https://www.dushevoi.ru/brands/Kaldewei/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

"О полетах даже и не думай, отдыхай, поправляйся, а там видно будет", - сказал ему командир полка. Но разве для этого разыскивал Афанасьев на дорогах войны свой родной полк? Раненая нога еще плохо слушалась, а он уже начал тренироваться. Товарищи помогли ему, и он вновь почувствовал, что обрел крылья. А 22 января 1945 года снова повел в бой свою первую эскадрилью.
Когда закончилась война, Леонида Афанасьева списали с летной работы, а год спустя он уволился в запас. Наступила пора выбрать земную дорогу...
В Чите и в Москве, в Кишиневе, в Орле
Мы верности клятв не забыли,
Единой дорогой идет по земле
Первая эскадрилья!
Леонид подал заявление о зачислении в консерваторию. В 1951 году майор запаса Л. В. Афанасьев с отличием закончил Алма-Атинскую консерваторию. За дипломную работу "Концерт для скрипки с оркестром" он был удостоен звания лауреата Государственной премии. Потом учился в аспирантуре Московской консерватории по классу композиции у Арама Ильича Хачатуряна.
Ныне Леонид Афанасьев - автор нескольких симфоний, одна из которых посвящена летчикам, музыки к двенадцати художественным кинофильмам, в том числе "Призвание", "Стучись в любую дверь", "Память сердца", "Евдокия", "Когда деревья были большими", "Утренние поезда". И по-прежнему он верен армейской теме. Когда композитору предложили написать музыку к фильму "Прыжок на заре", он с большой радостью включился в работу, показывающую армию наших сегодняшних дней, новое поколение бойцов, пришедшее на смену ветеранам:
А грянет беда - подросли сыновья,
И тоже мечтают о крыльях!
Нас будет двенадцать, как прежде, друзья,
Первая эскадрилья!
В 948-м штурмовом полку воевал командир эскадрильи капитан Филипп Васильевич Пархоменко. После войны на Всеармейском смотре художественной самодеятельности жюри, куда входили известные артисты, единодушно признало у летчика незаурядное дарование вокалиста. Пархоменко сразу же был зачислен в труппу Большого театра Союза ССР. А потом - годы труда, гастрольные поездки по стране, за рубеж.
Ветер колышет над Красной площадью алые полотнища боевых знамен. Через несколько минут начнется торжественный марш академий и частей Московского гарнизона в честь двадцатилетия нашей Победы. У боевого стяга, когда-то водруженного над рейхстагом, застыли знаменосцы Герои Советского Союза Константин Самсонов, Иван Егоров, Мелитон Кантария, имена которых знали в нашей Советской стране буквально все - от мала до велика.
Сотни героев-фронтовиков в теплые майские дни 1965 года съехались в столицу. Среди них и ветераны 2-й воздушной, ныне заслуженные генералы, передовики производства, колхозники, ученые. Многие из них расположились на гостевых трибунах близ ленинского Мавзолея. Двадцать лет назад, чеканя шаг, они шли на Параде Победы в сводной колонне 1-го Украинского фронта.
После парада многие ветераны 2-й воздушной армии, о которых я рассказывал выше, встретились в Монино. Когда под звуки фанфар в зал внесли боевые знамена прославленных авиакорпусов, дивизий, полков, ветераны встали в едином порыве. И гордость, и волнение охватили каждого: ведь под этими стягами совершены сотни подвигов...
Один за другим выходят на трибуну офицеры, генералы, прославленные воздушные асы. И первое слово ветераны обращали к молодежи: будьте такими же, как ваши отцы и старшие братья, прославившие Родину в битвах с врагом, в беспримерных космических полетах, в завоевании новых авиационных рекордов. Пусть все ваши помыслы будут направлены к одной цели - благородному служению Родине.
