офис продаж в Центре ремонта и Дизайна Метр квадратный 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Монахини разбежались, имущество аббатства было продано за гроши, золото и серебро свезено на монетный двор. Настоятельница монастыря нашла себе убежище в Шато-Бонди, но оно оказалось ненадежным. Местные крестьяне выдали ее, и 6 термидора глухая и слепая женщина предстала перед революционным трибуналом. Прочитать предъявленные документы, на основании которых против нее были выдвинуты обвинения, она не могла, так же как и отвечать на вопросы, которых не слышала. Но «за глухую и слепую конспирацию против революции» старую женщину осудили на смертную казнь, и 8 термидора последняя настоятельница монастыря поднялась на эшафот.
Кладбище Кальвэр, открытое рядом с величественным собором Сакре-Кёр в 1831 году трудами монахинь Ордена Нотр-Дам de Calvane, располагалось в церковной ограде. В 1837 году к его территории присоединили еще почти такой же участок, но через 20 лет отобрали назад — для нужд города, и, таким образом, несколько парижских улиц проложены в буквальном смысле на человеческих костях. Новые погребения из-за тесноты территории не производятся уже с XIX века, поэтому носят скорее музейный характер.
Монмартрское кладбище прорезает высокий виадук, с которого можно увидеть общий характер местности и охватить взглядом прихотливо разбросанную «усыпальницу опальных и изгнанных». Так назвал это северное кладбище Парижа, полное элегического настроения, немецкий поэт Генрих Гейне, нашедший себе здесь последний приют после бурной жизни.
О существовании кладбища Кальвэр сейчас знают немногие. Могилы заросли травой, надгробные надписи стерлись, и уже трудно прочитать, кто покоится под темными плитами. Осталось на этом кладбище около 30 могильных памятников, да и то часть из них упала или покосилась, в траве лежат обломки крестов; дорожки, по которым давно уже никто не ходит, заросли, и нога тонет в траве, как в мягком ковре. Раз в год приходят сюда монахи служить заупокойную литургию, а потом кладбищенские ворота снова закрываются.
А могилы здесь были удивительные. Вот, например, склеп семейства Дебрэй, на верхушке которого вместо креста установлена маленькая чугунная мельница. В склепе покоится целое поколение владельцев мельницы, которая вошла в историю Монмартра под названием «Мулен де ля Галет». В начале XIX века на холме можно еще было найти большие сады, виноградники и ветряные мельницы. В воскресные дни, если они выдавались теплыми и солнечными, парижане группами отправлялись «наверх» — завтракать на траве или в тени деревьев. В старой мельнице Дебрэя за небольшую плату можно было получить хлеб и кружку парного молока. Мельничиха была приветливой женщиной, а старик Дебрэй — веселым и гостеприимным хозяином, и постепенно в их саду стала собираться молодежь, любившая повеселиться и потанцевать. Дела семейства процветали, и предприимчивый мельник открыл на своей мельнице танцевальный зал. Вместо молока стали продавать вино из местного винограда; маленькие булочки, которые когда-то так ловко выпекала хозяйка, исчезли, и вместо них появились пирожные. Домашняя скрипка сменилась оркестром, и по вечерам пол старой мельницы сотрясался под каблуками отплясывавшей молодежи…
На семейном склепе Дебрэй высечена надпись:
Пьер-Шарль Дебрэй
Собственник мельницы на Монмартре.
Скончался 30 марта 1814 г., убитый противником на верхушке своей мельницы.
В этот день русский корпус генерала Ланжерона штурмовал Монмартр, на вершине которого было установлено 9 орудий. Во время штурма погибли три брата Дебрэй, но старший Дебрэй и его сын, уже получившие приказ прекратить огонь, встретили русских у ворот своей мельницы картечью. В мгновение ока пушки были взяты, и командир русского отряда потребовал выдать того, кто приказал открыть огонь. Пьер-Шарль Дебрэй вышел вперед и в упор выстрелил в офицера, но тут же был изрублен, и части его тела привязали к крыльям мельницы. Ночью вдова сняла останки мужа и тайно похоронила их на кладбище Кальвэр…
Неподалеку от склепа семейства Дебрэй находится могила Ф. Денорма — первого мэра Монмартра, избранного в страшный 1790 год.
