https://www.dushevoi.ru/products/sistemy_sliva/dlya-vanny/sliv-pereliv/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


Камилла встала, оделась и села писать матери. Для письма она выбрала плотную бумагу с гербом Мельденштейна. Она знала, что последний произведет впечатление на маму, и постаралась, чтобы в ее простое повествование о путешествии не проникли ни тоска по дому, ни беспокойство о будущем. Она тепло отозвалась о баронессе, но ничего не смогла сказать о капитане Чеверли. Писать было довольно нелегко, так как яхта прыгала по волнам, то проваливаясь вниз, то поднимаясь на гребне очередного вала.
Мысли Камиллы то и дело возвращались к Хьюго, и ей пришлось сделать себе внушение. Она напомнила себе, что уже имела удовольствие встречаться с подобными фатами в Лондоне и никогда не могла понять их до конца.
Капитан Чеверли, решила она, типичный лондонский щеголь из окружения принца-регента. Он думает только о том, как порисоваться, любит выпить рюмочку в Уайт-клубе, играет в Уотерсе, участвует в бегах в Нью-Маркете и учится боксировать в «Господине Джексоне». Ничего удивительного, что его умение ездить верхом вызывает восхищение.
Но восхищаться его манерой верховой езды и быть его другом — разные вещи, заключила она.
Для нее будет лучше поменьше видеться с капитаном, потому что в присутствии этого несравненного денди она всегда ощущала какую-то неловкость.
В то же время она не могла не принять брошенный ей вызов и расстроилась, придя в кают-компанию и увидев, что ей придется обедать в полном одиночестве. Несмотря на превосходную еду, ей было тоскливо оттого, что все оставили ее. В конце концов, не в силах справиться с любопытством, она обратилась к стюарду, который немного говорил по-английски:
— Где капитан?
— На мостике, мадам. Он не покидает его все плавание.
— А не знаете ли вы, где сейчас капитан Чеверли?
— Вместе с капитаном. Ему нравятся шторм и непогода.
Обед закончился, и Камилла послала Розу за дорожным плащом. Он единственный был не новым, но она носила его очень мало. Его покупали специально для езды в плохую погоду, когда Камилла предпочитала сидеть на козлах, а не в карете. Эта привычка постоянно вызывала недовольство ее матери.
«Камилла, леди не пристало сидеть на козлах».
«Знаю, мама, — отвечала Камилла, — но кто меня сейчас увидит?»
«Камилла, вопрос не в том, увидят тебя или нет.
Хорошо воспитанная девушка всегда ведет себя подобающим образом, даже будучи одна».
«Да, мама», — соглашалась Камилла, но продолжала сидеть на козлах, где ветер мог сколько угодно. трепать ей прическу, после чего она становилась похожей на мальчишку-сорванца.
Плащ был сделан из теплой толстой изумрудно-зеленой шерсти, капюшон оторочен мехом. Когда она надевала его на голову, ее глаза казались огромными, а лицо маленьким. Камилла запахнула плащ и вышла на палубу.
От ветра у нее захватило дыхание. Ее ноги скользили на мокрых от дождя палубных досках, но она сумела кое-как добраться до перил и крепко схватиться за них. Корабль, подгоняемый ветром, несся вперед на огромной скорости. Паруса гордо реяли, нос яхты разрезал волны точно ножом, и тогда всю палубу обдавало валом брызг.
Камиллу охватило внезапное веселье. Она впервые видела шторм и пришла от него в восторг. Каждые несколько минут новый порыв ветра вел волны на приступ шхуны. Раздавался громкий хлопок, и волна разбивалась о борт яхты, заставляя сотрясаться весь корабль. И вот они снова летят вперед, опережая шторм. Веревки скрипят, матросы кричат, стараясь перекрыть шум моря. Ветер хлестал волосами по ее щекам, а на губах она чувствовала вкус соли. Вдруг позади нее раздался знакомый голос, неодобрительно спрашивающий:
— Что вы здесь делаете, мисс Ламбурн? Вы должны немедленно спуститься вниз.
