарезанные ножом, удушенные… Необычно, когда десять людей погибают в одной квартире, в один вечер, и столь разными способами. Но есть и более странная де таль… Именно эта странная деталь заставила меня обратиться к вам. Я поговорил с вашим шефом: он рассказал мне, что полы в квартире Гуровых были изготовлены вашей фирмой по индивидуальному заказу…
– Да, это так.
– Дело в том, что в тот вечер в той квартире были уничтожены не только люди. Во всех комнатах уничтожен пол. Паркет, плитка – все разбито, взломано, превращено в хлам… Ковровые покрытия изрезаны, местами даже облиты серной кислотой.
Согласитесь, это заставляет задуматься.
Возможно, кому-то обязательно нужно было уничтожить какие-то следы. Другой возможный вариант – искали тайник. Искали что-то, что можно было спрятать под покрытиями полов. Гуровы не просили вас изготовить тайники в полу, двойные покрытия, емкости?
– Нет, никаких тайников там не было. Во всяком случае тогда, когда я сдавал работу.
– Вот как. Это важно. Конечно, они могли изготовить тайник после. Это было бы вполне логично.
Ваш начальник сообщил мне, что полы были сделаны по эскизам Анны Гуровой. У вас сохранились эскизы?
– Оригиналы я вернул ей. У меня есть копии.
– Любопытно бы взглянуть.
Йогурт достал папку из ящика стола, протянул ее Курскому. Следователь стал внимательно разглядывать рисунки Анны.
– Да, дорогой Евгений, у вас было предчувствие, что эти люди погибнут. Оно вас не обмануло, ваше предчувствие. А у меня есть предчувствие, что именно вы сможете оказать мне решающую помощь в этом деле. Поэтому я и рассказываю вам столь подробно об этом убийстве, чего вообще-то делать не должен. Анна Гурова отлично рисовала, я вижу.
– У нее было художественное образование – А где она училась?
– Не знаю.
– Рисунки великолепные. А вот и образцы.
Интересно. А это фотографии уже готовых полов.
Не так ли?
– Да.
– Очень интересно. Необычные получились полы. Жаль, что их так брутально уничтожили. Да, искали тайник или уничтожали следы… Не стали церемониться с произведением искусства.
Йогурт вдруг схватил Курского за рукав пиджака.
– Послушайте. Эти орнаменты имеют какоето значение. Во всяком случае, в тех четырех комнатах, которые предназначены для гостей. Она как-то сказала мне: они хотят сообщить некоторое послание своим гостям. И это послание содержится в полах. Она еще тогда говорила, что они будут отмечать восьмилетие свадьбы, и собираются пригласить каких-то определенных людей в гости. Сказала, что эти люди очень для них важны, они их очень уважают. Она даже сказала, что они ждут их «с замиранием сердца».
– Вот как? С замиранием сердца?
– Да, так она сказала.
– Что-либо она еще сообщила об этих людях?
– Нет, больше она о них ничего не говорила.
Курский вынул из кармана листок бумаги и протянул его Йогурту.
– Вы когда-либо слышали эти имена?
Йогурт прочел на листке краткий список имен:
Уолтер и Дулла Уорбис
Эрик и Мэри Финдеслейн
Герхард Фирн и Эрика Лаусс
Бенуа и Мирей Бианкур-Монтфа – Я этих имен не слышал, – сказал Йогурт.
– Это имена жертв. Пары из разных стран, различного возраста, совершенно разных профессий.
Их объединяет только одно – все они достаточно богаты. Но в наши времена богатых людей – море, так что, возможно, это ни о чем не говорит.
Что могло свести их вместе? Что заставило этих достаточно занятых и деловых людей бросить свои дела и приехать в чужую, прежде незнакомую страну ради одного праздничного ужина? Почему Гуровы пригласили именно их? Они были близкими друзьями? Но нам пока не удалось установить ни одного факта встречи этих пар в прошлом. Нам помогают, естественно, наши зарубежные коллеги.
Пока что все сходятся на том, что эти пары прежде не встречались. Конечно, мы не можем утверждать этого с определенностью.
– Значит, они встретились, познакомились и убили друг друга?
