https://www.dushevoi.ru/products/rakoviny/dlya-tualeta/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


Невольно заражаясь ее настроением, Клеона согласилась:
– Да, это могло бы получиться. Кучеру можно велеть не подъезжать к дому, чтобы не заразиться. Кстати, можно было бы сказать, что у мисс Бантинг не ветрянка, а скарлатина. Затем можно было бы остановиться в Норке, а там ты бы получила письмо, где говорилось бы, что ты, поскольку тебе пришлось бы изображать меня, должна немедленно вернуться домой. А мне пришлось бы ехать в Лондон без сопровождающих, только с верными бабушкиными слугами!
– Конечно! – воскликнула Леони. – Ну вот, Клеона, теперь ты и сама видишь, что это возможно. Это в наших силах! Клеона, это в наших силах! И никто ни о чем не узнает, пока я не выйду замуж!
– Довольно. Это все лишь фантазии вроде тех историй, что мы придумывали в детстве, – остановила ее Клеона. – Леони, тебе нужно набраться мужества и либо объяснить бабушке, отчего ты не приедешь к ней в Лондон, либо отправиться туда и выдержать всю тамошнюю суету и ухаживания герцога, охотящегося за приданым.
– Я не собираюсь делать ни того, ни другого, – ответила Леони, – Сегодня в девять вечера я встречусь в лесу с Патриком и скажу ему, что ты едешь в Лондон вместо меня.
– Ну что ты такое говоришь? – рассмеялась Клеона. – Неужели ты воображаешь, что твоя бабушка или еще кто-нибудь хоть на мгновение примет меня за богатую мисс Мандевилл?
Леони встала посередине беседки, залитой утренними лучами солнца, и пристально, словно впервые, оглядела Клеону.
Она увидела овальное личико, окаймленное пышной копной вьющихся белокурых с рыжинкой волос. Волосы растрепались и спутались, поскольку Клеона ехала верхом без шляпы. В этот миг она отбросила их назад, и над большими голубыми глазами с темными ресницами над вздернутым носиком, усыпанным веснушками, открылся чистый лоб. Рот был чуть великоват, чтобы назвать его красивым, но губы дрогнули, и лицо осветила пленительная улыбка.
– Смотри как следует, – насмешливо сказала Клеона. – Ну как, похоже на то, что beau monde примет меня с распростертыми объятиями?
– Только не в этом выцветшем платье, – заметила Леони, – не с веснушками и не с загорелыми руками. Сколько раз я просила тебя надевать шляпу!
– А ради кого мне это делать? – запротестовала Клеона. – Старушке Бетси безразлично, что на мне надето, когда я сажусь на нее. Что же до папы и до мамы, ты и сама знаешь: их головы заняты мыслями о божественном. У них нет времени беспокоиться о внешнем виде своей дочери.
– Знаешь, что сказал о тебе Патрик? – спросила Леони. – Когда он увидел тебя впервые, я спросила, что он думает о моей дорогой, любимой подруге, и он ответил, что если б ты немножко привела себя в порядок, то была бы очаровательной. Правду сказать, после его слов я почувствовала ревность.
– Это очень великодушно с его стороны, – холодно ответствовала Клеона, – но твоя бабушка рассчитывает увидеть красавицу. Не забывай, даже в Йоркшире тебя всегда называют прекрасной мисс Мандевилл.
– Не была бы я богатой, едва ли кто-нибудь даже вспомнил обо мне, – язвительно заметила Леони. – Но сейчас речь не обо мне, мы говорим о тебе! В моих платьях, в конце концов, у нас почти одинаковые фигуры, с красиво уложенными волосами, да еще после того, как на ночь начнешь смазывать лицо лимонным лосьоном, ты станешь ничуть не хуже лондонских красавиц.
– Я не смогу! – воскликнула Клеона. – Это слишком опасно.
– Если ты откажешься, мне не удастся выйти замуж за Патрика. Меня поймают; я знаю, папа меня поймает. Если это случится, я покончу с собой! Вот когда я погибну, ты очень пожалеешь, что струсила и… вела себя отвратительно… ты, моя подруга, которой я до… доверяла и которая клялась всем с… святым по… могать мне!
