https://www.dushevoi.ru/products/dushevye-kabiny/gidromasszhnye/ 

 

То есть вражеских рубежей, оснащённых артиллерией. Но дело в том, что самая маленькая пушка, которая могла встретиться на этих рубежах танку Т-35, с Первой мировой войны не могла иметь калибр менее 37 мм. А такая пушечка на расстоянии 500 м пробивала минимум 35 мм брони. У танка Т-35 лишь один передний наклонный лист брони корпуса имел толщину 50 мм, вся остальная броня этой махины не превышала 30 мм. На какую оборону его можно было пускать с такой бронёй?
Был построен 61 такой танк, в западных округах немцев встретили 48 этих машин. Известна судьба всех: 7 нашли почётную смерть в бою; 3 были в ремонте; остальные сломались на марше и были брошены экипажами.

Средний танк Т-28, очередной маразм из Харькова
Примерно таким же был и другой танк для прорыва обороны – средний танк Т-28 с тремя башнями. Только у этого самая толстая броня была 30 мм. Их было построено более 500 единиц, но судьба их точно такая, как и всех танков Тухачевского, которым можно дать единое собственное имя «Смерть танкиста».
Но тяжёлых и средних танков имени Тухачевского хотя бы было относительно немного. Иначе обстоит дело с лёгкими танками. В 1931 г. был принят на вооружение и поставлен на производство английский танк «Виккерс», забракованный английской армией. Лобовую броню он имел 13 мм, весил первоначально 8 т и с двигателем в 90 л.с. мог развить скорость до 30 км/час. Его модернизировали, в результате чего он стал весить более 10 т, а лобовая броня на башне выросла до 25 мм, на корпусе – до 16 мм. Изготовили этих танков к 1939 г. около 11 тыс. единиц. Зачем Тухачевскому потребовалось такое количество малоподвижных и почти небронированных машин, что они должны были делать в его танковых корпусах – мне непонятно.
Ещё менее понятно – зачем, уже имея лёгкий танк, закупать ещё один, теперь уже у американского изобретателя-одиночки Д. Кристи. Этот изобретатель первым предложил иметь катки на всю высоту гусеницы танка. Это разумное предложение было внедрено во многих странах. Но мы купили в 1931 г. его танк не за это, а за то, что он одновременно был и скоростным автомобилем. Сняв гусеницы, образцы этого танка могли развить на американских автострадах скорость до 122 км/час. Надо сказать, что несмотря на эти соблазнительные цифры, ни одна страна, кроме СССР с Польшей, эту глупость не закупала и не производила. Почему?
В идее такой танк имел кажущееся преимущество в следующем. Танки – очень нежные машины. У них очень мал моторесурс, их тяжелонагруженные механизмы быстро выходят из строя. Скажем, танки того времени уже через 50 часов работы требовали ремонта. Когда упоминавшийся тяжёлый танк Т-35 в ходе испытательного пробега заставили пройти 2000 км, то при этом сменили три двигателя. Это касается танков как таковых и во всём мире. Танк – это машина не для поездок, а для боя. Поэтому в мирное время её стараются беречь. То есть, если требуется перевезти танки на большое расстояние, то их везут по железной дороге.
Возник у Тухачевского соблазн – если танк поставить на колёса, то он будет быстро ехать, механизмы меньше износятся. Следовательно, в мирное время, на не очень большие расстояния его можно будет перегонять самоходом, а не на поезде. (Чем не нравился Тухачевскому поезд или автотрейлер, сейчас уже не у кого спросить).
Но дело в том, что очень быстро едет только один танк и по автостраде. В реальной жизни, по реальным дорогам колонна танков (а они движутся колоннами) больше 20–25 км/час не развивает даже сегодня. Так что колёса на танке изначально нужны, как зайцу стоп-сигнал.
Дикость этого проекта ещё и в том, что наша танковая промышленность только становилась на ноги, специалисты только приобретали опыт, и давать им в производство такую бессмысленно сложную машину было просто преступно. Ведь в этом танке помимо собственно танковых механизмов ещё и автомобильные. Начать танкостроение с такого танка – это значит обречь танковые войска на постоянные поломки техники, на снижение нормативов времени для обучения экипажей практическому вождению.
Но главное, это был, как и самолёт И-16, конструкторский тупик. Никакое увеличение мощности двигателя этого танка никак не увеличивало его бронезащиту, он не становился совершеннее. Этих танков, названных БТ (быстроходные танки) разных серий было изготовлено почти 8 тыс. единиц. Последняя, самая современная, модификация его, названная БТ-7М (700 машин), выпускалась в 1939–1940 гг. Давайте сравним её с немецким лёгким танком чешского производства 38(t). Этот танк сконструирован чехами в 1938 г. для своей армии, но производили они его для немцев до 1942 г. Танк надёжен и без затей. А для наглядности, сделаем сравнение и с нашим средним танком Т-34.

