https://www.dushevoi.ru/products/tumby-s-rakovinoy/s-zerkalom/ 

 

Было похоже, что поджигают, может, вольно, может, и невольно бездомные бродяги, непрошеные ночлежники. В деревнях усилили охрану. Тогда пожары перекинулись на ометы соломы в полях, на зароды сена в лугах.
Раньше всех раскрыл поджигателя Ванька Уздяков. Возле самых загадочных пожарищ он неизменно находил следы своего удравшего Сынка. Но зачем было ему поджигать? Потехи ради? Раньше он никогда не делал этого, добывал огонь только по приказу хозяина и всегда неохотно. Может быть, поджигает в отместку? Но кому, за что? Припомнив все слухи, Ванька подумал, что у Сынка убили подругу, вот он и мстит за это. Возможно, и за то, что люди слишком раскомандовались в медвежьих лесах.
Ванька принялся повсюду искать поджигателя, чтобы поймать и образумить либо сдать в зоологический сад, за крепкую решетку. Наконец, напал на знакомый медвежий след. Он шел из леса через скошенные луга, к зародам сена. Далеко впереди Ваньки двигался кто-то темный, похожий на медведя. Ванька прибавил шагу. Если это Сынок идет поджигать сено, надо догнать его до зародов и остановить. Но не успел. Когда подбежал к зародам, они уже пылали. Из пламени раздавался дикий медвежий рев.
- Сынок! Сынок! - закричал Ванька. - Иди ко мне!
А медведь уже погибал и скоро затих. Когда от зародов остался только пепел, в нем нашли обгоревшего медведя с ошейником. На ошейнике висела медная бляха "Сынок" и зажигалка, от которой артист прикуривал во время представлений.
Так закончил свою жизнь "медвежий гений - похититель огня". Он слишком увлекся поджигательством. Как развернулась бы борьба медведей с людьми, если бы Сынок Иваныч передал искусство поджигания своему медвежьему племени? Много сгорело бы на Руси лесов и лесных деревянных поселков. Ой, много!
МЕДВЕДИ-КЛЮЧНИКИ
Ванька, теперь уже Иван Уздяков, женился и осел жить в родной деревне. Но свою любовь к медведям не забросил, наоборот, стал заводить медвежий приют, питомник, чтобы с первых дней воспитывать медвежат по-мирному, растить из диких зверенышей домашних животных, друзей и помощников человека. Во время своего кругосветного путешествия он видел, что люди нередко приручают медведей, держат в своих дворах. Но только для забавы. А медведи также способны работать, помогать человеку, как и забавить его.
Иван начал свой питомник с того, что купил у лесорубов пару маленьких медвежат-сосунков и поселил на своем дворе среди прочего живья, где были лошадь, корова, теленок, овцы, поросята, куры, гуси, утки, собака, щенки. На первых порах произошли небольшие стычки - кто-то кого-то цапнул, клюнул, напугал, но через несколько дней медвежата сделались на дворе вполне своими. Хозяин и хозяйка не выделяли их перед прочими жильцами, вообще не выделяли никого, содержали всех согласно природе.
У медвежат прежде всего обнаружились повадки сторожевые, вроде собачьих, они стали взлаивать и сердито урчать на всех, кто был не своего двора. Потом вскоре к этому прибавились повадки ребячьи: бегать, кувыркаться, задирать друг друга, всюду совать свой нос. Медвежата сделались на дворе самыми главными игрунами. И еще погодя недолго у них обнаружилась тяга к людской работе - они научились поливать детскими ведерками огород, при посадке картофеля укладывать его в борозду. А когда хозяйка вышла попробовать, не готов ли картофель, они так усердно взялись помогать ей, словно решили выдергать всю делянку. Их беспредельно удивляло, как из каждого одинокого клубня получилась целая картофельная гроздь. Хозяйка долго повторяла: "Не сметь! Не сметь..." Затем прогнала помощников лопатой.