– Или их кто-то убил. Но похоже, что, по меньшей мере, некоторые из них действительно убили друг друга.
Я хотел попросить вас об одолжении, дорогой Евгений, не согласились бы вы заехать сейчас вместе со мной в квартиру, где произошло убийство.
Тел там уже, конечно, нет, а пузыри остались.
– Пузыри? Какие пузыри?
– Так мы называем обведенные силуэты убитых, в тех позах, в которых их нашли. Старый розыскной жаргон шестидесятых годов прошлого века… Итак, вам не составит труда?
Курский поднялся, держа шляпу перед собой, перевернутую, словно он вежливо просил милостыню.
Йогурт встал как робот.
– Если хотите. Я не знаю, чем могу вам помочь. Впрочем… – его потухшие глаза блеснули огнем внезапного воодушевления и даже восторга. – Впрочем, мне кажется я могу разгадать… Я много думал об эскизах Анны… мне кажется – вот-вот я пойму, что они хотели сказать своим гостям. Я догадаюсь. Кажется, догадаюсь… – Огонь в глазах Йогурта вдруг погас так же неожиданно, как и вспыхнул. Он хмуро вышел вслед за Курским и сел в поджидавшую их машину.
Вскоре они уже находились в злополучной квартире на Новинском бульваре: сегодня ровный серый свет пасмурного дня наполнял эти двенадцать комнат. По стеклам больших окон струился дождь. Полы во всех комнатах были действительно грубо уничтожены – битая плитка и вывороченные, разбитые, искромсанные куски паркета хрустели под ногами. Как будто здесь прокатилась война. На разрушенных поверхностях полов краской были обведены силуэты обнаруженных тел – так называемые «пузыри».
– Пузыри земли – подумал Йогурт словами Шекспира. Они походили по комнатам. Кое-где кровь виднелась на стенах, на разбитых полах. От этих комнат на Йогурта повеяло Апокалипсисом, пальцы на его руках время от времени сводило странной судорогой и рукам становилось холодно, словно он опускал их в холодную воду.
– Наступает конец времен, – глухо проговорил юноша.
– Насчет конца времен – не знаю, а вот для моего ученика, следователя Юрасова, наступили тяжелые времена, – отозвался Курский, стоя у окна. – В доме напротив очень волнуются по поводу произошедшего здесь. – Старик указал на огромное желтое здание американского посольства.
Над входом висел американский флаг, отяжелевший от дождя, и, как всегда, группа людей томилась у входа в визовый отдел консульства. – А если волнуются люди в домах, увенчанных этим флагом, то они умеют сделать свое волнение неприятным для остальных. Не в этом ли здании находитВОЙНА полов ся настоящее правительство нашей – увы, практически колонизированной – страны? Я имею в виду нашу с вами Россию. Убитый здесь Уорбис был в Штатах достаточно влиятельным человеком.
Если бы среди жертв не было Уорбиса и его жены – мы бы не находились бы здесь сейчас. Никто не стоял бы на ушах, мне не пришлось бы мчаться в Москву из солнечного Крыма, а вы спокойно занимались бы своими полами уже в других квартирах.
Дело рассматривалось бы в спокойном рутинном режиме. Но таковы реалии нашего времени – убийство двух американцев значит в сто раз больше, чем убийство остальных восьми человек. Это позорно, это прискорбно, но… – это факт.
– Меня не волнуют ваши американцы. Мне только одно надо понять – кто и зачем убил Анну, – сказал Йогурт.
Курский внимательно посмотрел на него.
– Вы близко узнали Анну Гурову за время вашей работы над этим заказом? Может, знали ее раньше? Дружили?
– Нет, раньше не знал. Не дружил. Общались на предмет только этих полов. – Йогурт кивнул на разбитый паркет. – Но она была красивая. И загадочная.
Очень похожа на Лив Тайлер. До ужаса похожа. Знаете такую актрису? Она играла в фильмах «Армагеддон» и «Властелин Колец».
Курский отрицательно покачал головой.
– Нет, не видел. А с Леонидом Гуровым вы встречались?
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28
 https://sdvk.ru/Sanfayans/Unitazi/S_bide/ 

 Kerama Marazzi Альма