Никогда не изгладится из памяти 29 марта 1966 года - день открытия XXIII съезда КПСС. Кремлевский Дворец съездов был залит лучами весеннего солнца. Сюда со всех концов страны прибыли тысячи делегатов, самые достойные сыны и дочери народа, приехали посланцы восьмидесяти шести коммунистических и рабочих партий со всех континентов земли. Сотни счастливых улыбок. Весеннее чувство радости жизни, грядущих свершений и надежд.
Я оказался в кругу сослуживцев по фронту, по 2-й воздушной... Александр Иванович Покрышкин, Иван Никитович Кожедуб, Евгений Яковлевич Савицкий, Иван Иванович Пстыго, Анатолий Леонидович Кожевников... Многих из них я знал совсем молодыми. Неумолимое время наложило печать на их лица, посеребрило шевелюры, лучики морщин залегли у глаз, но ветераны полны энергии.
Почти каждый день мы встречались на съезде. И когда Леонид Гаврилович Монашев, бывший штурман, а ныне первый секретарь Курского обкома партии сказал: "Приехали бы к нам, Степан Акимович, посмотрели на места, где воевали летчики второй воздушной", я подумал, глядя на него: "Авиация многих подняла, в том числе и таких, как Монашев, к высотам государственной и партийной жизни".
- А у нас в Мироновке, - включился в разговор председатель колхоза имени Жданова Киевской области А. Г. Бузиницкий, - уже скоро яблони зацветут... После мартовского Пленума дела пошли в гору.
У Александра Гавриловича рядом со Звездой Героя Социалистического Труда два ряда орденских ленточек - фронтовые награды за ратный труд во 2-й воздушной армии. Всю войну офицер Бузиницкий обеспечивал боевые вылеты летчиков, а теперь вот уже четырнадцать лет руководит передовым колхозом Украины. Я спрашиваю Бузиницкого:
- Будете выступать?
- Записался.
Когда Александр Гаврилович произносил свою речь, съезд не раз аплодировал ему. В его рассуждениях - широта, размах. Государственный человек! Бузиницкий - представитель, если так можно сказать, среднего поколения. А слева от меня, рядом с космонавтами Павлом Беляевым и Алексеем Леоновым, сидела миловидная девушка, Люба Сысоева, доярка из подмосковного совхоза "Звенигородский". Она шуршала листками блокнота, готовилась к выступлению.
- Главное, не волнуйся, дочка, и все будет хорошо! - сказали мы Любе, когда она направлялась к трибуне.
Замечательно выступила Люба. Как солнце в капле воды, отразились в ее речи достижения народа за полвека Советской власти.
Я думаю о судьбе этой девушки. У Любы было нелегкое детство, на фронте погиб отец. Она осталась в большой семье с матерью, сестренками, братишками один другого меньше. Случись такое до революции, идти бы Сысоевым с сумой, иначе - голодная смерть.
Любу, ее братишек и сестренок подняла на ноги Советская власть. Подняла и возвысила. На груди у Любы - орден Ленина, на лацкане костюма - депутатский значок, она студентка 6-го курса сельскохозяйственного института. Разве есть хоть одна капиталистическая страна, где бы доярку избрали членом парламента?!
- Чувство рабочей гордости - это великое чувство! - доносится с трибуны звонкий голос Любы Сысоевой. - Два года назад я ездила с нашей молодежной делегацией в Америку, и был там такой случай, Чтобы показать, какая у них свобода, нам устроили встречу с американскими сенаторами. Много говорилось о демократии, расхваливался американский строй, но тут-то и вышла осечка. Спрашивают, кто я такая. Я отвечаю: депутат Верховного Совета РСФСР, а по профессии - доярка. Как сейчас помню, у них даже лица вытянулись.
Эти слова Любы съезд встретил смехом, аплодисментами, а она спокойно продолжала свой рассказ об Америке:
- Оно и понятно. В их конгрессе доярок нет, демократия не позволяет. Тогда господа решили меня проверить.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102
 sdvk 

 плитка 15 15