предлагают выгодные цены 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


Прилагая все усилия, Корнелия старалась не допустить, чтобы выражение облегчения проступило на ее лице; она боялась этих привлекательных девушек, особенно той, голубоглазой блондинки, похожей на тетю Лили.
— Вскоре я заметил, что появилась Рене де Вальме, — продолжал свой рассказ герцог, — и был рад этому, потому что мы с Рене старые знакомые и она человек серьезный, с ней можно поговорить по душам как с понимающим и очень умным другом. Я сказал себе: «Здесь Рене. Хорошо!» Но в этот момент я увидел тебя! Я не могу объяснить, что случилось со мной. Словно что-то щелкнуло в моем мозгу, и я сказал себе: «Здесь она — та, которую ты искал всю свою жизнь».
И депрессия покинула меня, и я неожиданно почувствовал себя веселым, свободным и полным сил.
Сначала я подумал, что, должно быть, шампанское ударило мне в голову, и, когда танцевал, незаметно наблюдал за тобой. И танцуя, я подумал, что просто теряю время, и подошел к вашему столику. Я не могу объяснить тебе, что случилось со мной, Дезире, но я просто знал, что хочу быть рядом с тобой, хочу говорить с тобой, сидеть рядом… а в конце вечера этого мне было уже недостаточно, я хотел большего!
— И тогда вы решили, что можете купить меня? — поинтересовалась Корнелия.
— Нет! Это не так! — запротестовал герцог. — Ты должна поверить мне. Браслет был подарком от полноты моих чувств.
— Подарок, который вы никогда не осмелились бы преподнести женщине одного с вами круга.
Брови герцога приподнялись, как если бы он услышал бестактность.
— Тут ты права, но я бы и не сидел здесь наедине с той, кого ты называешь «женщиной моего круга».
Корнелия пришла в замешательство:
— Я полагаю, нет.
— Но какие же различия могут быть между нами? — спросил герцог, наклонившись к девушке так, что его губы оказались недалеко от ее белоснежных обнаженных плеч.
— Все различно, — ответила она. — Вы живете в одном мире, я — в другом. И, как вам уже сказала Рене, я люблю другого.
— Почему ты должна постоянно напоминать мне об этом? — сердито спросил герцог. — Ты знаешь, что я даже слышать не желаю об этом человеке. Для меня пытка говорить о нем. Он что, собирается жениться на тебе?
— Какое право вы имеете задавать мне такой вопрос? — спросила Корнелия. — Я же не задаю вопросов про вашу личную жизнь.
— Дезире, что происходит? Мы ссоримся? — воскликнул герцог. — Я знаю, что был не прав, расспрашивая тебя. Но я хочу защищать тебя, я хочу заботиться о тебе. Я хочу много больше, чем решаюсь сказать тебе. Я хочу… Ах! Один бог знает, чего я действительно хочу!
Герцог на секунду прикрыл глаза рукой.
— Знаете, все это очень глупо, — холодно произнесла Корнелия. — И помимо всего прочего, вы ничего обо мне не знаете.
— Кроме того, что я люблю тебя.
Сердце Корнелии затрепетало от этих слов.
Он был влюблен в нее совершенно так же, как и она была влюблена в него с того самого момента, как увидела его на Аппер-Тросвенор-стрит! Но с осмотрительностью тех, кто испытал любовные страдания и должен охранять себя от повторной боли, Корнелия сдержанно произнесла:
— Мне было бы жаль вас, если бы я смогла поверить в то, что это правда.
— Но это правда!
— Раз вы так думаете, то я предлагаю сказать друг другу «до свидания»и после сегодняшнего вечера никогда больше не встречаться впредь.
— Но почему? Как ты можешь предлагать это? — спросил герцог.
— Потому что я не желаю быть несчастной, — ответила Корнелия. — Потому что любовь герцога Роухэмптона к Дезире Сент-Клауд может иметь лишь несчастливый конец. И вы это знаете так же хорошо, как и я.
