https://www.dushevoi.ru/products/dushevye-kabiny/s-turetskoy-baney/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


За его величественным фасадом скрывались постройки времен королевы Анны, Карла II и даже королевы Елизаветы. Они казались Айлин более изящными и отличали их имение от других, столь же древних.
Как ни тяжела была ее жизнь с отцом, она всегда ощущала себя как бы частью Дома. Он надежно защищал ее, и в душе Айлин жила уверенность, что, покуда она находится под его кровом, никакое несчастье не грозит ей.
Теперь имение переходило в руки чужака.
Чужака, который собирался вселиться в Дом ее отца, и все существо Айлин протестовало против того, чтобы просить о помощи.
«Что же мне делать?» — в отчаянии спрашивала она себя, понимая, что и мистер Уиккер мысленно задает себе тот же вопрос.
Вслух она произнесла:
— Мне придется найти себе какую-нибудь работу.
— Это невозможно!
— Почему?
— По тысяче причин! Во-первых, вы — это вы, а во-вторых, вы слишком хороши собой, попытки найти работу могут оказаться опасны!
— Опасны? — переспросила Айлин и, подумав, добавила:
— Вы хотите сказать, что мне стоит… опасаться… домогательств мужчин?
— Вот именно! — ответил мистер Уиккер. — И вы сами знаете, если бы ваша мать была жива, вы были бы представлены ко двору в один из лондонских сезонов. И теперь, несомненно, были бы уже замужем.
Айлин рассмеялась, и ее смех прозвучал, подобно пению птиц.
— Ах, мистер Уиккер, вы романтик! Даже будь моя мама жива, я сомневаюсь, что у нас хватило бы денег на лондонский сезон. А если в наших краях и остался какой-нибудь подходящий холостяк, еще надо было бы поискать его.
— У вас просто не было возможности.
Против этого Айлин нечего было возразить.
Она вспомнила, как тоскливо было час за часом, день за днем, месяц за месяцем проводить у постели больного, который ворчал и кричал на нее, а никому из посторонних не позволял переступать порог их дома.
У ее отца всегда был вздорный характер, а после того несчастного случая он приходил в ярость при одной мысли, что кто-нибудь увидит или пожалеет его.
За все это время Айлин видела только доктора, мистера Уиккера, да иногда одного-двух местных фермеров.
— Это было тяжело, — честно призналась она, — но не думаю, что лучший выход для меня — поселиться в деревне. Пятьдесят фунтов не могут вечно спасать меня от голода, а ведь нужно еще кормить Пегаса.
В ее голосе прозвучала такая тревога, что мистер Уиккер сказал:
— Да, конечно, нельзя забывать о Пегасе.
Затем, как будто ему в голову пришла какая-то важная мысль, он наклонился к Айлин и серьезно произнес:
— По правде говоря, леди Айлин, у вас нет иного выхода, кроме как остаться здесь. Больше некому смотреть за домом и за всем поместьем. Мне кажется, новый герцог должен понять, насколько вы можете быть полезны.
— Сомневаюсь. Скорее всего герцог поведет себя, как и большинство людей на его месте. Новая метла всегда чисто метет. Вряд ли ему захочется, чтобы кто-нибудь сидел у него на шее и постоянно напоминал о том, как здесь все было раньше.
Поверенный ничего не ответил. Помолчав, Айлин продолжила:
— Впрочем… иного выбора у меня… все равно… нет?
— Боюсь, что так, и, честно говоря, леди Айлин, вы не можете жить, предоставленные сами себе. Вы понимаете меня?
— В этом месяце мне исполнится двадцать один.
— Даже в столь почтенном возрасте, — с улыбкой сказал мистер Уиккер, — вы не можете жить самостоятельно, или, как вы собрались, сами зарабатывать себе на жизнь.
— Не правда ли, смешно, — проговорила Айлин, — что, хотя я хорошо образованна и, без ложной скромности, весьма начитанна, всех моих способностей недостаточно, чтобы самостоятельно прокормить себя!
— Не пристало леди самой зарабатывать на жизнь.
