мойка blanco 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Там к нему присоединились сержант Айрес, камердинер президента Джордж Томас и обе секретарши из приемной Сэлинджера — Крис Кэмп и Сью Фогельзингер.
Как только стали известны подлинные масштабы катастрофы, обе женщины исчезли. Суиндал ж ужасе отпрянул от экрана, а Айрес, словно сумасшедший, стал вертеть ручку телевизора, пока не добился, как он потом объяснил, «превосходного изображения». Вот в эту-то сумятицу и попал Джонсон, когда неожиданно для всех он появился у подножия трапа, ведущего на борт президентского самолета; экипаж даже не смог освободить к его прибытию салоп. Суиндал едва успел спуститься вниз, чтобы приветствовать его как положено. Новый президент не усмотрел ничего необычного в том, что телевизор работал на полную мощность. Однако следившие за передачей люди увидели в неожиданном появлении Джонсона на этом самолете что-то неуместное. В замешательстве они попрятались по другим отсекам самолета. Кое-кто даже вышел на взлетную полосу. Взлетная полоса во многих отношениях была удобнее самолета. После полученной от Макхью команды немедленно готовиться ко взлету Суиндал выключил наземные установки кондиционирования воздуха, и кабины самолета быстро превратились в огнедышащую печь.
Исторический час Руфуса Янгблада — а он продолжался почти ровно час — близился к концу. Ненормальный ход событий, порождение паники и неуверенности, на короткое время прервал обычное течение жизни страны. Поскольку новый президент почувствовал себя в безопасности, секретная служба должна была снова удалиться за кулисы. А для Джонсона безопасность восстановилась, как только он выбрался из далласского водоворота. Подъем по трапу самолета уже означал конец опасности. Только возвращение в город могло снова поставить его жизнь под угрозу, но он же собирался снова подвергать. себя риску столкновения с невидимыми силами, затаившимися на этих залитых солнцем улицах. Джонсон был, не на шутку напуган. И когда десять месяцев спустя, в разгар избирательной кампании; его пригласили выступить на национальном съезде Американского легиона в Далласе, он отказался, несмотря на неудовольствие легиона и сожаление гражданских лидеров города. Аэродром Лав Филд, будучи частью Далласа, представлял собой уже гигантский. шаг на пути к убежищу. Можно сказать, что период «протектората» Янгблада, начавшийся на Элм-стрит, закончился в тот момент, когда он, находясь уже в салоне «Ангела», пытался впервые настоять на том, чтобы после возвращения и столицу семья Джонсона сразу же переехала в Белый дом.
Янгблад явно превысил свои полномочия. Для него это предложение было всего лишь одной из мер предосторожности. Джонсон же усмотрел в нем еще и другие черты, причем некоторые — чрезвычайно деликатного характера, и потому он безоговорочно отказался последовать совету агента. В 13.45 Джонсон уже твердо стоял на ногах. Вначале Янгблад и на борту самолета продолжал выполнять при нем функции специального помощника президента Кена О’Доннела, а Эмори Робертс и другие агенты охраны вице-президента служили своеобразным его аппаратом. Пояснив, что сам он будет занят в салоне, Янгблад приказал агенту Лему Джонсу познакомить экипаж самолета с советниками вице-президента, составить при помощи бортпроводников список пассажиров и задержать отлет самолета до прибытия тела Кеннеди и его вдовы. Первое указание было существенным. Экипаж знал лишь Леди Бэрд, и то по газетам, остальные же лица, сопровождавшие Джонсона, были ему вовсе не знакомы. Дело осложнялось еще и тем, что некоторые из вновь прибывших даже не знали, на каком самолете они находятся. Главный помощник вице-президента Лиз Карпентер, например, полагала, что она находится на борту самолета 86970.
Еще до наступления ночи ближайшему окружению Джонсона предстояло стать известными всей стране, но прежде Лем Джонс должен был расчистить им путь на борт самолета, и эта его деятельность выходила за пределы группы, прибывшей из госпиталя. Так, одной из первых задач, которую Лему предстояло разрешить, был ответ на срочный запрос, поступивший с контрольно-навигационной вышки аэродрома Лав Филд. Диспетчеры аэропорта сообщали, что «некий г-н Билл Мойерс летает в частном самолете над аэродромом и просит разрешения на посадку». Никто из экипажа Суиндала никогда не слышал ранее этого имени. Джонс убедил их в том, что Линдон Джонсон знает этого человека. Предъявив свое служебное удостоверение, Джонс лично поручился за Мойерса.
— Знаете ли вы, что мы ожидаем госпожу Кеннеди? — осведомился Джонс у Суиндала. Тот ничего но знал. — А где вы намерены разместить гроб с телом покойного? — продолжал допытываться Джонс. Суиндал не знал и этого. Тогда Джонс попытался тактично предложить, чтобы бортпроводники вынесли часть сидений из хвостовой части самолета. Полковник в изумлении спросил:
— А куда же мы денем эти сиденья из хвостовой части?
— Перенесем их во второй самолет, — ответил Джонс, после чего Суиндал кивнул Айресу и велел выполнить это указание.
На расстоянии пятидесяти футов от них, у ограды аэропорта, Эмори Робертс с жесткой интонацией в голосе вопрошал в один из телефонов начальника связи полковника Макналли:
— Вице-президент и госпожа Джонсон находятся на борту самолета, где же президент и госпожа Кеннеди?
Из всех невероятных разговоров, происходивших в полдень в эту пятницу, беседа Робертса была, пожалуй, наиболее фантастична: чета Джонсонов была готова покинуть Даллас. Что же задерживает супругов Кеннеди? Положительно Робертсу можно было только посочувствовать. Его миссия была весьма незавидной. Дело осложнялось еще и тем, что он никак не мог дозвониться. В ответ из трубки телефона неслись неразборчивые пронзительные звуки. Однако Робертса это не смущало. Он делал все новые и новые безуспешные попытки наладить телефонную связь. Никто не мог установить местопребывание отсутствующих супругов Кеннеди. Но вот Джонс сделал в отделении связи самолета 26000 открытие, значение которого в течение ближайшего часа еще более возросло. Благодаря электронным чудесам, находившимся в распоряжении полковника Макналли, начальнику охраны в Белом доме Джерри Бену удалось наладить из Вашингтона через посредство связистов на коммутаторах в отелях «Шератон — Даллас» и «Техас» прямую телефонную связь с самолетом «ВВС-1». Это новое звено связи означало, что правительство в столице более не находится в рабской зависимости от телевидения. Кроме того, благодаря ему стали возможны прямые двусторонние переговоры между Белым домом и самолетом.
Новый президент стряхнул с себя оцепенение, сковывавшее его в палате № 13. Он уже свыкся со своим положением носителя власти, когда, приветствуемый полковником Суиндалом, ринулся к телевизору, куда его звал знакомый голос Кронкайта. Войдя в самолет через дверь в хвостовой его части, Джонсон должен был пройти по узкому проходу мимо спальни президента. Находясь в этом проходе, он заколебался и спросил сержанта Айреса:
— Можем ли мы воспользоваться здесь каким-нибудь другим помещением? Это их личные апартаменты, — пояснил он, обращаясь к Леди Бэрд.
Именно в этот момент они услышали, что идет передача по телевидению, и вошли в салон. Джонсона мучила жажда.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158
 https://sdvk.ru/Dushevie_kabini/kabini/EAGO/ 

 калейдоскоп kerama marazzi