Разумеется, если ей понадобится обсудить какие-нибудь конфиденциальные вопросы, вас попросят удалиться. Я поставил для вас стол в ее личном кабинете, чтобы ваше присутствие не слишком бросалось в глаза.
— Вы предусмотрели все, — сказала Пэт. — А как насчет чудесной широкой улыбки? Вы должны будете продемонстрировать нечто подобное перед камерой, когда мы начнем снимать.
— Я приберегу свою улыбку до тех пор, когда увижу окончательно отредактированную версию программы, — сухо пообещал Бакли, но немного расслабился.
Абигайль Дженнингс вошла в кабинет через несколько минут.
— Я рада, что вы здесь, — обратилась она к Пэт. — Мы не смогли связаться с вами, и я уже забеспокоилась, не уехали ли вы куда-нибудь.
— Мне передали ваше приглашение вчера вечером.
— Хм. Лютер не был уверен, сможет ли вас разыскать.
«Ах вот оно что — сенатору не терпится узнать, где я пропадала...» — пронеслась мысль у Пэт, но она не собиралась раньше времени раскрывать свои карты.
— Но уж теперь я стану вашей тенью, по крайней мере до конца работы над программой, — заверила она сенатора. — Вам, вероятно, еще успеет надоесть моя физиономия.
Абигайль никак не откликнулась на шутку.
— Я должна иметь возможность быстро связаться с вами, если потребуется. Лютер говорил, что вы хотели обсудить со мной некоторые вопросы. С моим расписанием дело обстоит так, что я часто до последней минуты не знаю, когда выпадет свободная минутка. Ну а теперь — за работу.
Пэт последовала в личный кабинет сенатора, где Абигайль сразу же погрузилась в изучение текущих дел. Один из докладов, положенных ей на стол, поступил слишком поздно, и сенатор резким тоном потребовала объяснений.
— Я должна была получить его еще на прошлой неделе.
— Мы не успевали собрать цифровые данные, — смущенно ответил Бакли.
— Почему?
— Просто не хватило времени.
— Когда не хватает времени в течение дня, то нужно использовать еще и вечера, — отрезала Абигайль. — Если кто-то из моих сотрудников собирается работать лишь от звонка до звонка, то пусть сообщит мне об этом.
В семь часов начался прием. Уважение Пэт к сенатору Дженнингс росло по мере того, как она следила за разговором с каждым новым посетителем. Лоббисты от нефтяной промышленности; борцы с загрязнением окружающей среды; представители Совета ветеранов, требующие увеличения пособий... Совещание по подготовке нового билля о жилищном строительстве. Представитель финансовой инспекции об освобождении от налога лиц со средним доходом. Делегация граждан преклонного возраста, протестующих против сокращения бюджета в сфере социального обеспечения.
Когда собрался сенат, Пэт проводила Абигайль и Филиппа Бакли до палаты. Пэт не была аккредитована на время сессии, а следовательно, не могла занять место в журналистской ложе и направилась на балкон для гостей. Она видела, как сенатор с непринужденной улыбкой вошла в зал, на ходу приветствуя коллег, чья внешность оказалась на удивление разнообразной. Здесь были долговязые и коротышки, болезненно-тощие и тучные, кто-то с буйной шевелюрой, кто-то с аккуратной стрижкой, а кто-то — лысый. Несколько человек выглядели как университетские профессора. Женщин, кроме Абигайль, среди сенаторов было только двое: Клер Лоуренс из Огайо и Филлис Хольцер из Нью-Хэмпшира — независимая кандидатка, неожиданно для всех одержавшая победу над своими именитыми соперниками на выборах.
С особым интересом Пэт наблюдала за Клер Лоуренс. Младший сенатор от Огайо появилась на заседании в темно-синем вязаном костюме-тройке, уютно облегавшем ее ладную фигуру. Короткие, с проседью, волосы, вьющиеся от природы, мягкой волной обрамляли угловатое лицо. Пэт отметила то явное удовольствие, с которым коллеги приветствовали миссис Лоуренс, и взрывы смеха, сопровождавшие ее реплики. Клер Лоуренс относилась к тем редким людям, чьи остроумные замечания подхватываются на лету; ее быстрый ум помогал разрядить атмосферу в самых горячих схватках, и при этом она отнюдь не сдавала своих позиций.
Пэт написала в блокноте слово «юмор» и подчеркнула его двумя чертами. Абигайль справедливо считали серьезной и непреклонной. Неплохо бы включить в программу несколько забавных эпизодов, гармонично вплетая их в канву фильма.
Длинный настойчивый звонок призвал законодателей к вниманию. Старший сенатор от Арканзаса занял председательское место, принадлежащее заболевшему вице-президенту, и после краткого обсуждения процедурных вопросов предоставил слово старшему сенатору от Виргинии.
Абигайль встала и без намека на нервозность надела очки для чтения. Простая гладкая прическа подчеркивала изящество линий ее профиля и шеи.