В самом дальнем углу кладбища Кальвэр лежат две могильные плиты, на которых дожди и ветры стерли надгробные надписи. Но на одной из них все еще можно кое-как прочитать:
Николай Сергеевичъ Свечинъ
Генерал отъ Инфантерии родился…
Н.С. Свечина любили при дворе, хотя он мог прекословить самому императору Павлу I. А будущий император Александр I в письмах обращался к генералу не иначе как к своему «милому другу». Н.С. Свечин был назначен комендантом дворца и военным губернатором Санкт-Петербурга, и карьера для него открывалась блестящая. Но в столице уже носились неясные слухи о готовящемся дворцовом перевороте, и губернатор не мог не знать о них. Наверное, поэтому он и не был удивлен, когда в самый день назначения к нему явились с таинственным предложением встать на сторону заговорщиков, завладеть дворцом и объявить императора Павла I низложенным. Н.С. Свечин отказался…
Через несколько дней предложение вновь было повторено, но и на этот раз со стороны генерала последовал решительный отказ. Однако партия заговорщиков оказалась сильнее военного губернатора, и вскоре он узнал о своем смещении. Ночь покушения на Павла I навсегда погубила карьеру Н.С. Свечина: придворные сразу же стали к нему враждебны, и «милый друг» цесаревича сделался неудобным свидетелем.
Он пытался уединиться в деревне. Но к тому времени жена его перешла в католичество, и новая вера супруги заставила Н.С. Свечина покинуть Россию. За границей жизнь их довольно быстро наладилась: у СП. Свечиной был в Париже свой салон, как когда-то в Санкт-Петербурге, и она устраивала приемы. При доме выстроили капеллу, в которой Софья Петровна по утрам молилась, а потом отправлялась в церковь святого Франциска Ассизского. Салоны, церковь, молитвы, посещение бедных и госпиталей… Время текло быстро, и незаметно подступили старость и болезни. Н.С. Свечину было уже за 90 лет, но он еще держался бодро и прямо. По вечерам выходил в салон, разговаривал с гостями о политике и ругал деятелей 1848 года. Умер он неожиданно — за чтением утренней газеты — от апоплексического удара. Скончался русский генерал православным, и потому с большим трудом удалось выхлопотать разрешение похоронить его на католическом кладбище Кальвэр.
На главной аллее кладбища над могилой жертв переворота 1852 года возвышается колонна, справа от нее — памятник писателю Эмилю Золя. В еврейской части некрополя установлены мраморная колонна на могиле художника Деляроша, памятники Т. Готье со статуей Поэзии, композитору Г. Берлиозу, графам Потоцким, Э. Ренану, А. Дюма-сыну, Г. Гейне…
По аллее Тройон на могиле артиста Рувьера стоит статуя Гамлета; ниже — памятники композитору Ж. Оффенбаху, социалисту-утописту Ш. Фурье, писателям братьям Гонкурам, А. де Виньи. Имеются на кладбище Кальвэр памятники и русским, например, прекрасная часовня княгини Салтыковой и монумент графу Муравьеву-Амурскому — завоевателю Амурского края.
МОНПАРНАС
Монпарнасское кладбище, открытое в 1827 году, расположено на ровном месте, геометрически наиболее расчерчено и поэтому ориентироваться на нем легче, чем на других кладбищах французской столицы. Слова Генриха Гейне о Монмартре применимы и к некрополю Монпарнаса, особенно к той его части, где долгое время погребали политических изгнанников.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132
 https://sdvk.ru/Mebel_dlya_vannih_komnat/ 

 Керрол Rapallo