мебель для ванной комнаты массив 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Более отдаленный пример: сделка между Клинтоном и конгрессом о финансировании ООН была обусловлена компромиссом между Белым домом и конгрессом, который запретил использование ооновских денег на программы регулирования семьи.
В ходе реализации новой имперской идеологии «доктрина Буша» принесла несколько конкретных результатов:
• Прямота изложения американского курса доведена до брутальности. («Моя работа, — говорит президент Буш, — исключает раздумья над нюансами. Моя работа — говорить то, что я думаю».)
• Под давлением США Пакистан был вынужден переосмыслить свои отношения с Талибаном и организацией Аль-Каида.
• Саудовская Аравия поставлена перед фактом осмысления того, что 15 ее граждан-ваххабитов осуществили нападение на Соединенные Штаты.
• Россия, Китай и Индия, каждая из которых ведет борьбу с силами исламского экстремизма, сблизили свои позиции с американскими.
• Иран и КНДР в той или иной степени изолированы.
• Войны в Афганистане и Ираке оказались быстротечными и в основном успешными, превратив эти страны в своего рода протекторат США.
• Средняя Азия и (в меньшей степени Закавказье) оказались впервые под контролем США.
Россия смирилась с выходом США из Договора по ПРО 1972 г. и сделала шаги в направлении сближения с НАТО.
«Доктрина Буша»
Понятно, что наибольшее внимание привлекает не ажиотаж академических сторонников тезиса «не упустить исторический шанс», а государственная мудрость республиканцев Буша. Заметим, что поколение Чейни и Рамсфелда выросло в годы обличения Мюнхена, теории «падающего один за другим домино», агрессивного активизма в отношении Ирана в 1953 г., Гватемалы в 1954 г., Кубы в 1961 г., Индокитая в 1960-е годы, Ирана в 1979 г., Гренады, Панамы, Никарагуа, Африки в 1980-е годы. Это поколение «испортил» триумф в «холодной войне» и апология рейганизма от Земли до космоса. Для них, современных неоконсерваторов у власти «доктрина Буша» — логический итог эволюции победителей в «холодной войне».
«Доктрина Буша», озвученная в сентябре 2002 г. на высшем возможном форуме — в Организации Объединенных Наций (и получившая дополнительную аргументацию в ряде последующих установочных текстов), стала для обретших высшую власть в стране неоконсерваторов а lа Рамсфелд подлинным кредо Америки на этапе ее единосверхдержавности в двадцать первом веке. Примечательно, что создатели «доктрины Буша» — сам президент, советник президента по национальной безопасности Кондолиза Райc, глава отдела планирования государственного департамента Ричард Хаас и другие — настаивают на исключительной серьезности и важности этого документа. Хаас: «Важность этого документа в том, что он отражает базовые положения нашей политики». Еще один из творцов этого документа — Филип Желиков, историк из Вирджинского университета — настаивает на том, что «президент внимательно прочел каждую строку этого документа. Он лично отвечает за каждое его положение». Так было не всегда, и мы знаем, как советники президентов удалялись в солярий или розарий, чтобы породить базовые документы. Такие, как СНВ-68, такие, как главные доктринальные повороты американской внешней политики за последние шестьдесят лет. Не так было в этот раз.
Что сконцентрировало умы членов группы, заседавшей вместе с президентом, так это, по словам Кондолизы Райс, «настоятельная потребность Соединенных Штатов в создании всеобъемлющей стратегии, которая окончательно определит вызовы эры, начавшейся после окончания „холодной войны“. (В этом смысле Джошуа Муравчик из Американского института предпринимательства указал на сходство этой последней „великой стратегии Соединенных Штатов“ с ее великим предшественником — доктриной „сдерживания“.) Более пространно „доктрина Буша“ сформулирована в опубликованной администрацией президента Буша весной 2003 г. обобщающей „Стратегии национальной безопасности Соединенных Штатов“.
