https://www.dushevoi.ru/products/tumby-s-rakovinoy/mini/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


Розель усмехнулась:
– Я только что из косметического кабинета. Здесь, в Сохо, есть один чудак, который подбирает макияж каждому индивидуально. В следующий раз я возьму тебя с собой, ему нравится экспериментировать.
Обе женщины засмеялись.
– Такого подопытного кролика, как я, у него точно никогда не было.
Розель заразительно рассмеялась: что в голове, то и на языке – в этом состоял секрет обаяния Сьюзен, хотя сама она никогда не старалась кому-то понравиться.
– Как там Барри? – ровным голосом спросила Розель, и Сьюзен задумалась, прежде чем ответить.
– Честно?
Розель кивнула.
– Он меня убил бы, если бы узнал, что я рассказываю тебе… Ну и хрен с ним! Тебе скажу честно: в таком состоянии я не видела его никогда в жизни. Он не был таким даже в худшие времена. Похож на маленького мальчика, у которого отняли любимое ружье. Половину времени проводит в мире фантазий, а другую половину доставляет мне и детям серьезные неприятности.
Розель было больно это слышать.
– Извини меня, Сьюзен, мне следовало подумать о том, что все скажется на вас.
Сьюзен вздохнула:
– Он любит тебя, Розель, ты так много сделала для него. Он стал лучше.
Розель пожала плечами, на ее красивом лице не отразилось ничего.
– Ему следовало об этом подумать, когда он начал ухлестывать за той маленькой шлюшкой.
Сьюзен махнула рукой и понимающе покачала головой.
– Она была для него ничем, милая. Я их столько перевидала. Для Барри это был просто «процесс», и ничего больше. А поскольку мозгов у него не больше, чем у комара, нужно делать на это скидку. Но сейчас он очень жалеет о том, что сделал.
К ним подошел официант, чтобы принять заказ. Они улыбнулись приятному молодому человеку. Сьюзен наблюдала, как официант едва не переломился, обслуживая Розель, и еще раз удивилась необыкновенной власти красоты. Существования Сьюзен официант даже не заметил.
Она окинула помещение взглядом. Приятный итальянский ресторанчик на Дин-стрит, где Сьюзен чувствовала себя как дома. Она часто здесь бывала и хорошо помнила первый визит сюда, свои переживания по поводу того, достаточно ли хорошо она одета, правильно ли накрашена и не пожалеет ли Розель, что ее пригласила. Но тогда они вдоволь насмеялись, и Сьюзен успокоилась. Ресторан был частью жизни многих людей, которые приходили сюда пообедать, поболтать и посмеяться.
Сьюзен заерзала на стуле. Ребенок был огромным и постоянно давил на мочевой пузырь. Розель сделала заказ и снова повернулась к ней:
– Я заказала тебе классное блюдо: палтус, жаренный в масле и лимонном соке, а также немножко овощей и спагетти. А еще у нас будет хорошее легкое красное вино, чтобы подкормить малыша железом. Один стакан тебе не повредит, – во всяком случае, не так, как твоя никотиновая фабрика.
Они рассмеялись.
– Надо бы бросить курить, но с тех пор, как Барри вернулся домой, нервы у меня расшатались. Мне понравилось жить одной. Никаких вонючих ног, оскорблений и злости. Это было здорово. Спокойно и здорово.
Они снова захохотали. Затем лицо Розель стало серьезным.
– Он сделал мне больно, Сью, связавшись с такой мразью, как эта проститутка. Тем более на рабочем месте. Понимаешь, девочки должны уважать меня, а если они увидят, что я спустила такое ему с рук, я стану всеобщим посмешищем.
Сьюзен сочувственно кивнула:
– Я тебя понимаю, но в этом он весь, не так ли? И поступил он так, скорее всего, именно затем, чтобы посмотреть на твою реакцию. Такой у него характер.
Принесли заказ, и Сьюзен улыбнулась.
– Ах ты, надо же было заказать для меня такое!
Перед ней стояли тарелки со спагетти под болонским соусом, овощным салатом и жареной рыбой.
