По ссылке сайт Душевой в МСК 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Тут ей вспомнились советы миссис Клинтон. Если она скажет правду, то совершенно ясно: разгневанный тем, что она ничего не знает, лорд Манвилл откажется от ее услуг и немедленно отошлет обратно в Лондон. Оставался единственный выход – делать вид, что то, о чем он просит, выполнимо, и надеяться, что произойдет чудо и он ее не разоблачит.
– Ну так как, вы сделаете это для меня? – услышала она его слова и спокойно ответила:
– Я сделаю все, что в моих силах.
– Именно это я и надеялся от вас услышать, – с удовлетворением сказал лорд Манвилл. – Адриан – довольно странный молодой человек. Я просто не понимаю его, но уверен, что с вашей помощью мы сможем отвлечь его от этой женитьбы, от которой были бы одни несчастья.
– Ну а если предположить, что он действительно любит ее? – спросила Кандида.
– Любит? Да что мальчишка такого возраста может знать о любви? – резко возразил лорд Манвилл. – Да и вообще, любовь может быть ловушкой, иллюзией в любом возрасте.
Кандида хотела возразить, что любовь просто приходит и предотвратить этого никак нельзя, но вовремя сдержалась и ничего не сказала. Она видела, что лорд Манвилл вполне удовлетворен и готов снова двинуться в путь.
Он бросил на стол несколько банкнот. Кандида подошла к старому зеркалу в ореховой раме, висевшему на стене, надела шляпку и завязала ее под подбородком лентой.
Они продолжили свой путь в Манвилл-парк, и было видно, что его светлость пребывает в хорошем настроении. Кандида не знала, что во время их разговора он немало волновался, как бы она не «взбрыкнула», по его выражению, узнав, что ее подсовывают Адриану.
«Она довольно благосклонно к этому отнеслась, – сказал он себе. – И я позабочусь о том, чтобы впоследствии у нее не было никаких проблем. Адриан не сможет содержать ее, но я сделаю все, что нужно. Если хоть немного повезет, то о женитьбе мы больше не услышим. Кандида достаточно красива, чтобы он выкинул мысли о любой другой женщине из своей глупой головы».
Да, видимо, стоило покинуть Лондон в разгар сезона, решил лорд Манвилл, для того, чтобы уладить дела с Адрианом, хотя прошлой ночью, когда Лэйс умоляла его не уезжать, он был ужасно зол на мальчишку.
Май – лучшее время в Лондоне: каждую ночь – балы, приемы, маскарады, театры, балет и, конечно же, представления прелестных наездниц.
Прошлой ночью Лэйс сказала ему, что сегодня утром Скиттлз собирается объезжать новую лошадь. Там должны быть все его друзья, в то время как ему приходится мчаться куда-то за город только потому, что Адриан валяет такого дурака. А тут еще и это его исключение до конца семестра из Оксфорда – тут любой опекун выйдет из себя! Но сейчас все идет превосходно. С Кандидой Адриан наберется опыта и, вернувшись из Оксфорда, заживет городской жизнью светского молодого человека.
«Никто не может сказать, – удовлетворенно заметил про себя лорд Манвилл, – что я не гожусь на роль опекуна. Видит Бог, я не хотел обременять себя этим мальчишкой, но я несу за него ответственность и, безусловно, сделаю для него все, что в моих силах».
Довольный собой, он бросил на Кандиду быстрый взгляд.
«Это была идея моей бабушки, – подумал он. – И ей будет приятно узнать, какой отличный эффект эта идея возымеет».
Теперь ему уже казалось: не стоило говорить Лэйс, что он должен пробыть три дня в Манвилл-парке, прежде чем она присоединится к нему. Он попросил ее приехать в воскресенье, а к тому времени, если Кандида хорошо сыграет свою роль, он уже и сам сможет вернуться в Лондон.
Лорд Манвилл задумался о том, стоит ли говорить Кандиде что-нибудь о денежной компенсации за то, что ей придется иметь дело не с ним самим, как она могла предполагать, а с Адрианом.
