https://www.dushevoi.ru/products/dushevye-dvery-razdvizhnye/120sm/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Я слышал об этом от тех, кто видел ее с ожерельем на
груди, с бесценными жемчужинами и ушах, похожими на розовые бутоны.
- Ого! Ого! - сказала Эмлин. - Значит, вы признаете, что она была
обвенчана, а сами только что обозвали ее, чистую душу, распутницей! Ладно,
милорд аббат, не будем больше кривить душой: да, на ней были
драгоценности. Джефри ничего с собой не увез, кроме вашего смертного
приговора.
- Тогда где же они? - спросил он, ударив кулаком по столу.
- Где? О, там, где вы их никогда не найдете, - взвились в небо, когда
бушевал пожар. Боясь, чтобы нас не ограбили, я спрятала их за секретной
панелью в ее комнате, в надежде вернуться за ними позже. Идите выгребайте
золу; вы, может быть, найдете один или два треснутых бриллианта, но не
жемчужины: они в огне испаряются. Вот вам, наконец, правда, и много она
принесет вам пользы.
Аббат застонал. Как большинство испанцев, он легко возбуждался и
ничего не мог с этим поделать; вся горечь, скопившаяся у него в сердце,
прорвалась наружу.
Эмлин потешалась над ним.
- Видите, как мудрым и могущественным мира сего случается самих себя
перехитрить. Клемент Мальдонадо, я знаю вас около двадцати лет. Когда меня
называли блосхолмской красавицей и старый аббат, ваш предшественник, взял
меня под опеку церкви, вы находили для меня более нежные слова, чем те,
которыми обзываете сегодня, хотя я-то всегда ненавидела вас - ведь вы
затравили моего отца. Да, я следила за вашим возвышением и увижу ваше
падение, и я знаю ваше сердце и все его желания. Деньги - вот чего вы
домогаетесь и что хотите получить, иначе вам не добиться своей цели. Вам
нужны были драгоценности, а не Шефтонские земли, которые теперь невысоко
ценятся, а скоро совсем потеряют цену. Да, на одну из этих розовых
жемчужин, если их продать евреям, можно закупить три прихода - и людей и
дома. Ради этих драгоценностей вы послали на смерть одних, причинили горе
другим, а свою собственную душу навеки погубили, хотя, если бы вы были
благоразумны и посоветовались со мной, все эти драгоценности или по
меньшей мере некоторые из них перешли бы к вам. Сэр Джон был не дурак. Он
охотно расстался бы с одной или двумя жемчужинами, цены которых не знал,
чтобы прекратить непримиримую вражду с церковью и отстоять права свои и
своей дочери. А теперь, ослепленный безумием, вы сожгли их - сожгли
драгоценности, которыми можно было бы заплатить выкуп за короля или,
вернее, с помощью которых его можно было бы свергнуть. О! Если бы вы
только об этом догадывались, вы бы отрубили руку, поднесшую факел к стенам
Крануэл Тауэрса, потому что теперь вам не хватит золота, и все ваши
грандиозные планы провалятся и погребут вас под собою, как вы хотели
похоронить нас в Крануэле.
Аббат, терпеливо слушавший эту длинную и горькую речь, снова
застонал.
- Ты умная женщина, - сказал он. - Мы понимаем друг друга, потому что
мы одной крови. Ты знаешь, в чем дело; какой совет ты бы мне дала?
- Тот, которого вы не примете, будучи заранее обречены за свои грехи.
Все же вот он - мой искренний совет. Освободите леди Сайсели, верните ей
земли, сознайтесь в ваших злодеяниях. Уезжайте из королевства, прежде чем
Кромуэл отвернется от вас, а Генриху станет все известно, уезжайте, взяв с
собой все золото, какое вы сможете собрать, подкупите императора Карла,
чтобы он дал вам епархию [епархия - обширная область, управляемая
епископом] в Гренаде или еще где-нибудь, но не близ Севильи, по причинам,
вам известным. Там вы будете жить в почете, и наступит день, немало
времени спустя после вашей смерти, когда многое забудется, и вас,
возможно, канонизируют, как святого Клемента Блосхолмского.
