https://www.dushevoi.ru/products/tumby-s-rakovinoy/pod-rakovinu-chashu/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

- спросил Гешка.
- Последнее дело, - сказал Климентий Черемыш, садясь на край постели, последнее дело, Геша, - это если долг свой, понимаешь, дело, которое тебе партией, народом поручено, и вот завалить. По-нашему, по-красноармейскому, это, значит, самое распоследнее дело. Понял?
- Понял, - сказал Гешка.
- То-то...
Летчик легонько потрепал его за нос:
- А у тебя, значит, тоже, как и у меня, однофамильцев хоть пруд пруди, а родни никого?
- Нет, у меня сестра в Москве есть. Только так... - Гешка махнул рукой. Хоть и старшая сестра, ну неинтересная. Она, знаете, это... шьет, в общем.
- Портниха, что ли? - догадался летчик.
- Да, вроде. Там они какие-то спецодежды кроят.
- Ну что ж, тоже хорошее дело, - сказал летчик. - Без штанов, брат, тоже далеко не полетишь. Вот у нас вопрос с костюмами во время перелета был очень серьезный. Знаешь, нам какие костюмы сконструировали? Вот именно сконструировали: про этот костюм и не скажешь - пошит. В старину говорили шубу построить. Вот эти-то костюмы действительно построены. Можешь себе представить: гагачий нух, кожа, шелк, тройная прокладка особая, теплая, непроницаемая, да еще электрическое подогревание. А ты говоришь - портниха...
Летчик встал, прошелся из угла в угол, потом опять подошел к кровати:
- Ну, как же теперь нам все это расхлебать?.. Может быть, так и оставить? А? Пускай их себе думают, что братья. А? Как по-твоему?
Он наклонил голову и из-под широкого лба испытующе посмотрел на Гешку.
Гешка молчал.
- Ну? Или как? - торопил летчик.
- Н-н-нет, - выдавил из себя Гешка, - это уж не годится. Лучше пускай уж знают. Все равно. А то какой же это я вам брат буду, если трусить и врать все? Нет уж!
- Это вот хвалю! Это подходяще! - воскликнул Климентий. - За это прямо впору бы и побрататься с тобой. Ладно, я уж в школе сам все это обделаю. Дразнить не будут.
Потом он вдруг сделался строгим, подтащил к кровати тяжелый стул, с грохотом поставил, сел на него верхом, скрестил руки на бархатной спинке.
- Вот что, друг: назвался братом, так уж изволь во всем соблюдать соответствие. Ну-ка, будя валяться! Вставай, одевайся, и давай-ка поговорим начистоту. Что же это ты? А? Зовешься моим братом, а в учебе такой тихоход? По дисциплине у тебя тоже все гайки расконтрены. Никуда это не годится! Если уж хочешь быть братом, так давай условимся: фамилию высоко нести - не конфузить. Ты мне фамилию не порть! А то либо мне, либо тебе ее менять придется. Да и за чем дело стало? Теперь ведь учиться - одно удовольствие. Вот я посмотрел тут у тебя задачки. Легкие. Я уж тут от нечего делать взялся, пяток решил. Вот в наше, брат, время... Отдали меня в ученики... Так мастер, бывало, чуть что, как приложит счетной линейкой по загривку - дважды два, - вот тебе и вся арифметика!
- Ну да, и у нас есть, попадаются трудные задачки, - возразил осмелевший Гешка. - Вон там в конце одна птичкой отмечена. Ее у нас никто в классе решить не может. Нам задали к уроку, а никто не решил.
- А ну, давай сюда твою задачку! - сказал летчик и, сняв фуражку, бросил ее на стол. - Эта? Так! Условие вполне подходящее. Ну-с, с чего начнем? Угу, понял! Дело ясное, проще пареной репы. Что там у нас? Двести пятнадцать, восемь десятых. Так, четыре пишем, шесть в уме... Очень распрекрасно! Теперь приписываем сюда. Сколько мы с тобой в уме держали?.. Так. Отлично. Теперь раскроем скобки.
Под окном нетерпеливо заверещала машина.
- Ничего, подождет!-сказал летчик. -Главное тут - не спешить.
В эту минуту зазвонил телефон.
- Ну, невозможно заниматься! - рассердился Климентий.
Он снял трубку и накрыл ее подушкой.