В предисловии к документу, определяющему стратегические цели Соединенных Штатов, президент Дж. Буш-мл. указал, что «Соединенные Штаты обрели чрезвычайно благоприятное положение страны несравненной военной мощи, которая создает момент возможности распространения благ свободы по всему миру». Главный тезис доктрины покоится на том основании, что «нам угрожают не флоты и армии, а генерирующие катастрофы технологии, попадающие в руки озлобленного меньшинства… Стратегическое соперничество ушло в прошлое. Сегодня величайшие державы мира находятся по одну сторону противостояния — объединенные общими угрозами со стороны порождаемого террористами насилия и хаоса… Даже такие слабые государства, как Афганистан, могут представлять собой большую опасность нашей безопасности, точно так же как и мощные державы». Разъясняющая «Стратегия национальной безопасности» ставит все точки над i: «Учитывая цели государств-изгоев и невозможность сдерживать традиционными методами потенциального агрессора, мы не можем позволить нашим противникам нанести удар первыми» .
Что следует сделать в первую очередь, подчеркивается в доктрине, так это «адаптировать концепцию немедленной угрозы» к техническим обстоятельствам сегодняшнего дня, к возможностям потенциальных террористов. Главный элемент доктрины немедленно попал в фокус внимания: американское руководство декларировало свое право на предвосхищающий удар. Такой удар обеспечит безопасность Соединенных Штатов, сделает противников друзьями, позволит цивилизовать еще незнакомые с демократией народы. В доктрине говорится, что Соединенные Штаты постараются улучшить работу своей разведки. А в целом «причины наших действий ясны, силы скоррелированы, дело наше справедливо».
Не все обращают внимание на то, что в доктрине от 11 сентября 2002 года Соединенные Штаты обращаются и к потенциальным противникам более традиционного характера. Они обязуются «сдерживать потенциальных противников от начала усовершенствования их военной машины, чтобы действенными методами отвратить эти державы от курса на достижение равенства с Соединенными Штатами, не говоря уже о возобладании над ними».
Строго говоря, «доктрина Буша» покоится на том основании, что наступающая, атакующая сторона имеет несомненное превосходство. Подходя шире к вопросу, перехват инициативы позволяет атакующей стороне навязать свою волю и свой способ действий потенциальному агрессору. Об этом говорится в документе — «Стратегия национальной безопасности»: «наилучшей формой обороны является хорошее наступление». Там же утверждается, что «чем страшнее угроза, тем выше стоимость риска ввиду бездействия»2 . Еще одно ключевое положение этого же документа: «Посредством нашей готовности применить силу для своей обороны Соединенные Штаты демонстрируют свою решимость поддерживать такой баланс сил, который благоприятствует свободе».
Эти идеи восходят к временам десятилетней давности скандального «меморандума Вулфовица» — тогда речь шла о «превентивном ударе». Жесткие констатации того, что «век великих держав» завершен, воспринимаются многими за пределами Соединенных Штатов как прямое предупреждение — Вашингтон не позволит довести дело до еще одного баланса сил, гонки вооружений, соперничества в традиционном духе более или менее сопоставимых сил. Не наивно ли утверждать, что «век великих держав в прошлом»? На этот счет Кондолиза Райс отвергает все оттенки: «Я думаю, трудно защитить положение, что будущее включает в себя тот тип взаимоотношений между великими державами, который мы имели между 17-м и 20-м столетиями, который привел к войне и попыткам перекроить карту мира. Все подобное может стать темой превосходных академических дебатов, но я обязана сказать, что, если вы посмотрите на характер новых угроз — распространение средств массового поражения, появление безответственных государств, угрозы экстремизма, — мы увидим, что большие державы имеют значительную долю общих интересов в предотвращении этих тенденций». Кондолиза Райс жестко настаивает на том, что реализм и идеализм не должны видеться альтернативами. Реалистическая оценка современной ситуации и мощи США должна быть предпосылкой реализации лучших из идеалов. Выступая в октябре 2002 г. в Нью-Йорке, К. Райс определила в качестве главной цели «доктрины Буша» «разубеждение потенциальных противников от попыток превзойти или даже добиться равенства с мощью Соединенных Штатов и их союзников».