Аббат посмотрел на нее задумчиво.
- Если бы я искал только покоя в старости, твой совет мог бы мне
пригодиться, но я играю по более высокой ставке...
- А проиграть можете свою голову, - прервала его Эмлин.
- Не совсем, женщина, потому что в любом случае эта голова выиграет
игру. Если она останется у меня на плечах, то будет носить архиепископскую
митру или шапку кардинала, а может быть, и еще более гордую тиару; если же
она упадет с плеч, то - небесный венец мученика!
- Ваша голова? Ваша голова? - воскликнула Эмлин с презрительным
смехом.
- Почему же нет? - ответил он угрюмо. - Тебе случилось узнать о
некоторых ошибках моей юности, но в них я давным-давно раскаялся, и эти
грехи отпущены мне полностью. - И он перекрестился. - Если бы это было не
так, кто избежал бы адских мук?
Эмлин, стоявшая все это время, уселась, облокотившись на стол и
положив подбородок на сложенные руки.
- Верно, - сказала она, глядя ему в глаза, - никто из нас не избежал
бы их. Но, Клемент Мэлдон, как насчет грехов, в которых вы не покаялись и
которые совершили уже в зрелом возрасте? Сэр Джон Фотрел, например, сэр
Кристофер Харфлит, например, леди Сайсели, например; не говоря уже о
черной измене и еще кое о чем.
- Даже если бы все эти обвинения были справедливы, что я отрицаю, это
не грехи, - ведь все они вместе и каждый в отдельности совершены были мною
не ради себя, а ради церкви, ради того, чтобы одолеть ее врагов,
воздвигнуть вновь ее разрушающиеся стены, навеки укрепить ее в этом
королевстве.
- И вознести вас, Клемент Мэлдон, на самый высокий шпиль ее храма,
откуда сатана покажет вам все царства земные, клятвенно обещая, что они
будут ваши.
Очевидно, аббат не обиделся на эту смелую речь; действительно,
искусно нарисованная Эмлин картина, казалось, понравилась ему. Он только
мягко поправил ее, сказав:
- Не сатана, а господь - властитель сатаны. - С минуту он помолчал,
оглядел комнату, чтобы убедиться, что двери закрыты и они одни, и
продолжал: - Эмлин Стоуэр, ты умнее и мужественнее любой женщины из тех,
кого я знал. Ты знаешь жизнь и ее тайны, почему суеверные дураки и
называют тебя ведьмой, а я считаю пророчицей или ясновидящей. Это все у
тебя в крови, я полагаю, - ведь твоя мать была из цыганского племени, а
отец - высокородный испанский дворянин, очень образованный и умный, хотя и
мерзкий еретик, поэтому ему и пришлось для спасения жизни бежать из
Испании.
- Чтобы умереть в Англии при весьма странных обстоятельствах. Святая
инквизиция терпелива, и у нее длинные руки. Если я верно припоминаю,
именно это дело о ереси моего отца впервые привело вас в Блосхолм, где,
после его гибели и публичного сожжения его книги, вы многого достигли.
- Ты всегда права, Эмлин, и потому нет необходимости напоминать тебе
о том, что мы с ним были давнишними врагами в Испании; вот почему меня
выбрали, чтобы выследить его, и почему тебе довелось узнать кое-что обо
мне.
Она кивнула, и он продолжал:
- Достаточно об отце-еретике - теперь о матери-цыганке. Говорят, она
сама наложила на себя руки, чтобы избежать казни.
- Нечего ходить вокруг да около, аббат, давайте, как старые друзья,
говорить правду. Вы хотите сказать - она покончила с собой, чтобы не быть
сожженной вами, как ведьма: ведь у нее имелись кое-какие несожженные
письма, и она угрожала вам пустить их в ход, как и я.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77
 сантехника в мытищах 

 бельведер плитка керамическая