чешская сантехника бренды 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Во всяком случае, фамилию Ингрид как автора или соавтора научных статей можно встретить куда чаще, чем фамилии дрессировщиков, взятых позднее исключительно для «научной» дрессировки.
Ингрид приступила к работе в качестве подчиненной Дэвида Элисиза, а когда три года спустя он ушел, она стала старшим дрессировщиком. А когда ушла я, она стала куратором вместо меня. Ингрид говорила неторопливо, обдумывая слова, стеснялась своего шведского акцента, и потому наотрез отказалась выступать с лекциями, зато инструкции Рона она усвоила без малейших затруднений и быстро стала прекрасной дрессировщицей и отличной сиделкой при больных и только что пойманных животных. Для легкомысленной компании бойкой молодежи в нашем отделе зрелая спокойная уверенность Ингрид была особенна ценна.
Кроме того, она умела хорошо учить, что имело немаловажное значение, поскольку при наших низких ставках мы могли нанимать только молодых и неопытных людей, а это приводило к большой текучести кадров. Одни не подходили для такой работы, другие не выдерживали долгих часов на открытом воздухе, третьи предпочитали зарабатывать больше, водя грузовики или танцуя хулу. Ребят забирали в армию, девчонки выскакивали замуж. Все время появлялись новички, которых нужно было обучать самым азам, и у Ингрид это получалось великолепно – она была много терпеливее и настойчивее меня.
Я высматривала таланты всюду, где могла. Керри Дженкинс я нашла в закусочной. Она с большой живостью и остроумием описывала за соседним столиком свои злоключения в поисках работы. Я заподозрила, что передо мной прирожденный лектор и рассказчик. Так оно и оказалось – сейчас, десять лет спустя, она все еще ведет представления.
Еще одним прирожденным импровизатором, оказалась Марли Бриз, иногда пасшая моих сыновей, когда они были маленькими. Диану Пью я увидела в манеже при конюшне, где жили мои пони. Она объезжала молоденькую кобылку смешанных кровей и работала с ней удивительно умело.
Когда эта высокая красавица брюнетка, наполовину англичанка, наполовину индианка племени чероки, вышла из манежа, я спросила, не может ли она объяснить, чего и как она добивается от кобылки. Почти все любители объезжают лошадей по догадке, «на глазок», и по меньшей мере половина их успехов объясняется чистой удачей. Но Диана точно представляла себе, что она делает. Хотя она и не сказала, что «приводит поведение под стимульный контроль», суть была та же. Я решила, что из нее выйдет прекрасный дрессировщик дельфинов – и вот уже шесть лет, как она занимает в Парке должность старшего дрессировщика.
В конюшне же я познакомилась и с Дженни Харрис, англичанкой, приехавшей на Гавайи просто так, наездницей и специалисткой по выездке лошадей олимпийского класса. Когда Институт обзавелся собственными бассейнами и животными, они были поручены заботам Дженни. Много лет мы совместно работали над всякими не очень-то определенными практическими проблемами, которые были слишком умозрительными, чтобы занимать ими время дрессировщиков, готовивших животных для представлений, например, пытались добиться, чтобы животное имитировало звуки, или прикидывали, подойдут ли методы выездки лошадей для приучения дельфина к сбруе. Как многие талантливые дрессировщики животных, с людьми Дженни бывала довольно колючей. Она ожидала от других той же требовательности к себе, какая была свойственна ей самой, и высказывала свое мнение с прямотой, которая не столь целеустремленным людям казалась зазнайством. Пожалуй, она приносила гораздо больше пользы, работая в одиночку, а не участвуя в представлениях, хотя в случае нужды всегда была готова подменить кого-нибудь. Именно вместе с Дженни я отработала великолепный двойной прыжок малых косаток.

Из моего дневника, четверг, 27 октября 1966 года
Грегори сказал сегодня про Дженни, что для этого (чтобы стать хорошим дрессировщиком) требуются только смелость, настойчивость и дисциплина. Косатка прыгает у нее через прут над водой – Олело в дрессировочном отделе. Ни один из 6 дрессировщиков за 6 месяцев не сумел добиться этого ни от той, ни от другой косатки. Я объяснила ей, что надо делать, и она добилась успеха всего за два дня. Главное, она точно улавливала момент, чтобы поднять прут. У меня сердце переполнилось гордостью, когда я увидела, как еще на первом сеансе косатка у нее стала прыгать на полметра выше. Она просто ее обожает! Олело – чудесное создание. «Все время думает», – заметила я. «Да, она по-настоящему соображает, это сразу видно», – сказала Дженни, когда Олело хитро на нас покосилась и снова прыгнула. Вот оно, настоящее искусство. Скиннер Скиннером, но если вы не разбираетесь, когда ваше животное думает изо всех сил, то у вас ничего не выйдет.
21 декабря 1966 года
Дженни написала статью для французского конноспортивного журнала, сравнивая выездку лошадей с дрессировкой дельфинов. Статья прекрасная, а чисто галльские подписи к фотографиям очень милы. Дженни кормит Олело из рук: «И какая очаровательная дрессировщица», а под снимком разинутого рта Олело, величиной с большое ведро, «Лошадь отличается от косатки в первую очередь тем, что рот у лошади поменьше»; а под снимком косатки, прыгающей через веревку «Прыжок – это выездка или баллистика?»
На протяжении всех этих лет в парке «Жизнь моря» было немало других отличных дрессировщиков – Лин Коуэн, Кэрол Соррелл, Боб Боллард, Денни Кали. Некоторые остались там, некоторые ушли в другие океанариумы, а двое-трое стали психологами и вместо дельфинов занялись людьми.
Чаще всего наш штат дрессировщиков состоял почти целиком из женщин. На это были свои причины. Во-первых, платили мы мало, и девушки шли на наши ставки легче, чем молодые люди. Ведь даже очень молодой человек нередко должен содержать семью – жену, детей, или же он собирается жениться, на что тоже нужны деньги. Вот почему они скоро уходили от нас, подыскав какую-нибудь другую, более высокооплачиваемую работу. Во-вторых, на исходе шестидесятых годов военно-морское ведомство США открыло на Гавайях центр изучения и дрессировки дельфинов, куда по обычаю большинства океанариумов брали только мужчин. Дэвид, Ингрид и я без устали превращали всех, кто работал у нас, в квалифицированных дрессировщиков, и складывалось впечатление, что стоит молодому человеку набраться опыта, как его тут же сманивает на вдвое больший оклад либо военно-морское ведомство, либо какой-нибудь большой океанариум. Я считала, что они просто дураки, раз не пробуют сманить Ингрид, Диану, Марли или других наших девушек, но, слава Богу, на них они не покушались. Только с 1972 года дрессировщики в Парке стали получать достаточно для того, чтобы у мужчин не возникало искушения сменить свое место на другое.
Сама я скорее предпочитала дрессировщиков-женщин. Мужчинам свойствен общий недостаток – избыток самолюбия. Когда животное не реагирует так, как требуется, у мужчины возникает ощущение, будто оно вступило с ним в противоборство. И тогда мужчина выходит из себя. Конечно, не всякий, но многие. Я не раз наблюдала, как дрессировщик-мужчина швырял ведро с рыбой на пол или молотил кулаком по ближайшей стене и в ярости покидал поле им же самим придуманного поединка с волей животного.
Да и мне было труднее иметь с ними дело как с подчиненными.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76
 раковина из искусственного камня в ванную 

 плитка на пол в ванной