Когда я выходил, мне трудно было поверить, что это тот самый человек, который каждую ночь высасывал из меня жизнь.
Я не связал такое быстрое изменение моего положения с событием в парке. Теперь я понимаю, что мистер Миллион, который имеет глаза даже на затылке, сообщил отцу, что я подошел к возрасту, когда детские желания, подсознательно сконцентрированные на родственниках, начинают переноситься на других.
Во всяком случае, в тот же вечер я стал должностным лицом, которое мистер Миллион называл встречающим, а Дэвид, объясняя, что первоначальное значение этого слова связано с «порталом», — портье. Этим самым я на практике взял на себя функцию, которую символично выполнял железный пес в парке. До меня эту работу выполняла служанка по имени Перисса. Ее выбрали не только потому, что она была одной из самых красивых девушек, но также и потому, что она была самая высокая и сильная из всех слуг. У нее было крупное телосложение и круглое, улыбчивое лицо, а в плечах она была шире любого из мужчин. Отец приказал ей помогать мне. Наши обязанности не были сложными: гости отца в большинстве были людьми порядочными, с хорошим общественным положением, и не в их привычках было поднимать скандал или буянить, за исключением разве что редких случаев сильного опьянения. Многие из них бывали у нас десятки, а некоторые и сотни раз. Мы называли их по прозвищам, которые употреблялись только в нашем доме. Перисса называла их мне, как только они подходили к двери. Мы помогали им снять верхнюю одежду и показывали дорогу, а если требовалось, то и провожали в соответствующую часть дома. Перисса кипела энергией и гости с интересом присматривались к ней, но только атлетических сложенных мужчин не пугал ее облик. Однако, ее пощипывали за зад и снисходительно улыбались. В моменты отдыха она рассказывала мне о том, как иногда любители крупных девушек брали ее «наверх» и сколько она при этом зарабатывала.
Я смеялся над этими историями и давал понять гостям, что отношусь к администрации и не беру денег. Большинству, правда, и не надо было об этом говорить: они часто говорили мне, что я очень похож на отца.
В самом начале моей деятельности, на третий или четвертый день, к нам заявился странный гость. Он пришел ранним вечером. День был исключительно хмурым — один из по-настоящему холодных дней. Лампы в доме горели уже почти час. По улице проезжали кареты, но из-за тумана их не было видно, только стук колес о булыжную мостовую извещал о приезде очередного гостя. Когда он постучал, я открыл, и поскольку человек был мне незнаком, я опередил его вопросом, что ему нужно.
— Мне нужно поговорить с доктором Аубрей Виэлем.
Я сделал удивленные лицо.
— Это Селтамбанке шестьсот шестьдесят шесть?
Имя доктора Виэля говорило мне о многом, но чтобы он был здесь!.. Я тут же подумал, что кто-то из приходивших к нам гостей в шутку дал адрес нашего дома.
Я не стал спорить с незнакомцем, а просто пригласил его войти. Периссу я послал за кофе и провел гостя в маленькую темную комнатку для гостей возле холла, где мы могли бы поговорить без помех. Сюда заходили редко.
Когда я открыл дверь, то обратил внимание, что уборщицы давно не посещали ее.
Я решил напомнить об этом отцу. Тотчас же я вспомнил, что не спросил имени гостя.
Незнакомец без разрешения уселся в одно из потертых кожаных кресел. У него была курчавая черная борода, большая, гораздо больше, чем требовала мода. Он был молод, хотя гораздо старше меня. Если бы не бледная кожа, наталкивающая на мысль о какой-то физической ущербности, он выглядел вполне солидным. Одежда его была темной и казалась очень тяжелой, словно из войлока. Присматриваясь к нему, я вспомнил, что в заливе приводнился звездолет со Святой Анны. Я тут же спросил его, не прилетел ли он вчера на этом звездолете.
Незнакомец был ошарашен, потом рассмеялся.