— Как ты не можешь понять, что я не позволю тебе уйти от меня сейчас? Со мной происходит что-то, что никогда не случалось прежде. Я любил многих женщин — или думал, что любил. Я не скрываю от тебя, что в моей жизни было немало женщин, но всякий раз они заставляли меня разочаровываться. Я не знаю, почему так получалось, но знаю, что со всеми кончалось одинаково. Я хотел обладать ими, я считал себя влюбленным, но в глубине сердца я знал, что это только иллюзия любви.
Герцог сделал паузу, и глаза его наполнились горечью.
— Я уверовал в то, что так и должно быть в жизни, что невозможно никогда найти что-то другое, и смирился с этим. Я буду откровенен до конца с тобой, Дезире, и скажу тебе, что совсем недавно я предлагал замужней женщине бежать со мной.
Я решил, что если я сумею овладеть ее несравненной красотой и сделать ее своей, то почувствую себя удовлетворенным.
Я умолял ее бежать со мной, но в это же самое время трезвая, рассудочная часть моего мозга как бы стояла в стороне и наблюдала за моими действиями. И она цинично насмехалась надо мной, когда я шептал, что влюблен, и говорила мне, что я веду себя глупо. Я клянусь тебе, Дезире, что с того момента, как я встретил тебя, впервые в моей жизни моя рассудочная половина молчит.
— Это происходит оттого, что мы практически не знаем друг друга, месье, — сказала Корнелия. — Я новенькая, загадочная — вы ничего обо мне не знаете, и вам представляется что-то необыкновенное, чего, возможно, не существует. Если бы мы были знакомы давно, то вы нашли бы, что я, подобно остальным женщинам, начинаю надоедать вам, вам становится скучно со мной, и тогда вы бы отправились вновь к «Максиму»в поисках чего-то нового.
— Это не так! — Герцог стукнул кулаком по столу с такой силой, что звякнули тарелки и бокалы. — Это то, чего не случалось со мной прежде, и это то, почему ты не можешь, не должна убегать от меня. Я хочу тебя, Дезире!
— Вы опоздали. Я люблю другого.
Губы герцога сжались. Затем с улыбкой, которую она нашла неотразимой, он произнес:
— Послушай меня, Дезире. Я сделаю все, чтобы ты полюбила меня, и это клятва, которую я даю тебе со всей серьезностью. Это также вызов тебе — сопротивляйся мне как можешь, сражайся, если желаешь, но я завоюю тебя в конце концов!
Корнелия издала глубокий вздох и спросила:
— И что тогда?
Он повернул голову и взглянул прямо в глубину ее бездонных глаз.
— Когда ты полюбишь меня так, как люблю тебя я, — сказал он веско, — я дам ответ на твой вопрос.
Ее глаза опустились под его взглядом. Она знала, что герцог пристально разглядывает ее. Темные ресницы затрепетали на ее щеках. Словно безжалостный водоворот подхватил ее, и она ощущала себя совершенно беспомощной в буйстве этой стихии. То, что звучало в ее сердце, не могло более противиться напору его страсти. Корнелия позволила себе слушать слова герцога о любви, и ночные часы промелькнули незаметно.
С этой ночи для Корнелии началось время таинственных колдовских превращений, о которых невозможно было даже догадаться в дневное время, когда герцогиня Роухэмптон, в темных очках и блеклых невзрачных нарядах, с помпезной прической, рекомендованной ей господином Генри, прогуливалась по Парижу со своим мужем.
Супруги посещали кафе, картинные галереи, музеи; они побывали на скачках, они катались в Булонском лесу; и оба отчаянно зевали в течение этих долгих томительных часов, проведенных вместе, с нетерпением ожидая ночного свидания.
Иногда Корнелии хотелось рассмеяться, когда она замечала, как герцог с превеликим трудом подавляет зевоту. Она и сама частенько исподтишка зевала, и не только потому, что она скучала во время их дневных встреч, но и потому, что чувствовала себя совершенно изнуренной физически, постоянно ложась спать после рассвета.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61
 https://sdvk.ru/Mebel_dlya_vannih_komnat/zerkalnye_shkafy/ 

 настенная плитка вельвет