Как видно из таблицы, наш лёгкий танк БТ-7М почти на 50 % тяжелее немецкого лёгкого танка и двигатель имеет в 4 раза мощнее, но броню … в 2,5 раза тоньше! При этом 38(t) имеет вполне приемлемую для танка скорость. А ведь в 4 раза более мощный двигатель – это и во много раз большая стоимость всех механизмов, их вес, сложность, расход ГСМ. И всё во имя чего? Во имя цифры «86 км/час на колёсах»? Которая никому не была нужна и никогда не затребовалась.

45-мм противотанковая пушка обр. 1937 г. (53-К)
А теперь представим, что эти лёгкие танки атакуют передний край.
На немецком переднем крае наш БТ-7М встретит немецкая (уже тогда маломощная) лёгкая 37-мм пушечка. Но эта пушка, как я уже писал, пробивает с 500 м броню в 35 мм. Следовательно, немецким артиллеристам оставалось только увидеть этот танк … и с ним покончено. У немцев были также тяжёлые противотанковые 20-мм ружья, которые на дальности в 300 м пробивали броню в 40 мм. А ещё у них были лёгкие, размером с обычную винтовку, противотанковые ружья, которые на дальности в 300 м пробивали броню 20 мм. Крыша у БТ-7М была толщиной в 6 мм, саблей её, конечно, не возьмёшь, но сверху его мог расстрелять обыкновенным пулемётом любой самолёт.
А немецкий 38(t) на нашем переднем крае мог встретить самое мощное советское, собственно противотанковое средство – нашу 45-мм пушку. Она с 500 м пробивала 42 мм брони. Да, но у танка 38(t) лобовая броня 50 мм! Этому лёгкому танку не надо было даже ждать в подмогу средние танки или штурмовые орудия – он и сам мог справиться с такой пушкой. Недаром, по грустной статистике, на один подбитый немецкий танк приходилось 4 наших уничтоженных 45-мм пушки и только 57-мм пушка довела это соотношение до 1:1.

Лёгкий танк PzKpfw I
Добавим, что по заказу Тухачевского промышленность с 1933 г. ещё произвела около 4 тыс. единиц плавающих танков, вооружённых пулемётами, и с бронёй в 6-8 мм.
Напоминаю, что немцы и не собирались своими танками воевать с нашими, но, тем не менее, исключая пулемётный Т-I, практически любой из их танков на 22 июня 1941 г. мог справиться с этой нашей армадой металлолома, задуманной Тухачевским. С воздуха простым пулемётом её могло расстрелять всё, что летало.
«На Востоке же, наоборот, опасным противником русских танков стал немецкий самолёт-истребитель. Серьёзные успехи, достигнутые немецкой истребительной авиацией, общеизвестны».
(Г. Гудериан)
Лёгкий танк Pz.Kpfw.II
В напавших 22 июня 1941 г. на СССР войсках Германии было 3582 танка и штурмовых орудия. Из них 1404 средних Т-III и Т-IV и 1698 лёгких всех типов, включая немецкие Т-I и Т-II, которые немцы строили для обучения танкистов при создании танковых войск после прихода Гитлера к власти и отказа его от Версальских соглашений, запрещавших их иметь.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 169 170 171 172 173 174
 встраиваемая душевая кабина 

 Alma FG