https://www.dushevoi.ru/products/tumby-s-rakovinoy/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Многолетний опыт научил меня, что антисоциальное поведение, которым, по словам Брюса, отличались и он сам, и его братья и сестры, часто объясняется отчаянием, которое испытывают из-за того, что нельзя помочь кому-то из родителей, умирающих или живущих в нищете.
— А как обстоят дела у вашего отца? — спросила я.
К моему удивлению, Брюс ответил:
— Прекрасно. Он зарабатывает три сотни тысяч в год.
— Где? — удивленно спросила я.
— На работе. Он начальник отдела маркетинга в одной корпорации.
— Вы меня удивили. Значит, вам предстоит унаследовать большие деньги?
Я пыталась понять, что может вытекать из этой новой информации.
— Не думаю. Скорее, я бы написал ему: пусть забудет, что я его сын.
— Неужели? — Я снова была удивлена, что Брюс хочет отказаться от наследства.
— Ну да, — ответил Брюс. — И, между прочим, это он платит за мое лечение.
Деньги как средство кого-то проучить
Я почесала в затылке. Почему Брюс не хотел получать отцовские деньги? Подобный отказ можно было бы ожидать от преуспевающего молодого человека, стремящегося показать, что может обойтись и без помощи. Но от неудачника, преступника, торговца наркотиками? Почему Блюс не хочет брать отцовские деньги? Я вспомнила, как Брюс сказал, что из его братьев и сестер тоже ничего хорошего не вышло, и подумала: «Это не может быть делом рук одного поколения. Нужно не одно поколение, чтобы вырастить таких неудачников». Брюс в еще большей степени олицетворял экзистенциальную дилемму, чем любой персонаж Хемингуэя. Не поискать ли его прообраз в книгах Сартра?
Я очнулась от своих раздумий, услышав, как Брюс произнес:
— Моя жена думает, что у меня будет куча денег, потому что у моего дяди куча денег, и у бабушки тоже их немало. Она много лет давала мне деньги. И отец тоже помогал мне выпутываться из всяких передряг. Он купил мне дом, и я должен был только оплачивать квартирную плату, но я этого не делал, потому что пил и кололся. Отцу мы все просто надоели до смерти. Я всегда звонил ему, когда впутывался в какую-нибудь историю и мне нужны были деньги. И остальные делали то же самое.
«Тот факт, что этот гонщик и криминальный тип — сын человека, преуспевшего в жизни, многое в нем объясняет», — подумала я, а Блюс продолжал жаловаться на то, как отец всегда говорил ему, чтобы он работал в нескольких местах и зарабатывал деньги на оплату учебы в школе. Его отец воплотил в себе американскую мечту — выбился из бедности в богачи. При этом он был щедр и отдал немалую сумму матери Брюса. Обычная дилемма для людей подобного типа: добиваясь от детей понимания, родители хотят, чтобы те на себе почувствовали, что такое бедность, настоящая цена денег и борьба за существование. По этой причине они изо всех сил стараются не баловать детей, постоянно подвергают их испытаниям и бросают им вызов, чтобы воспитать у них независимость характера. Опасность здесь состоит в том, что ребенок часто воспринимает подобное представление о воспитании как проявление враждебности к нему и как унижение, считая такое отношение нарушением негласного договора между родителями и детьми, согласно которому родители обязаны оберегать своих детей и помогать им: в жизни они и без того сталкиваются со множеством препятствий.
Такой конфликт обычно достигает своей кульминации в ранней юности, когда враждебность и бунт проявляются открыто. Отец вырастил из Брюса гонщика, что само по себе ненормально: большинство родителей хотят, чтобы их дети достигли того же социально-экономического уровня, с которого начинали они сами, или же превзошли его, обычно не поощряя занятий подобного рода, занятий, опасных для жизни. Однако, когда отец так сурово и непоправимо наказал подростка, продав все свое гоночное снаряжение, он превратил юношеский бунт и враждебность в перманентное состояние. Теперь Брюс в одинаковой степени не мог ни участвовать в гонках, ни заняться каким-нибудь бизнесом.
Нанесение такой обиды часто приводит к тому, что вместо разрыва с родителем у подростка возникает симптом. Поэтому, когда отец подарил Брюсу дом, но с условием выплачивать квартирную плату — из-за чего это не могло служить подлинным возмещением причиненного ущерба, — Брюс не выполнил данного условия. Отец не сумел оказать ему помощь напрямую, а сын не знал, как об этом попросить, и в результате Брюс обошелся отцу намного дороже, чем стоимость его обучения в колледже: отец был вынужден вносить за него залоги, оплачивать судебные издержки, лечение, задолженность по квартирной плате и рассрочке и осуществлять другие разнообразные платежи.
Власть бедности
Легко понять, почему деньги — это власть. Те, у кого есть деньги, обладают властью над теми, у кого их нет. Деньги позволяют не только помогать другим, но и подкупают их взятками, ставят в зависимость от себя и покупают любовь и уважение. Все мы начинаем жизнь детьми, когда у нас нет ничего, а у наших родителей — все. Мы полностью зависим от своих родителей. Некоторые родители поощряют эту зависимость, чувствуя, что только с помощью денег могут сохранить любовь и уважение детей. Однако большинство из нас способны найти собственные источники дохода и все же любят своих родителей независимо от того, обеспечивают ли они нас материально.
Но иногда ребенок чувствует себя настолько обиженным кем-то из родителей, что естественный процесс отделения отходит на второй план по сравнению с главной целью — жаждой отмщения. Причинить боль родителю теперь важнее, чем все остальное в жизни. Родитель должен расплатиться за нанесенную обиду.
Но при этом ребенок все же любит его. Оказавшись в таком двойственном положении, подросток или юноша решает, что самый лучший способ причинить боль родителю — причинить боль самому себе. Если он не сможет ничего добиться в жизни — даже прокормиться, — будет жить в постоянной нищете, сколько бы денег ни получал от семьи, это наверняка заставит родителя страдать. Кроме того, нищета позволяет сохранять те же взаимоотношения с родителем, при которых тот по-прежнему имеет все, а ребенок — ничего. Нищета дает ему в руки власть: родитель обречен постоянно что-то давать ему, а ребенок благодаря снижению своего социального статуса всегда будет получать.
У каждого есть что отдавать
Обычно дети, вырастая, отделяются от семьи с одобрения родителей, которые мягко, понемногу отлучают детей от дома. Когда этот процесс нарушается конфликтами и обидами и молодой человек сохраняет свою зависимость дольше обычного, родитель может начать сначала и проделывает все то же самое, что мог сделать раньше, чтобы помочь молодому человеку и ободрить его. Однако, если молодой человек уже не один год находится в положении неудачника, ему надо, прежде чем перестать получать, научиться отдавать.
До сих пор Брюс учился отдавать, заботясь о женщинах. Деньги переходили от отца к Брюсу, а от Брюса — к его женщинам. Он мог давать только тем, кого считал ниже себя. Однако теперь ему предстояло научиться давать тому, кого он считает стоящим выше. Если Брюс научится это сделать и почувствует себя равным отцу, он получит возможность от него отделиться.
Главной заботой в жизни Брюса стало получение помощи и денег от семьи. Теперь ему надо было почувствовать, что означает давать.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50
 смеситель на край ванны 

 Метропол Mark