— Ну и ловкач же ты! Ты, наверное, знаешь гипотезу доктора Виэля, раз живешь под одной крышей с ним? Нет, я прилетел с Земли. Меня зовут Маршх.
Он протянул мне визитную карточку.
Я дважды прочел ее, прежде чем до меня дошла записанная там информация.
Мой гость был ученым, доктором антропологии с Земли.
— Я подумал, что вы, сэр, — сказал я, — могли прилететь со Святой Анны. Большинство людей на нашей планете, кроме цыган и преступников, имеет определенный тип лица. Ваш не подходит к нему.
— Я обратил на это внимание, — кивнул он. — У тебя самого такое лицо.
— Говорят, что я похож на отца.
— Ты из клона?
— Клон? — Я наткнулся на этот термин и он вызвал у меня ассоциации с ботаникой. Я недоуменно пожал плечами. — Размножение партеногенезом означает, что потомок или потомки — их может быть тысячи — имеют структуру генов, идентичную их родителю. Это противоречит эволюции, поэтому на Земле запрещено. Вы имеете в виду людей?
Он кивнул.
— Я никогда не слышал об этом и сомневаюсь, есть ли у нас здесь соответствующая технология. По сравнению с Землей, мы очень отсталые. Но думаю, что отец мог бы сделать что-либо подобное для вас, сэр.
— Я не хочу иметь такое потомство.
В этот момент вошла Перисса, делая невозможной нашу дальнейшую беседу.
Об отце я сказал просто так. Не думаю, что он смог бы сделать такой биологический трюк. Мы молча ждали, пока Перисса расставляла чашечки и наливала кофе.
— Очень странная девушка, — удивленно произнес Маршх, когда она вышла. — У нее ярко-зеленые глаза, лишенные бронзовых искорок, свойственных людям с таким цветом радужной оболочки. Я с нетерпением ждал, чтобы задать вопросы о Земле и новых достижениях науки. Я даже подумал, что, может быть, удастся задержать его в этой комнате подольше с помощью наших девушек.
— Вы должны извинить ее. Мой отец…
— Я хотел бы увидеть доктора Виэля, а не твоего отца. Хотя, постой, может, это и есть твой отец?
— О, нет!
— Но это же его адрес: Селтамбанке-стрит, шестьсот шестьдесят шесть, Порт-Мимизон, департамент де ла Майн, Сант-Грокс.
Он говорил весьма серьезно. Я подумал, что если скажу об его ошибке, он встанет и уйдет.
— Мне кажется, — сказал я, — вам может помочь моя тетя Джоанна. Она очень хорошо знает гипотезу доктора Виэля. Может быть, сэр, вы поговорите с ней?
— Я мог бы увидеть ее прямо сейчас?
— Тетя редко принимает гостей. Откровенно говоря, она не поддерживает контактов с отцом и редко выходит из своей комнаты. Она занимается ведением хозяйства в доме. Однако, ее очень трудно встретить где-нибудь, кроме ее комнат. Никто посторонний не может к ней войти.
— Зачем ты мне все это говоришь?
— Чтобы вы поняли, сэр, что при самом сильном желании может оказаться так, что я не смогу устроить вам встречу, по крайней мере, немедленно.
— Можно просто спросить, не знает ли она адрес доктора, а если знает, то пускай сообщит его мне.
— Постараюсь помочь вам, доктор Маршх.
— Но ты не знаешь, как это лучше всего устроить, не так ли?
— Да.
— Иначе говоря, если ты просто спросишь тетку об этом, она может ничего не сказать.
— Было бы хорошо, сэр, если бы мы немного поговорили. Я хочу поподробнее узнать о Земле.
Мне показалось, что под черной бородой появилась усмешка. Он вскинул брови.
— А может быть, я первым немного расспрошу тебя?
В комнату опять вошла Перисса. Она решила узнать, не нужно ли нам чего-нибудь с кухни.