– Давай наворачивай, ребенку нужно хорошо питаться. Сьюзен не заставила себя уговаривать и принялась за еду.
– Как детишки?
– Как обычно. Венди и Барри, как всегда, в ссоре. Ей двенадцать, и она думает, что все знает. Хотя по сравнению с Барри это так и есть. Но она на самом деле сильно его злит. Я говорю ему, что в таком возрасте у ребенка на все есть свое мнение, а он отвечает, что никто не имеет права иметь свое мнение, пока он не разрешит.
Сьюзен подцепила на вилку спагетти и хихикнула с набитым ртом:
– Тяжелый случай, да? Неприятнее всего то, что он на самом деле так думает.
Розель изящно откусила кусочек хлеба.
– Ты не переживаешь, что у тебя будет еще один ребенок?
Сьюзен пожала плечами:
– Да нет. Я так полагаю, это единственное, что у меня получается хорошо. Рожать детей, заботиться о них, любить их. Да и что мне еще остается? Одним больше, одним меньше, какая разница? Единственное, чего бы мне хотелось, – это чтобы Барри увидел их моими глазами, но он считает, что дети – полностью моя забота. Если они хорошие – они его дети, но если они сволочи – только мои.
– А я очень редко вижу своего парнишку, Джозефа. Он ходит в школу, как ты знаешь, и большую часть времени живет с другой семьей. Я люблю его, но мой образ жизни вряд ли подходит для правильного воспитания ребенка.
Сьюзен сочувственно кивнула, но в глубине души знала, что вряд ли когда-либо сможет понять Розель в этом отношении. Та почти не виделась со своим сыном – лишь порой в школе или во время редких набегов в Грейнджерс, куда Розель ездила навестить семью, в которой он жил.
Но Сьюзен не заостряла внимание на этом вопросе. Она знала, что у подруги на то, вероятно, имеются свои причины и, видимо, очень серьезные. Иван обеспечивал Розель и сына полностью, а это значило, что можно тратить на мальчика денег столько, сколько нужно. Розель уже планировала отправить его учиться в Швейцарию в одиннадцать лет. Это было ее мечтой. Сын, который станет кем-то. Даже если она никогда и никому не расскажет, что он – ее сын, ей будет достаточно знать об этом самой.
– У меня в машине подарки для девочек и маленького Барри. Я просто не смогла устоять.
Сьюзен засмеялась:
– Ты их портишь.
– Я знаю, но они того стоят. Ну а как дела во всем остальном?
Сьюзен начала теребить край скатерти, а затем мягко сказала:
– Как бы мне хотелось, чтобы ты вытащила его из несчастья. Он правда очень страдает. Прошло уже больше недели, и он становится все более подавленным.
Розель громко рассмеялась, привлекая к себе внимание посетителей ресторана.
– Хорошо. Дадим ему еще одну попытку. Я переговорю с ним в пятницу, скажу, что он нужен нам еще на несколько недель, пока мы не подыщем ему замену.
Сьюзен расслабилась.
– Громадное спасибо тебе за это, Розель! Я правда думала, что ты порвала с ним навсегда.
Розель снова засмеялась:
– Почему я о нем забочусь? Наверное, это желание чувствовать свою власть. Когда я вижу тебя и слышу, что он с тобой делает, то просто ненавижу его. Но со мной он так себя не ведет.
– Да он и не посмел бы никогда. В этом вся и загвоздка. Он уважает тебя и любит, поэтому и обращается с тобой хорошо. Я не говорю о последнем случае. Мне кажется, что он больше не будет пытаться повторить подобное!
Сьюзен чувствовала себя так, словно все дни ее рождения и праздники пришли одновременно. Маленький Барри снова будет спать в ее постели, к девочкам никто не будет предъявлять претензий, она сможет расслабиться вечером у телевизора, глядя «старую чепуху», по выражению Барри, да и просто в доме опять настанет покой и умиротворение. Ох, как схватило. Она погладила живот и сморщилась.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112
 https://sdvk.ru/Filtry_dlya_ochistki_vodi/ 

 La Faenza Trex3