Выпалив эти слова, Леони горько зарыдала и бросилась ничком на мягкие диванные подушки.
Клеона знала, что в таком настроении Леони будет плакать до тех пор, пока не обессилеет. Придется уложить ее в постель и напоить настойкой опия, чтобы она смогла заснуть или успокоиться. Клеона любила подругу, но знала ее слабости: задор и живость Леони были необычайно заразительны, когда все шло так, как надо, но переходили в черную депрессию, если что-то не ладилось.
– Без Патрика я умру… умру, – причитала Леони.
Клеона глубоко вздохнула.
– Ну хорошо, – пообещала она, – я поеду. Да поможет нам всем Господь! До такого сумасбродства мы еще не доходили.
Леони перестала плакать и села прямо.
– Ты не обманываешь? – сквозь всхлипы спросила она.
– Да, да, поеду, – повторила Клеона, – хотя уверена, что все раскроется, и тогда у сэра Эдварда будет полное право обрушить на меня свой гнев.
Последних слов ее не было слышно, ибо Леони повисла у нее на шее и осыпала поцелуями.
– Спасибо тебе, милая, добрая Клеона! – восклицала она. – Я знала, что ты меня не подведешь! Нам нужно все продумать… у нас так мало времени.
В течение следующего часа обе девушки сидели, вплотную приблизив друг к другу головы, и старались продумать, что необходимо сделать.
– Я должна ехать домой, – проговорила Клеона. – Нужно покормить цыплят. И потом, если не помочь Рози с домашними делами, она никогда их не кончит.
– Так ты скажешь родителям? – спросила Леони.
– Я скажу им, что ты просишь меня поехать вместе с тобой в Лондон. Только вот трудно будет уговорить маму, чтобы она позволила мне носить твои платья. Сейчас мы не можем позволить себе ничего нового. В прошлом месяце папе пришлось купить новую сутану. Его старая до того изъедена молью, что сквозь дырки были видны ноги.
Проговорив все это, она поняла, что Леони думала о своем и ничего не слышала.
– Сегодня вечером я увижусь с Патриком, – сказала она. – Он должен будет где-то перехватить карету и сообщить, что у нас в доме заразная больная. Но они, конечно, подъедут за мной к самому дому, тут уж ничего не поделаешь.
– А если папа придет проводить меня? – спросила Клеона. – Наверняка ему захочется этого.
– Нужно как-то отговорить его. Скажи, что мы отъезжаем позднее, чем на самом деле, а потом мы оставим ему записку, что лошадей, мол, невозможно было долго удерживать и что бабушка прислала еще одно письмо и велела ехать без промедления.
– Знаешь, Леони, – медленно заговорила Клеона, – я начинаю думать, что ты отъявленная лгунья. Никогда мне не доводилось слышать столько лживых домыслов. Вот уж не думала, что ты способна на такой обман.
Помолчав, Леони тихо сказала:
– Я это делаю не ради себя, а ради Патрика. Настанет день, когда ты полюбишь, Клеона. Вот тогда ты поймешь: ради того, кому отдано твое сердце, можно пойти на что угодно, как бы дурно это ни было. Дело не только в том, что, выйдя замуж за Патрика, я буду счастлива. Я знаю, что Патрик будет счастлив оттого, что женился на мне! Мы созданы друг для друга!
Леони говорила с полной искренностью, и лицо ее светилось от радости.
Клеона тихонько вздохнула.
– Вот уж не думала, что кто-нибудь из нас может так влюбиться. Мне казалось, такое случается только в романах.
– Когда-нибудь и ты так полюбишь, – предсказала Леони.
– Вряд ли, – улыбнулась Клеона. – Всем, кого я встречала до сих пор, даже твоему Патрику, я предпочла бы породистую лошадь.
– Ох уж эти твои лошади! В самом деле, Клеона, только о них ты и думаешь! Полюбуйся, на кого ты из-за этого стала похожа! Весь день у нас уйдет на то, чтобы попытаться хоть чуть-чуть привести в порядок твои волосы, хотя бы вымыть их для начала.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48
 https://sdvk.ru/Akrilovie_vanni/ 

 Памеса Grotto