можно заехать в выходные 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Все известия согласовывались между собой. Суть их сводилась к следующему: составлен план убийства всех пятнадцати министров, и это злодеяние должно совершиться нынче вечером, во время званого обеда в доме лорда Гарроуби.
Из всех собравшихся в зале Совета не был огорошен только министр внутренних дел. Лорд Сидмут выпестовал заговор Тистлвуда так же бережно, как Сидней – Пороховой. Он пользовался доверием покойного короля Георга III и намеревался завоевать расположение Георга IV, доказав свою полицейскую сноровку раскрытием ужасного заговора.
В течение минувшего полугода Эдвардс аккуратно докладывал ему о созревании заговора: он сообщал, что Тистлвуд замышляет что-то недоброе; что Инге готов зарезать человека так же легко, как быка; что негр часами молча просиживает в кабаках и лишь при упоминании имени кого-либо из министров вскакивает с криком: «Черт бы его побрал!»; что Брант, человек набожный, целыми днями молит Господа, чтобы Он помог разом покончить со всеми тиранами; наконец, что к заговорщикам примкнули самые отчаянные головы лондонских трущоб – бывший солдат Роберт Адамс и ирландский патриот Томас Двайер (Эдвардс не знал тогда, что эти двое были такими же шпионами, как он сам).
Неизвестно, до какой стадии покушения Эдвардсу было поручено довести заговорщиков; однако достоверно то, что он подстрекал их ярыми речами, платил за их выпивку и выдавал небольшие суммы на покупку оружия.
Заговор постепенно развивался, и полицейскому офицеру Джорджу Рютвену было приказано следить за всеми передвижениями заговорщиков. Его агенты следовали за ними из улицы в улицу, из таверны в таверну. Сам Рютвен ни на минуту не упускал из виду Тистлвуда. «Я его знаю как отца родного, – говорил он впоследствии на суде, – я следил за каждым его шагом, целые дни и ночи».
Наблюдение за ними велось осторожно, и заговорщики ни о чем не подозревали. Тем не менее Тистлвуд решил перенести склад оружия из квартиры Бранта в Фокс-Корте в таверну «Лошадь и грум» на Джон-стрит. Ежедневно они сходились здесь, пили пиво, делились новостями, чистили оружие и набивали порохом ручные гранаты.
Обо всех этих происшествиях шпионы немедленно извещали Сидмута. Теперь же записка Гидена уведомляла, что заговорщики перешли к открытым действиям. «Мы слишком бедны, чтобы ждать!» – говорил Тистлвуд, и все остальные были согласны с ним. Поначалу решено было поджечь дюжину самых больших зданий Лондона. Отряд вооруженных людей должен был напасть на дом каждого из министров и прикончить хозяев. Затем заговорщики намеревались построить баррикады на Лондонском мосту, захватить банки и овладеть Тауэром. Но Эдвардс, располагавший всегда самыми свежими новостями, объявил, что ничего этого не нужно, так как 22 февраля все министры соберутся в одном месте – в доме Гарроуби, в настоящей западне. Тистлвуд воскликнул, что такой счастливый случай невероятен, а Брант обратился к Господу с молитвой, чтобы это действительно было так. Быстро послав за свежим номером «Таймс» и прочитав отдел светских новостей, заговорщики убедились, что Эдвардс прав, и изменили план. Теперь было решено, что два десятка заговорщиков с ручными гранатами под платьем смешаются с толпой перед домом Гарроуби; Инге постучится в дом под предлогом передачи Гарроуби письма и, оттолкнув лакея, впустит в дом бомбометателей, которые бросятся в столовую и убьют всех тиранов разом. Мяснику, кроме того, было поручено отрубить головы Кэстлри и Сидмуту и вынести их в мешке на улицу, чтобы побудить толпу к всеобщему восстанию.
