https://www.dushevoi.ru/products/rakoviny/pryamougolnye/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Им был недавний хозяин Украины Павел Петрович Постышев, переведенный в Куйбышев.
Игнатов помог его добить и вскоре занял его кресло. Он побывал первым секретарем еще в Орле и Краснодаре. Сталин его приметил и на последнем при своей жизни съезде, в октябре пятьдесят второго, сделал секретарем ЦК КПСС и одновременно министром заготовок СССР.
В марте пятьдесят третьего для Игнатова в новом руководстве места не оказалось, и пришлось все начинать заново. Его отправили вторым секретарем ленинградского обкома и одновременно первым секретарем горкома. Затем он был первым секретарем Воронежского и Горьковского обкомов. Когда Хрущева попытались свергнуть, Игнатов, вовремя сориентировавшись, бросился на его защиту. В благодарность за это в декабре пятьдесят седьмого Хрущев вновь сделал его секретарем ЦК.
Но Никита Сергеевич довольно быстро в нем разочаровался: амбиции не по аммуниции. Груб и резок, берет горлом, интриган и демагог, но мало что умеет.
Выяснилось, что Николай Игнатов пытался вступиться за председателя КГБ.
Хрущев рассказал на президиуме ЦК:
— Пришел ко мне товарищ Игнатов и поставил вопрос: правильно ли мы поступили? Не торопимся ли решать вопрос о Серове?
Особые отношения Игнатова и Серова оказались неприятным сюрпризом для первого секретаря ЦК.
Игнатов жаждал дружбы с председателем КГБ, потому что рассчитывал на большую карьеру и обзаводился сторонниками. Но тем самым он настроил против себя второго секретаря ЦК Алексея Илларионовича Кириченко, который бдительно оберегал свои владения и ходу Игнатову не давал.
Кириченко, вспоминал Микоян, и обратил внимание на то, что Серов постоянно приезжает к Игнатову на Старую площадь, хотя по работе ему это не нужно, потому что председатель КГБ выходит непосредственно на Хрущева.
— Конечно, это не криминал, — заметил Кириченко. Просто как-то непонятно. Несколько раз искал Серова и находил его у Игнатова.
Игнатов стал яростно оправдываться, утверждал, что ничего подобного не было, он с Серовым не общается.
В другой раз опытный Кириченко завел разговор об этом в присутствии Хрущева. Это был безошибочный ход.
— Как же ты говоришь, что не общаешься с Серовым? спросил Кириченко Игнатова. — Я его сегодня искал, ответили, что он в ЦК. Стали искать в отделе административных органов — не нашли. В конечном итоге оказалось, что он опять сидит у тебя в кабинете.
Игнатов стал возражать:
— Нет, он у меня не был!
Короткое расследование показало, что Николай Григорьевич лукавил.
— Игнатов, когда ему позвонил Кириченко, ответил, что Серова у него нет, а он был! — возмущался Хрущев. — Это интриганский шаг, заслуживает осуждения.
— Я ничего не скрывал, — оправдывался Игнатов. — Когда позвонил Кириченко, у меня Серова не был. А когда Серов вошел, я ему сразу сказал, что его зовет Кириченко.
Кириченко снисходительно пояснил:
— Малиновский был свидетелем этого дела.
Министр обороны находился в кабинете второго секретаря ЦК и все слышал.
После этого члены президиума обрушились и на Серова, и на Игнатова.
— Серов мало считался с партийными органами, — заметил Суслов. — Он вообще малопартийный человек.
— Удивляет товарищ Игнатов, — сказал новый любимец Хрущева Фрол Романович Козлов. — Если ошибся — скажи. А он ведет себя нечестно. Меня это взволновало. Нам всем надо сделать вывод. А что касается Серова — его надо заменить.
— Самое плохое, что Игнатов не сказал товарищу Хрущеву, что на самом деле Серов у него был, — подвел черту опытный Микоян. — Теперь надо решать вопрос о Серове.