В свободное время хозяин, обрядив медвежат бубенцами и блестящими жестянками, обучал разным потехам. Иногда они занимались этим без него, снаряжались сами, как могли. Бубенцы и жестянки хозяин держал под замком, и медвежата хватали без разбора все блестящее и звенящее, особенно мила им была почему-то связка ключей от калитки, амбара, погреба и сеней. Как ни старались хозяева прятать ключи, медвежата неизменно находили их.
И вдруг ключи исчезли. Исчезли незаметно и как будто навсегда. Сперва целый день искала их хозяйка, тая пропажу от мужа. Потом пришлось открыть ему неприятность.
- Потеряли медвежата, - решил он.
- Я думаю также, - соглашалась жена. - Кроме них, некому. Калитка была на запоре, окошки закрыты, я не сходила со двора. Но куда их задевали? Я обыскала везде.
- Значит, не везде, - сказал Иван. И принялись искать оба. На любом крестьянском дворе бездна мест, где может затеряться связка ключей. Вилами, граблями, просто руками снова принялись Уздяковы ворошить солому, сено, мусор на дворе, траву, ботву, ягодные кустарники на огороде. Ключей не было нигде.
- Я уж начинаю думать, что зверята не обронили ключи, а спрятали, сказал Уздяков.
- Ну, ты выдумаешь... - засомневалась жена.
- Тогда что же, сжевали и проглотили?
- Могли проглотить. Наши, бабьи ребятенки любят глотать что попадя. А малыши все одинаковы.
- Будем глядеть, что поползет из них. Ключи в брюхе не исчезнут, не тот товар.
Шли дни. Медвежата чувствовали себя нормально, не испытывали ни расстройства, ни запора желудков, было ясно, что ключей не глотали. Пришлось Уздякову покупать и ставить новые замки, вырезать для них новые, подходящие гнезда, а прежние заделывать. Медвежата надоедливо совались ему под ноги. Озлившись на непрошеных "помощников", он хватал их за уши, отшвыривал и кричал:
- Скажете вы, наконец, где ключи? Довольно тянуть молчанку. Полгода кормлю, учу их, а они хоть бы раз хрюкнули по-человечьи, хоть бы одно словцо. Невелика птица попугай, а в такой срок научается бормотать, как дьячок в церкви. Скворец еще меньше и тоже научается косолапить языком. А вы...
Медвежата мгновенно становились на задние лапы, вытягивались во всю мочь, готовые плясать, кувыркаться, вообще скоморошить, как потребуется хозяину. Но хозяин требовал непонятного, неодолимого - говорить. Он совал им в растерянные мордашки новые замки с ключами и требовал:
- Ну, за мной дружно, оба: это замки, это ключи. Повторяйте: ключи мы спрятали... А дальше договаривайте одни, куда спрятали.
Медвежата стояли немо и недвижно, как мертвые чучела. Уздяков с досады награждал каждого оплеухой и бранил мать-природу:
- Ты, матушка, поленилась, недоделала медведей, не дала им ни словечка. Ну, хоть бы самые ходовые: замок, ключи... Подвела нас, матушка. Вот теперь живи всю жизнь в тревоге - ставь новые замки, а медвежата будут прятать ключи. Вдруг их найдет злой человек и оберет наш дом.
Получив оплеухи, медвежата убегали к своим любимым занятиям: играть с собакой-дворнягой, урчать через подворотню на незнакомых прохожих, поливать огород.
- Огород-то вы зря, он теперь не нуждается, - кричал им Уздяков.
Но медвежата либо не понимали его, либо знали лучше, что надо, и продолжали поливать.
Пришло время убирать картофель. Иван выпахивал его плугом. Жена и медвежата собирали. Вдруг Иван почувствовал, что плуг сильно вздрогнул, по лемеху громко, неприятно скрежетнуло. Он приостановил работу, склонился над бороздой и поднял из нее потерявшиеся ключи.
- Жена, - окликнул он, - принимай! - и кинул ей темную заржавленную связку.
- Ключи? Где ты... в борозде. Вот и догадайся, куда уволокут, где потеряют, сорванцы, - проговорила женщина, сразу и огорчаясь и радуясь.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17
 https://sdvk.ru/Sanfayans/Unitazi/ 

 Codicer Perseo