Она повернулась и рассмеялась, увидев капитана Чеверли. Из-за ветра он еле держался на ногах. Его обычно тщательно уложенные волосы сейчас были в беспорядке, плащ был наглухо застегнут на все пуговицы, кисти на начищенных ботфортах колыхались в такт движению корабля.
— Вот здорово! — воскликнула она. — Я не знала, что море может быть таким.
— Для вас опасно оставаться на палубе, — предупредил он ее, но, увидев ее раскрасневшиеся щеки и сияющие глаза, понял, что увести ее будет непросто.
— Теперь я понимаю, почему Гервас захотел стать моряком! — кричала Камилла, стараясь, чтоб он услышал ее через хлопанье паруса и натиск волн.
— Гервас? — переспросил он.
— Мой брат, — объяснила она. — Он сейчас в плавании. Жаль, что я не поехала с ним. Я хочу провести на море всю жизнь, объехать весь мир.
Она думала, он улыбнется в ответ, но Хьюго остался серьезен.
— Если вы упадете за борт, спасти вас будет практически невозможно.
— Я не упаду, — пообещала она и добавила с легким смешком:
— Вы попадете в щекотливое положение, если товар упадет за борт прежде, чем вы успеете доставить его по назначению.
— В очень щекотливое, — весело согласился он.
Неожиданно большая волна накренила корабль.
Камилла пошатнулась и очутилась в крепких объятиях Хьюго Чеверли.
— Ради бога, будьте осторожны, — взмолился он.
— Ради вас или ради меня? — поддразнила она.
Она не знала, почему порывы ветра и удары волн смыли ее застенчивость и сдержанность по отношению к нему. Она больше не боялась его и решилась сделать все, чтобы стереть цинизм и безразличие с его лица.
— Ради вас, — ответил он, — и ради тех, кто ждет вас.
Как ни странно, мысль о том, что ждет ее впереди, не опечалила ее.
— Возможно, мы никогда не доберемся до берега, — предположила она. — Возможно, магические силы влекут нас в таинственное заколдованное море, где наши души обретут счастье и будут вечными странниками в ласковых солнечных водах.
Она высказала свои фантазии вслух, забыв, кто стоит перед ней, и услышала, как он резко возразил:
— Но вас ждет жених.
Она знала, что он намеренно старается урезонить ее, но это ему не удалось. Она рассмеялась ему в лицо:
— Вы такой мрачный, как проповедник в Страстную неделю. Почему мне не дали в спутники кого-нибудь повеселее? Что бы ни ждало меня в будущем, вы не сможете лишить меня радости от бури и моря.
Сильный порыв ветра сдул с ее головы капюшон и разметал ее волосы цвета спелой пшеницы по лицу.
Затем он откинул золотистые пряди назад, обнажил белоснежный лоб, подчеркнул изящность прямого маленького носа и идеальные раковины ушей.
Даже не глядя на Хьюго Чеверли, она чувствовала, что он не сводит с нее глаз. Камилла знала, что с ее стороны нехорошо показываться перед матросами и офицерами яхты такой растрепанной, но сейчас ей было все равно.
«Это — мои последние мгновения свободы», — сказала она себе. Ей казалось, что она — птица, парящая над водой, то поднимающаяся к небу, то стремительно падающая вниз. Ей не страшны были сети и клетки, она наслаждалась волей.
Только она собиралась снова заговорить с капитаном Чеверли, как увидела одного из младших офицеров, спешащего к ней с мостика.
— Капитан восхищается вашей храбростью, мэм, и просит вас спуститься вниз. Погода ухудшается, а так как он несет ответственность за вашу безопасность, то не может рисковать и разрешить вам остаться на палубе.
Камилла помедлила с ответом, и в этот момент Хьюго тихо проговорил:
— Вы не должны отказывать капитану в его просьбе.
— Пожалуйста, поблагодарите капитана за его заботу и передайте, что я спущусь вниз, — произнесла Камилла.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48
 https://sdvk.ru/Mebel_dlya_vannih_komnat/Penal/nedorogoy/ 

 моноколор маки плитка