Поразмыслив некоторое время, он решил, что не стоит этого делать. Алчной ее никак не назовешь, а кроме того, его самолюбие было все еще уязвлено тем выражением облегчения на ее лице, которое появилось, когда он объяснил ей, что одарить своей благосклонностью она должна Адриана.
«Неужели, – почти со страхом спросил он себя, – она испытывает ко мне неприязнь?»
Это казалось невозможным – ведь они познакомились только этим утром. Но все же с женщинами никогда ничего нельзя знать наверняка, они непредсказуемы. Как бы то ни было, эти мысли отрезвили его. Ну что же, сегодня среда, в воскресенье приедет Лэйс, и он будет рад видеть ее.
К тому же, как бы скучно ему ни было в компании лишь Адриана и Кандиды, в усадьбе очень многое надо было сделать. Он совершенно запустил ее, пока его помыслы были поглощены леди Бромптон.
Он понимал, что управляющий имением ждет не дождется его приезда, а оба фермера-арендатора еще несколько месяцев назад просили, чтобы он навестил их. Время пролетело быстро, и вот уже весна. Что может быть чудеснее, чем весна в поместье Манвилл?
Кандида, вероятно, подумала то же самое, когда, проехав немного вдоль высокой стены и миновав большие каменные ворота с геральдическими львами, они оказались на длинной, спускавшейся вниз по холму аллее с рядами дубов по обеим сторонам. И тут она вдруг увидела дом поместья Манвилл.
Такого она не ожидала. Кандида не могла представить себе что-либо более впечатляющее – украшенный колоннами фасад; квадратные, тяжеловатые флигели; урны и статуи на крыше, четко вырисовывавшиеся на фоне голубого неба.
Все это было таким же поразительным и в то же время невероятно красивым, как и сам владелец.
Она, должно быть, издала вздох изумления, потому что лорд Манвилл посмотрел на нее и сказал:
– Вам нравится мой дом?
– Он такой большой! – ответила Кандида. – Да, красивый дом.
Он был построен из серого камня, но впечатление было такое, будто он какого-то теплого цвета. Дом стоял почти в самой ложбине, рядом было озеро, а со всех сторон до самого горизонта простирался парк.
– И все это принадлежит вам? – спросила Кандида.
– Почти все, что в пределах видимости, – ответил лорд Манвилл. – Справа живет мой сосед граф Сторр, а слева – границы этой не видно – сэр Трешэм Фокслей.
Он не заметил, как вздрогнула Кандида и на лице ее появилось выражение отвращения, но через секунду она уже забыла об этом, потому что они подъехали ближе к дому и она увидела сады.
Она пока еще не знала, что садам этим было несколько веков, а дом построен дедом лорда Манвилла в 1760 году, ровно сто лет назад. Сирень – фиолетовая, розовато-лиловая, белая; деревья в розовом цвету; лужайки, похожие на зеленый бархат, – все было результатом многолетнего заботливого ухода.
Парк, казалось, был освещен клумбами пылающих нарциссов, тянувшихся до самого озера и покачивающихся на легком ветру, кустами жасмина и золотым дождем прекрасных ярко-желтых цветов.
– Как вы можете вообще когда-нибудь уезжать из такого чудного места? – спросила Кандида.
– Ваши слова наводят меня на мысль, что надо чаще бывать дома, – ответил лорд Манвилл, и Кандида поняла, что на него тоже произвела впечатление весенняя красота поместья Манвилл.
Лошади подвезли их к парадному входу. Лакеи в бордовых ливреях поспешили к экипажу, чтобы помочь сойти Кандиде и поприветствовать своего хозяина.
– Рад вас видеть, Бейтсон, – сказал его светлость импозантного вида мажордому. – Все в порядке?
– Да, милорд. Мистер Адриан в библиотеке, позвать его? По-моему, он не слышал, как вы приехали.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54
 https://sdvk.ru/Vodonagrevateli/Stiebel_Eltron/ 

 плитка керама марацци каталог цена