раковина над ванной 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 



«Беглецы-влюбленные; Влюбленный джентльмен»: АСТ; Москва; 2001
ISBN 5-17-008645-8
Аннотация
Граф Хеллингтон по праву снискал славу в наполеоновских войнах… но на любовном поле битвы, похоже, ему везло значительно меньше.
В самом деле — куда легче поднять солдат в победоносную атаку, чем успешно завершить «осаду» юной, неопытной Тэлии, готовой скорее жить в. нищете, чем покориться обаянию этого молодого аристократа!
Однако — в любви, как и на войне, хороши АБСОЛЮТНО ВСЕ СРЕДСТВА! И герцог изобретает совершенно невероятный план «завоевания» Тэлии — план, который, в случае успеха, принесет ему ИСТИННОЕ СЧАСТЬЕ…
Барбара Картленд
Влюбленный джентльмен
От автора
Дуэли в защиту чести были личным сведением счетов за нанесенное или надуманное оскорбление. В конце пятнадцатого века фехтовальные поединки распространились из Италии по всей Европе. Политические дуэли были частым явлением во Франции в девятнадцатом столетии и изредка случались в двадцатом.
В Англии наиболее известны дуэли между лордом Каслрэем и Джорджем Кэннингом в 1809 году, а также между герцогом Веллингтоном и десятым графом Уинчелсийским в 1829 году. Издание указа, по которому дуэли приравнивались к военным преступлениям, привело к тому, что поединки стали происходить за границей — в Кале или Булони.
Книжная лавка Хэтчарда до сих пор существует по адресу: Пикадилли, 190.
Глава 1
1815
— Я ничего не замечаю, — сказал достопочтенный Ричард Роулендс, рассматривая со всех сторон только что повязанный новый галстук.
— Разница есть, сэр, — почтительно произнес камердинер.
— По мне, так это чепуха, — возразил Ричард Роулендс.
— Совершенно с тобой согласен, — послышалось от дверей.
Достопочтенный Ричард с возгласом удивления обернулся.
— Варгус! Не знал, что ты уже в Лондоне!
— Я приехал поздно ночью, — ответил граф Хеллингтон, — и сумел побить свой же рекорд, как и намеревался.
— С новыми лошадьми?
— С теми гнедыми, что я купил в Таттерзалле, где мы были с тобой.
— Я знал, что они себя покажут, — сказал Ричард Роулендс. — Садись, Варгус, и выпей бокал шампанского, или ты предпочитаешь бренди?
— И для того, и для другого еще слишком рано, — ответил граф, — но я бы выпил чашку кофе.
Его друг скорчил гримасу.
— Эта гадость годится лишь в тех случаях, когда нельзя уснуть, — Должно быть, для этого у тебя было немало соблазнительных поводов, — посмеиваясь, заметил граф.
С этими словами он опустился в уютное кресло и положил ногу на ногу. Его начищенные до блеска ботфорты с золотыми кистями вызвали невольное восхищение у камердинера, направившегося за чашкой кофе для графа.
Ричард Роулендс прервал процесс одевания и, усевшись в одной рубашке напротив своего друга, критически оглядел его с ног до головы.
— А ты чертовски хорошо выглядишь? — заметил он. — Свежий воздух тебе на пользу.
— Да, я достаточно побыл на свежем воздухе — и в любую погоду, пока тренировал новую лошадь. Я намерен выиграть все скачки в графстве, — ответил граф.
— Ты всегда выигрываешь, — сказал Ричард. — Впрочем, в этом нет ничего удивительного — лучшие лошади всегда у тебя, ведь ты сам их и натаскиваешь.
— Весь секрет в том, мой дорогой Ричард, — заметил граф, — что если не ухлестывать за дамами, а уделять больше внимания лошадям, начинаешь лучше держаться в седле.
Его друг рассмеялся:
— В данный момент я могу позволить себе объезжать разве что какого-нибудь никчемного мула.
— У тебя трудности? — сочувственно спросил граф.