Что было делать министрам перед лицом такой угрозы? Лорд Кэстлри предложил, чтобы каждый из них пришел на обед хорошо вооруженный и защитил бы себя, как подобает джентльмену. Герцог Веллингтон настаивал на том, что злодеев следует впустить в дом Гарроуби и окружить здание войсками. Но лорд Ливерпуль, человек нерешительный, избрал средний путь. Договорились, что обед будет приготовлен, стол накрыт и столовая освещена, но каждый министр останется дома, вооружит своих слуг и пошлет за полицией. Между тем отряд полисменов под руководством их опытного начальника Берни вместе с эскадроном кирасир отправится к шести часам вечера к месту сбора заговорщиков! Когда все злодеи будут схвачены, министры соберутся на экстренное заседание.
Вечером капитан гвардейского конного полка Фицкларенс в сопровождении тридцати кирасир под началом сержанта Лега выступил из казарм. Солдатам сказали, что они едут на пожар. Фицкларенс имел предписание прибыть к шести часам к таверне «Лошадь и грум» на Джон-стрит и поступить в распоряжение полицейского офицера Берни. Однако капитан заплутал в лабиринте лондонских трущоб и, когда добрался до искомого дома, не увидел рядом ни одного полицейского.
Неожиданно в тишине прозвучал пистолетный выстрел, донесшийся с противоположного конца двора таверны. Фицкларенс понял, что подъехал к дому не с той стороны, и, пришпорив коня, обогнул угол здания. На пороге таверны стоял человек с пистолетом. Увидев кирасир, он хотел скрыться, но Фицкларенс преградил ему путь. Заговорщик навел на капитана пистолет, но в последний момент между ними встал сержант Лег, который и получил заряд в правую руку. Стрелявшим был Тид.
Между тем со второго этажа таверны доносились крики, топанье и бряцание оружия; затем прозвучали выстрелы, послышался звон разбитых стекол; свет в окнах погас, раздались стоны и поспешные шаги людей, спасавшихся бегством. На пороге появился негр с тесаком.
– Вперед! – скомандовал Фицкларенс, указывая на него солдатам.
– Перебьем солдат! – закричал, негр кому-то за своей спиной. – Нам все равно умирать – теперь или после!
Он замахнулся тесаком на капитана, но кто-то из солдат выбил оружие из его рук. Направленный на него карабин дал осечку, и тогда негр завопил:
– Не убивайте меня, я все расскажу!
Наверху все еще продолжалась борьба, слышались крики ненависти и проклятия, стоны раненых и умирающих. Солдаты приставили к одному из окон лестницу.
– Люди, за мной! – закричал Фицкларенс, ставя ногу на ступень.
Через минуту верхний этаж был заполнен солдатами. Они подоспели как раз вовремя.
Берни и полиция прибыли на место несколькими минутами раньше кирасир. Полисменов было двенадцать человек, но они решили атаковать заговорщиков, не дожидаясь солдат. У входа в таверну расхаживал взад-вперед негр с ружьем в руке и тесаком на боку. Он грубо потребовал у Рютвена пропуск.
– Мы полицейские офицеры, – сказал Рютвен и, выхватив из рук негра ружье, побежал наверх, полагая, что его товарищи арестуют караульного. Но полицейские бросились вслед за ним, не обращая внимания на негра, который скрылся в темном нутре таверны.
Наверху в большой комнате около двух десятков заговорщиков столпились возле стола, на котором были навалены ружья, пистолеты, пики, а также лежали остатки ужина и пустые пивные бутылки.
– Положите оружие и сдайтесь! – потребовал Рютвен.
– Никогда! – раздалось в ответ.
Заговорщики схватили со стола оружие и стали пятиться в маленькую комнату, располагавшуюся за их спинами.
– Схватить их! – скомандовал Рютвен.
Тистлвуд бросился на него и направил острие шпаги прямо ему в грудь. Но офицер Смитерс заслонил собой Рютвена и получил предназначавшийся ему удар.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93
 нагреватель воды 

 турецкая плитка vitra