— Всем вам хорошо известны библейские строки: «Господь дал, Господь и взял; да будет благословенно имя Господне», — начала она. — До недавнего времени наше правительство расточительно и необдуманно раздавало средства направо и налево. А теперь настойчиво пытается их отобрать у ранее облагодетельствованных людей. Но лишь немногие благословляют его за это. Конечно, коррекция социальных программ необходима. Но сейчас нам пора дать оценку тому, что уже сделано. Я убеждена, что пришло время реставрировать многие программы. Слово «потребитель» этимологически связано со словом «требовать». Безусловно, никто из вас, достопочтенные коллеги, не будет спорить с тем, что каждый человек в этой стране имеет законное право требовать пищи и крова...
Абигайль была великолепным оратором.
Она говорила больше часа, и аудитория наградила ее продолжительными аплодисментами. Когда сенаторы разошлись на перерыв, руководитель группы большинства поспешил к Абигайль с поздравлениями.
Пэт и Филипп подождали, пока сенатор наконец вырвется из толпы коллег и зрителей, окружавшей ее плотным кольцом, и вместе отправились в офис.
— Неплохо вышло, не правда ли? — самодовольно спросила Абигайль. Тон ее не оставлял ни малейшей возможности для отрицательного ответа.
— Великолепно, сенатор, — мгновенно откликнулся Филипп.
— Пэт? — Абигайль выжидательно на нее посмотрела.
— Я чуть не расплакалась от досады, что не могу записать ваше выступление, — честно призналась Пэт. — Было бы замечательно включить в программу отрывки из этой речи.
Они пообедали в кабинете сенатора. Себе Абигайль заказала только яйца вкрутую и кофе, но даже столь скромную трапезу она не могла завершить спокойно: ее то и дело отрывали срочные телефонные звонки. Одна из звонивших была добровольной помощницей Абигайль еще в прошлую избирательную кампанию.
— Конечно, Мэгги, — говорила Абигайль в трубку. — Нет, ты мне не помешала. Ты же знаешь, для тебя у меня всегда найдется время. Чем я могу помочь?
Пэт заметила, что лицо сенатора посуровело, а лоб прорезали морщинки озабоченности.
— Значит, в больнице тебе велели забрать мать, хотя она не может приподнять голову с подушки?.. Так. У тебя есть на примете какой-нибудь интернат для престарелых?.. Ждать шесть месяцев... Понятно. И что, по их мнению, ты будешь делать все это время? Мэгги, я тебе перезвоню.
Она резко опустила трубку на рычаг.
— Такие вот фокусы доводят меня до бешенства. Мэгги одна растит троих детей, вкалывает по субботам на второй работе, а теперь ей говорят, что она должна забрать домой дряхлую, прикованную к постели мать.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71
— Вы предусмотрели все, — сказала Пэт. — А как насчет чудесной широкой улыбки? Вы должны будете продемонстрировать нечто подобное перед камерой, когда мы начнем снимать.
— Я приберегу свою улыбку до тех пор, когда увижу окончательно отредактированную версию программы, — сухо пообещал Бакли, но немного расслабился.
Абигайль Дженнингс вошла в кабинет через несколько минут.
— Я рада, что вы здесь, — обратилась она к Пэт. — Мы не смогли связаться с вами, и я уже забеспокоилась, не уехали ли вы куда-нибудь.
— Мне передали ваше приглашение вчера вечером.
— Хм. Лютер не был уверен, сможет ли вас разыскать.
«Ах вот оно что — сенатору не терпится узнать, где я пропадала...» — пронеслась мысль у Пэт, но она не собиралась раньше времени раскрывать свои карты.
— Но уж теперь я стану вашей тенью, по крайней мере до конца работы над программой, — заверила она сенатора. — Вам, вероятно, еще успеет надоесть моя физиономия.
Абигайль никак не откликнулась на шутку.
— Я должна иметь возможность быстро связаться с вами, если потребуется. Лютер говорил, что вы хотели обсудить со мной некоторые вопросы. С моим расписанием дело обстоит так, что я часто до последней минуты не знаю, когда выпадет свободная минутка. Ну а теперь — за работу.
Пэт последовала в личный кабинет сенатора, где Абигайль сразу же погрузилась в изучение текущих дел. Один из докладов, положенных ей на стол, поступил слишком поздно, и сенатор резким тоном потребовала объяснений.
— Я должна была получить его еще на прошлой неделе.
— Мы не успевали собрать цифровые данные, — смущенно ответил Бакли.
— Почему?
— Просто не хватило времени.
— Когда не хватает времени в течение дня, то нужно использовать еще и вечера, — отрезала Абигайль. — Если кто-то из моих сотрудников собирается работать лишь от звонка до звонка, то пусть сообщит мне об этом.
В семь часов начался прием. Уважение Пэт к сенатору Дженнингс росло по мере того, как она следила за разговором с каждым новым посетителем. Лоббисты от нефтяной промышленности; борцы с загрязнением окружающей среды; представители Совета ветеранов, требующие увеличения пособий... Совещание по подготовке нового билля о жилищном строительстве. Представитель финансовой инспекции об освобождении от налога лиц со средним доходом. Делегация граждан преклонного возраста, протестующих против сокращения бюджета в сфере социального обеспечения.