— Конечно, большинство молодых леди предпочитают играть на пианино, рисовать или развлекаться с друзьями. Но я не могу позволить себе подобную роскошь.
Мистер Уиккер вздохнул:
— Боюсь, вам все-таки придется попросить нового герцога позаботиться о вас. В конце концов, для главы семейства в этом нет ничего из ряда вон выходящего.
Айлин слегка вздрогнула.
— Я никогда не думала о нем как о главе семейства. А что если после приезда герцога все родственники, которых я не видела годами, тоже явятся сюда в расчете на его кошелек?
— Ну, тогда остается только надеяться, что этот кошелек достаточно толст! — несколько цинично произнес мистер Уиккер.
Айлин вскочила с кресла.
— Я так не смогу! Не смогу быть в тягость кому бы то ни было, и… уж тем более тому, кого ненавидел мой отец!..
Будто бы снова она услышала голос отца, метавшегося в постели:
— Понимаешь ли ты, что сынок Роланда скоро займет мое место, а они оба скользкие, как ужи! Я ненавижу Роланда. Он всегда обманывал меня еще в Итоне… Не удивлюсь, если он приложил руку к убийству Дэвида!
— Пожалуйста, папа!.. — умоляла отца Айлин. — Не говори так. Ты же знаешь, что это не правда!..
— Ненавижу! Ненавижу их обоих! — кричал герцог. — А его чертов отпрыск, который бродит пока по задворкам мира и наверняка проедается курению опиума и другим порокам, скоро наденет мою герцогскую корону!
Отец Айлин не надевал свою корону уже более десяти лет, и она не понимала его раздражения.
Но он снова и снова возвращался к этому разговору, утверждая, что Шеридан Бери на Востоке стал курильщиком опиума и погряз в других экзотических грехах.
Слушая бессвязные речи отца, Айлин машинально начала и сама представлять себе кузена Шеридана дебоширом и вообще человеком совершенно ужасным.
Она убеждала себя, что подобные фантазии глупы и беспочвенны, однако полностью избавиться от страха перед новым герцогом ей не удавалось.
Когда врачи сказали Айлин, что ее отцу осталось жить не больше нескольких месяцев, она написала кузену письмо, в котором просила его приехать.
Разыскать будущего герцога оказалось нелегко, однако мистер Уиккер обратился в банк, с которым вел дела отец Шеридана, и там смогли сообщить его адрес в Индии.
Айлин писала, что ее отец при смерти, поэтому Шеридану как наследнику герцогского титула желательно поскорее вернуться домой.
Она писала просто и, как сама надеялась, доброжелательно. Однако Шеридан Бери не счел нужным ответить на ее письмо, и это очень обидело Айлин.
Правда, письмо могло не дойти до него.
Однако оно было отправлено с поручительством банка и девушке с трудом верилось, что письмо могло затеряться. Похоже, адресата не заинтересовали перспективы, которые открывались перед ним.
Суэцкий канал сократил путь до Индии. Вместо трех месяцев из Бомбея в Англию стало возможно доплыть менее чем за двадцать дней.
Ее отец прожил еще шесть месяцев. Но даже по прошествии трех недель после похорон о новом герцоге не было никаких известий.
Не в силах сидеть спокойно, Айлин поднялась и прошлась по комнате.
На глаза ей попался портрет одного из ее предков, и девушка вновь подумала, что не сможет расстаться с аббатством.
Как отказаться от всего, к чему она привыкла за долгие годы, оставить родной дом, ступить совсем одной в этот страшный чужой мир, не имея за душой ни гроша?
Нет, как бы унизительно ни выглядело ее положение, она была вынуждена остаться.
И тут Айлин внезапно поняла, что ее решение ничего не значит. Еще вопрос, захочет ли герцог терпеть бедную родственницу в своем доме?
Раньше девушка как-то не думала об этом, но сейчас она ощутила панический ужас при мысли о том, что герцог может ограничиться назначением ей некоторого ежегодного содержания.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29
 https://sdvk.ru/Mebel_dlya_vannih_komnat/ 

 Arcana Gubbio