Я был готов задушить ее, когда доктор Маршх прервал себя на полуслове и обратился к девушке.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17
Я не связал такое быстрое изменение моего положения с событием в парке. Теперь я понимаю, что мистер Миллион, который имеет глаза даже на затылке, сообщил отцу, что я подошел к возрасту, когда детские желания, подсознательно сконцентрированные на родственниках, начинают переноситься на других.
Во всяком случае, в тот же вечер я стал должностным лицом, которое мистер Миллион называл встречающим, а Дэвид, объясняя, что первоначальное значение этого слова связано с «порталом», — портье. Этим самым я на практике взял на себя функцию, которую символично выполнял железный пес в парке. До меня эту работу выполняла служанка по имени Перисса. Ее выбрали не только потому, что она была одной из самых красивых девушек, но также и потому, что она была самая высокая и сильная из всех слуг. У нее было крупное телосложение и круглое, улыбчивое лицо, а в плечах она была шире любого из мужчин. Отец приказал ей помогать мне. Наши обязанности не были сложными: гости отца в большинстве были людьми порядочными, с хорошим общественным положением, и не в их привычках было поднимать скандал или буянить, за исключением разве что редких случаев сильного опьянения. Многие из них бывали у нас десятки, а некоторые и сотни раз. Мы называли их по прозвищам, которые употреблялись только в нашем доме. Перисса называла их мне, как только они подходили к двери. Мы помогали им снять верхнюю одежду и показывали дорогу, а если требовалось, то и провожали в соответствующую часть дома. Перисса кипела энергией и гости с интересом присматривались к ней, но только атлетических сложенных мужчин не пугал ее облик. Однако, ее пощипывали за зад и снисходительно улыбались. В моменты отдыха она рассказывала мне о том, как иногда любители крупных девушек брали ее «наверх» и сколько она при этом зарабатывала.
Я смеялся над этими историями и давал понять гостям, что отношусь к администрации и не беру денег. Большинству, правда, и не надо было об этом говорить: они часто говорили мне, что я очень похож на отца.
В самом начале моей деятельности, на третий или четвертый день, к нам заявился странный гость. Он пришел ранним вечером. День был исключительно хмурым — один из по-настоящему холодных дней. Лампы в доме горели уже почти час. По улице проезжали кареты, но из-за тумана их не было видно, только стук колес о булыжную мостовую извещал о приезде очередного гостя. Когда он постучал, я открыл, и поскольку человек был мне незнаком, я опередил его вопросом, что ему нужно.
— Мне нужно поговорить с доктором Аубрей Виэлем.
Я сделал удивленные лицо.
— Это Селтамбанке шестьсот шестьдесят шесть?
Имя доктора Виэля говорило мне о многом, но чтобы он был здесь!.. Я тут же подумал, что кто-то из приходивших к нам гостей в шутку дал адрес нашего дома.
Я не стал спорить с незнакомцем, а просто пригласил его войти. Периссу я послал за кофе и провел гостя в маленькую темную комнатку для гостей возле холла, где мы могли бы поговорить без помех. Сюда заходили редко.
Когда я открыл дверь, то обратил внимание, что уборщицы давно не посещали ее.
Я решил напомнить об этом отцу. Тотчас же я вспомнил, что не спросил имени гостя.
Незнакомец без разрешения уселся в одно из потертых кожаных кресел. У него была курчавая черная борода, большая, гораздо больше, чем требовала мода. Он был молод, хотя гораздо старше меня. Если бы не бледная кожа, наталкивающая на мысль о какой-то физической ущербности, он выглядел вполне солидным. Одежда его была темной и казалась очень тяжелой, словно из войлока. Присматриваясь к нему, я вспомнил, что в заливе приводнился звездолет со Святой Анны. Я тут же спросил его, не прилетел ли он вчера на этом звездолете.
Незнакомец был ошарашен, потом рассмеялся.