«Доктрина Буша» имеет еще один важный элемент. Она обещает «поддержать свободные и открытые общественные институты на всех континентах». Представляется, что команда Буша знала, что это положение «попадет в тень» обещания наносить предвосхищающий удар. Но от этого данное положение не теряет своей значимости. Хаас немедленно выступил на общественных форумах с идеями «продвижения демократии в мусульманском мире»; государственный секретарь Колин Пауэлл обнародовал план демократизации Ближнего Востока. Хаас признал, что Соединенные Штаты долгое время были безразличны к характеру ближневосточных режимов, но достаточно неожиданно Америка поверила в то, что «демократия может быть экспортным товаром». После окончания «холодной войны» геополитический цинизм не должен более закрывать глаза американцам на характер тех политических режимов, с которыми они имеют дело.
Тень президента Вильсона, обещавшего в 1918 году «сделать мир безопасным для демократии», немедленно поднялась над официальным Вашингтоном. И как же проявила себя американская внешняя политика в новом доктринальном оформлении? Вот главные черты нового курса: вторжение в Ирак без санкции ООН и с фальшивым обвинением в наличии у иракских вооруженных сил оружия массового поражения; России предложен новый тип контроля над стратегическими вооружениями (и предложен по принципу — «соглашайтесь, или мы пойдем в будущее без вас»); Европейскому союзу на тех же основаниях предложено согласиться с игнорированием Соединенными Штатами Международного уголовного суда; Германия и Франция подверглись давлению вследствие их негативной реакции на американское вторжение в Ирак; Киотский протокол отвергнут.
Основные опросы показывают, что в американском обществе главенствуют консервативные настроения. Большинство американцев считает, что США должны оставаться мировым лидером, что они должны прибегать в случае необходимости к односторонним действиям, что мировая торговля должна расти, открывая новые возможности для американского бизнеса, что на военные нужды следует расходовать больше, что США должны создать систему национальной противоракетной обороны.
По следам прежних империй
Собственно говоря, Соединенные Штаты, когда пришел час их империи, стали действовать двумя испытанными способами:
1. Всячески сдерживать распространение софистичного современного оружия в духе договоров 1963 и 1968 годов о нераспространении оружия массового поражения и запрета на их испытания.
2. Как и англичане в Индии восемнадцатого века, Соединенные Штаты стали раздавать гарантии безопасности тем странам, которые они не хотели видеть развивающими собственные военные механизмы. Отсюда сохранение (потерявших антикоммунистический смысл) военных союзов НАТО, АНЗЮС, Американо-японский договор безопасности. Только очень наивный человек может назвать «союзом равных» эти военные блоки, являющие собой физическое воплощение гарантий безопасности, даваемых имперской страной подчиненным странам. Эти военные блоки ясно (и удобно) служат имперской Америке инструментом контроля над наиболее индустриально развитой частью мирового сообщества.
Напомним еще раз, что оба эти пункта имперского правления Америки появились на официальной теоретической «поверхности» в отныне знаменитом «Defense Policy Guidance» — «Обзоре оборонной политики», созданном заместителем министра обороны США Полом Вулфовицем в 1992 г. Этот обзор рекомендовал правительству Соединенных Штатов создать физические возможности обороны группы важнейших стран, с тем чтобы у этих стран не возникало потребности строить собственные вооруженные силы для обороны своих интересов и своей территории. США предложили своим ведущим союзникам воспользоваться американской технологией, защищающей от ракетного нападения (которую американцы развивали уже пятьдесят лет), с тем чтобы уменьшить вероятие того, что мощные западноевропейские страны или Япония встанут на путь собственных масштабных военных усилий. Защищая, я контролирую тебя.
При этом Соединенные Штаты приложили все возможные усилия для сохранения прежде всего своего военно-морского превосходства в Мировом океане — обеспечивая тем самым контроль над подходами ко всем мировым державам.
Логическим завершением этого курса стала «доктрина Буша», объявившая всему миру решимость Соединенных Штатов наносить упреждающие удары с целью разрушения военных возможностей (потенциально) враждебных стран по созданию оружия массового поражения. Альтернативой для США было отказаться от своей империи. Республиканцы Буша — Чейни не для того бились на выборах 2000 г., чтобы сдавать столь улучшившиеся после крушения Советского Союза глобальные позиции своей страны.
Суверенитет и право вето
Первый официальный документ Соединенных Штатов Америки — Декларация независимости — начинается примечательными словами:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121
 https://sdvk.ru/Aksessuari/Polochki/ 

 плитка 10х10