— Еще какие, — ответил Ричард. — К тому же в данное время я не могу обратиться за помощью к отцу. Когда я пришел к нему шесть месяцев назад, он поклялся, что впредь не Даст мне денег, даже если я в тюрьме буду гнить!
— Сильно сказано! — заметил граф. — Но я позабочусь, чтобы с тобой этого не произошло.
— Нет, Варгус, это, конечно, очень любезно с твоей стороны, — запротестовал Ричард, — но ты помнишь, когда мы стали друзьями, я поклялся, что никогда не стану жить за твой счет, как это делают три четверти твоих знакомых, и я намерен сдержать слово.
— Гордым быть легко, когда можешь себе это позволить, — усмехнулся граф.
— Что ж, позволить этого я не могу, однако моя гордость все еще при мне.
— В таком случае, — ответил граф, — остается надеяться, что она окажется съедобной. Я совершенно не испытываю желания вновь ощутить такой голод, как в армии Веллингтона, Помню, в моем животе бывало так пусто, что еще немного, и я бы съел свои сапоги.
— Я не забыл, — согласился Ричард. — Но если мы начнем говорить о войне, я позабуду обо всем остальном. Зачем ты вернулся в Лондон?
Граф замялся, и Ричард взглянул на того с удивлением.
Со времени их совместной службы в одном полку они стали столь близкими друзьями, что Ричард был уверен — у них нет друг от друга никаких секретов.
Когда закончилась война, оба устремились в Лондон, в поисках развлечений, дабы вознаградить себя за все лишения в Испании и Португалии.
Всегда приятней вспоминать минуты славы и триумфа.
Но битва при Ватерлоо не только положила конец войне с Францией, но и возвратила молодых людей к их привычной жизни, когда нечем больше заняться, кроме как поиском развлечений.
Граф, человек чрезвычайно богатый, мог себе позволить жить в свое удовольствие, но многим его сверстникам, таким как Ричард Роулендс, вместо привычного шампанского приходилось довольствоваться домашним элем, если только им не хотелось влезать в долги.
Регент ввел моду на экстравагантность, и стопки неоплаченных счетов Ричарда угрожающе росли — он словно старался превзойти в этом своих друзей, с которыми развлекался в Карлтон-Хаусе.
В другое время их можно было часто видеть в клубах на Сент-Джеймс-стрит.
Там они играли на те деньги, что смогли раздобыть, и обсуждали достоинства светских красоток, блиставших в театрах и на балах.
Несмотря на ограничения, вызванные скудостью кошелька, Ричард Роулендс получал удовольствие не только от ночной жизни Лондона, но и от скачек, боксерских состязаний, конных торгов и прочих мероприятий, куда каждый день стекались красотки и щеголи.
Полагая, что граф, как и он сам, всецело предан новым увлечениям, Ричард был сильно удивлен, когда три недели назад тот без видимых причин неожиданно уехал из Лондона в свое поместье в Кент.
Отъезд он мотивировал тем, что ему по каким-то причинам необходимо его присутствие в поместье.
Ричард скучал по графу сильнее, чем сам признавался себе в этом, и тщетно ждал приглашения в Хеллингтон-парк.
Теперь граф сидел перед ним, и Ричард нетерпеливо воскликнул:
— Ну полно, Варгус! Таинственность тебе не к лицу. Если между нами встала женщина, клянусь, я готов удушить ее!
— Речь идет не о конкретной женщине, хотя в какой-то степени ты угадал, правда, у дамы, которую ты стремишься задушить, пока еще нет имени.
— О чем это, черт возьми, ты толкуешь? — изумился Ричард.
В это время в комнату вошел его камердинер с подносом в руках, на котором стоял серебряный кофейник, кувшинчик со сливками и солидного размера чашка.
Он поставил поднос на столик возле графа, и тот поблагодарил его.
Когда камердинер вышел, граф сказал:
— Я уезжал из города, Ричард, чтобы подумать.
— Подумать? — удивился его друг.
Его голос звучал скептически, как будто бы подобный род деятельности был ему самому крайне чужд.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34
 https://sdvk.ru/Sanfayans/Unitazi/brand-Roca/ 

 Колизеумгрес Cervinia