— Ну и ловкач же ты! Ты, наверное, знаешь гипотезу доктора Виэля, раз живешь под одной крышей с ним? Нет, я прилетел с Земли. Меня зовут Маршх.
Он протянул мне визитную карточку.
Я дважды прочел ее, прежде чем до меня дошла записанная там информация.
Мой гость был ученым, доктором антропологии с Земли.
— Я подумал, что вы, сэр, — сказал я, — могли прилететь со Святой Анны. Большинство людей на нашей планете, кроме цыган и преступников, имеет определенный тип лица. Ваш не подходит к нему.
— Я обратил на это внимание, — кивнул он. — У тебя самого такое лицо.
— Говорят, что я похож на отца.
— Ты из клона?
— Клон? — Я наткнулся на этот термин и он вызвал у меня ассоциации с ботаникой. Я недоуменно пожал плечами. — Размножение партеногенезом означает, что потомок или потомки — их может быть тысячи — имеют структуру генов, идентичную их родителю. Это противоречит эволюции, поэтому на Земле запрещено. Вы имеете в виду людей?
Он кивнул.
— Я никогда не слышал об этом и сомневаюсь, есть ли у нас здесь соответствующая технология. По сравнению с Землей, мы очень отсталые. Но думаю, что отец мог бы сделать что-либо подобное для вас, сэр.
— Я не хочу иметь такое потомство.
В этот момент вошла Перисса, делая невозможной нашу дальнейшую беседу.
Об отце я сказал просто так. Не думаю, что он смог бы сделать такой биологический трюк. Мы молча ждали, пока Перисса расставляла чашечки и наливала кофе.
— Очень странная девушка, — удивленно произнес Маршх, когда она вышла. — У нее ярко-зеленые глаза, лишенные бронзовых искорок, свойственных людям с таким цветом радужной оболочки. Я с нетерпением ждал, чтобы задать вопросы о Земле и новых достижениях науки. Я даже подумал, что, может быть, удастся задержать его в этой комнате подольше с помощью наших девушек.
— Вы должны извинить ее. Мой отец…
— Я хотел бы увидеть доктора Виэля, а не твоего отца. Хотя, постой, может, это и есть твой отец?
— О, нет!
— Но это же его адрес: Селтамбанке-стрит, шестьсот шестьдесят шесть, Порт-Мимизон, департамент де ла Майн, Сант-Грокс.
Он говорил весьма серьезно. Я подумал, что если скажу об его ошибке, он встанет и уйдет.
— Мне кажется, — сказал я, — вам может помочь моя тетя Джоанна. Она очень хорошо знает гипотезу доктора Виэля. Может быть, сэр, вы поговорите с ней?
— Я мог бы увидеть ее прямо сейчас?
— Тетя редко принимает гостей. Откровенно говоря, она не поддерживает контактов с отцом и редко выходит из своей комнаты. Она занимается ведением хозяйства в доме. Однако, ее очень трудно встретить где-нибудь, кроме ее комнат. Никто посторонний не может к ней войти.
— Зачем ты мне все это говоришь?
— Чтобы вы поняли, сэр, что при самом сильном желании может оказаться так, что я не смогу устроить вам встречу, по крайней мере, немедленно.
— Можно просто спросить, не знает ли она адрес доктора, а если знает, то пускай сообщит его мне.
— Постараюсь помочь вам, доктор Маршх.
— Но ты не знаешь, как это лучше всего устроить, не так ли?
— Да.
— Иначе говоря, если ты просто спросишь тетку об этом, она может ничего не сказать.
— Было бы хорошо, сэр, если бы мы немного поговорили. Я хочу поподробнее узнать о Земле.
Мне показалось, что под черной бородой появилась усмешка. Он вскинул брови.
— А может быть, я первым немного расспрошу тебя?
В комнату опять вошла Перисса. Она решила узнать, не нужно ли нам чего-нибудь с кухни.
Я был готов задушить ее, когда доктор Маршх прервал себя на полуслове и обратился к девушке.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17