Когда собрался сенат, Пэт проводила Абигайль и Филиппа Бакли до палаты. Пэт не была аккредитована на время сессии, а следовательно, не могла занять место в журналистской ложе и направилась на балкон для гостей. Она видела, как сенатор с непринужденной улыбкой вошла в зал, на ходу приветствуя коллег, чья внешность оказалась на удивление разнообразной. Здесь были долговязые и коротышки, болезненно-тощие и тучные, кто-то с буйной шевелюрой, кто-то с аккуратной стрижкой, а кто-то — лысый. Несколько человек выглядели как университетские профессора. Женщин, кроме Абигайль, среди сенаторов было только двое: Клер Лоуренс из Огайо и Филлис Хольцер из Нью-Хэмпшира — независимая кандидатка, неожиданно для всех одержавшая победу над своими именитыми соперниками на выборах.
С особым интересом Пэт наблюдала за Клер Лоуренс. Младший сенатор от Огайо появилась на заседании в темно-синем вязаном костюме-тройке, уютно облегавшем ее ладную фигуру. Короткие, с проседью, волосы, вьющиеся от природы, мягкой волной обрамляли угловатое лицо. Пэт отметила то явное удовольствие, с которым коллеги приветствовали миссис Лоуренс, и взрывы смеха, сопровождавшие ее реплики. Клер Лоуренс относилась к тем редким людям, чьи остроумные замечания подхватываются на лету; ее быстрый ум помогал разрядить атмосферу в самых горячих схватках, и при этом она отнюдь не сдавала своих позиций.
Пэт написала в блокноте слово «юмор» и подчеркнула его двумя чертами. Абигайль справедливо считали серьезной и непреклонной. Неплохо бы включить в программу несколько забавных эпизодов, гармонично вплетая их в канву фильма.
Длинный настойчивый звонок призвал законодателей к вниманию. Старший сенатор от Арканзаса занял председательское место, принадлежащее заболевшему вице-президенту, и после краткого обсуждения процедурных вопросов предоставил слово старшему сенатору от Виргинии.
Абигайль встала и без намека на нервозность надела очки для чтения. Простая гладкая прическа подчеркивала изящество линий ее профиля и шеи.
— Всем вам хорошо известны библейские строки: «Господь дал, Господь и взял; да будет благословенно имя Господне», — начала она. — До недавнего времени наше правительство расточительно и необдуманно раздавало средства направо и налево. А теперь настойчиво пытается их отобрать у ранее облагодетельствованных людей. Но лишь немногие благословляют его за это. Конечно, коррекция социальных программ необходима. Но сейчас нам пора дать оценку тому, что уже сделано. Я убеждена, что пришло время реставрировать многие программы. Слово «потребитель» этимологически связано со словом «требовать». Безусловно, никто из вас, достопочтенные коллеги, не будет спорить с тем, что каждый человек в этой стране имеет законное право требовать пищи и крова...
Абигайль была великолепным оратором.
Она говорила больше часа, и аудитория наградила ее продолжительными аплодисментами. Когда сенаторы разошлись на перерыв, руководитель группы большинства поспешил к Абигайль с поздравлениями.
Пэт и Филипп подождали, пока сенатор наконец вырвется из толпы коллег и зрителей, окружавшей ее плотным кольцом, и вместе отправились в офис.
— Неплохо вышло, не правда ли? — самодовольно спросила Абигайль. Тон ее не оставлял ни малейшей возможности для отрицательного ответа.
— Великолепно, сенатор, — мгновенно откликнулся Филипп.
— Пэт? — Абигайль выжидательно на нее посмотрела.
— Я чуть не расплакалась от досады, что не могу записать ваше выступление, — честно призналась Пэт. — Было бы замечательно включить в программу отрывки из этой речи.
Они пообедали в кабинете сенатора. Себе Абигайль заказала только яйца вкрутую и кофе, но даже столь скромную трапезу она не могла завершить спокойно: ее то и дело отрывали срочные телефонные звонки. Одна из звонивших была добровольной помощницей Абигайль еще в прошлую избирательную кампанию.
— Конечно, Мэгги, — говорила Абигайль в трубку. — Нет, ты мне не помешала. Ты же знаешь, для тебя у меня всегда найдется время. Чем я могу помочь?
Пэт заметила, что лицо сенатора посуровело, а лоб прорезали морщинки озабоченности.
— Значит, в больнице тебе велели забрать мать, хотя она не может приподнять голову с подушки?.. Так. У тебя есть на примете какой-нибудь интернат для престарелых?.. Ждать шесть месяцев... Понятно. И что, по их мнению, ты будешь делать все это время? Мэгги, я тебе перезвоню.
Она резко опустила трубку на рычаг.
— Такие вот фокусы доводят меня до бешенства. Мэгги одна растит троих детей, вкалывает по субботам на второй работе, а теперь ей говорят, что она должна забрать домой дряхлую, прикованную к постели мать.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71