- Так на чем мы остановились? Угу. Теперь делим это. Остается вычесть. Ну, и чего ж тут трудного!.. Все. Пожалуйста, чисто, как говорится.
Довольный Климентий надел фуражку, пошел к вешалке, стал облачаться в шинель.
- А в ответе вовсе не так, - сказал Гешка, заглянув в конец учебника.
- То есть как это не так?! - изумился летчик, возвращаясь к столу. - Гм! Действительно, совсем не так. Погоди, погоди, тут мы где-то с тобой напороли. Не может быть, не может быть! Нет, тут все правильно. Го! История... Я полагаю, это в задачнике опечатка. Теперь часто бывает. Вот если выберут в депутаты, непременно вопрос поставлю насчет опечаток.
- Нет, у нашего учителя точка в точку по ответу вышло, - неумолимо отвечал Гешка. - Он нам показывал, как делать. Я забыл только.
Климентий, как был, в шинели, подсел к столу. За окном нетерпеливо гудел автомобиль. Под подушкой хрипела и курлыкала снятая трубка.
- Гм! Запарка у нас получается, - сказал летчик и сбросил шинель. - Ну, давай рассуждать вместе.
В это время кто-то постучал в дверь. Сперва слабо и робко, потом крепче и увесистей. Гешка прислушался. За дверями топтались и спорили.
- Иди ты вперед, - услышал он и узнал голос Риты.
- А почему это я? Пускай вон Лукашин идет, - донесся басок Плинтуса.
Гешка испуганно взглянул на летчика:
- Ребята там... из нашего класса...
Летчик поднял голову от тетрадки:
- Что говоришь? Ребята? Вот и хорошо! Сейчас ты им прямо так сам все и скажешь.
- Нет... Я лучше уйду... Я потом... - залепетал Гешка.
- Ну что ж, уходи. Уйти - дело нехитрое. Остаться - вот это да! Ну, так как решаешь?.. Ты вот оденься пока.
И летчик, задернув полог, пошел открывать дверь.
Теснясь и прячась один за другого, отдавливая друг другу ноги, стараясь держаться около стен, вошли Рита, Плинтус, Лукашин, Званцев, а с ними еще трое ребят из пятого "Б". Летчик поздоровался со всеми по очереди. А Плинтус, поздоровавшись, быстро обошел за спинами ребят и ухитрился пожать руку героя еще раз... Все расселись - кто на стулья, кто на диван. Ребята смотрели на летчика и молчали.
- А как ваш брат Гешка? - спросила наконец расхрабрившаяся Рита.
Летчик стал очень серьезным. Потом он легонько крякнул и крепко потер ладонью затылок.
- Вот что, ребятки, - сказал он, вставая, - тут у нас маленькая путаница образовалась... Впрочем, пусть Геша вам сам все разъяснит. Давай, Геша!
И летчик раздернул шторы. Все заглянули в альков, где стояла кровать, но никого не увидели. Альков был пуст. Гешка снова исчез...
Летчик озадаченно посмотрел на ребят, прошел в альков, огляделся, даже под постель украдкой заглянул. Но Гешки нигде не было.
- Не выдержал, через ту дверь сбежал! - сказал сердито Климентий Черемыш, указывая на приоткрытую дверь из алькова в переднюю. - Ну что ж, - продолжал летчик, и внезапно лукавая ужимка тронула его лицо, тотчас ставшее снова серьезным, - ну что ж, придется, видно, мне самому... Должен я вам сказать одну нехорошую вещь про Тешу. Трус он, оказывается, вот что. А это, ребята, очень тяжело, когда вот твой родной брат- и оказывается трусом.
- Никто и не брат, никто и не трус! - раздалось вдруг из складок отдернутой шторы.
Материя зашевелилась. Рита испуганно взвизгнула.
И все увидели Гешку, который вылезал из своего убежища, красный и вспотевший.
- А, ты весь тут! - закричал летчик. - А я думал, только ноги твои здесь...
- А разве видно было? - еще пуще краснея, спросил Гешка.
- Да, брат, техника военной маскировки у тебя слабовата... Ноги-то из-под полога так и торчали...
Ребята, ничего не понимая, смотрели то на летчика, то на Гешку.
- Гешка! Ты чего ж это прятался? - спросил Званцев.
-- Ничего я не прятался... Просто... я с духом хотел собраться...
- Ну, - сказал летчик, - набрался духу, теперь ныряй.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13
 унитаз подвесной cersanit 

 керамогранит italon