Игнатов покаялся:
— Я все понял. Считаю, что вопрос исчерпан.
Хрущев думал иначе.
Никите Сергеевичу совсем не понравилось, что председатель КГБ за его спиной ищет поддержки у кого-то из секретарей ЦК. Расплата последовала очень быстро. Пострадали оба и Серов, которого переместили в главное разведывательное управление генштаба, и Игнатов, которого Хрущев вскоре убрал из ЦК партии.
Двадцать четвертого марта пятьдесят девятого Хрущев поставил вопрос о том, что надо «поднять престиж Российской федерации», и предложил назначить на пост председателя президиума Верховного Совета РСФСР Игнатова, добавив:
— Ум есть, характер есть, возраст подходящий, член президиума ЦК.
Все понимали, что Хрущев его убирает из большой политики. Пост был совершенно безвластный, декоративный. Ясно было, что вскоре Игнатова выведут и из президиума ЦК, поскольку по должности не положено.
Шестнадцатого апреля первая сессия Верховного Совета РСФСР пятого созыва утвердила Игнатова. Думали, что он скоро перестанет быть секретарем ЦК. Но Хрущев передумал. Двадцать второго июня на заседании президиума решили «не вносить на пленум ЦК вопрос об освобождении от должности секретаря».
Более того, Хрущев неожиданно для всех вновь расположился к Игнатову и вернул его в ЦК.
Вторая сессия Верховного Совета России, проходившая в ноябре того же года, освободила Игнатова от должности, поскольку «ЦК КПСС признал необходимым, чтобы Н.Г. Игнатов сосредоточился на основной работе секретарем ЦК КПСС».
В мае шестидесятого Игнатов перестал быть секретарем ЦК, но Хрущев сделал его заместителем председателя Совета министров СССР, к юбилею порадовал золотой звездой Героя Социалистического Труда, через год сделал еще и председателем Государственного комитета заготовок Совета министров СССР.
В октябре шестьдесят первого Хрущев позволил Игнатову выступить на ХХII съезде партии, что было особой честью.
Со съездовской трибуны Игнатов обещал решить вопрос о семенах:
— Может быть, следует подумать и организовать семеноводство кормовых бобов в масштабе государства.
— Это надо сделать не только по бобам, — прервал его из президиума Хрущев, — но и по гороху.
— Правильно, Никита Сергеевич, — дисциплинированно ответил Игнатов.
— Надо по всей стране создать семеноводческие хозяйства, — добавил Хрущев.
— Правильно, — повторил Игнатов.
Игнатов использовал выступление на съезде, чтобы напомнить о своей роли в событиях пятьдесят седьмого года, когда Маленков, Молотов и другие едва не свергли Хрущева.
Никите Сергеевичу эти воспоминания были приятны. Но расположение первого секретаря оказалось недолгим. Хрущев решил окончательно избавиться от Игнатова. В декабре шестьдесят второго Хрущев выставил его из ЦК и пересадил в президиум Верховного Совета РСФСР.
Игнатов не простил Никите Сергеевичу второй опалы и стал его непримиримым врагом. Вот поэтому в шестьдесят четвертом он принял активное участие в заговоре против Хрущева, но вожделенного повышения не получил. Товарищи по партийному руководству его не любили…
НА ВСЕХ ШПИОНОВ НЕ ХВАТИТ
Итак, Серова перевели в военную разведку.
Восьмого декабря пятьдесят восьмого появился указ президиума Верховного Совета об освобождении Серова. Через день, десятого декабря, его назначили начальником главного разведывательного управления — заместителем начальника генерального штаба Вооруженных Сил СССР по разведке.
Пилюлю подсластили. В решении президиума ЦК говорилось о необходимости «укрепить руководство ГРУ». Генералу армии Серову на новом месте сохранили «материальное содержание, получаемое по прежней работе». Это касалось не столько зарплаты, сколько известных благ, предоставлявшихся номенклатуре:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102
 магазин сантехники балашиха 

 cross marfil плитка