купить напольный унитаз с бачком 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Когда он подплыл к ней, на обращенном кверху днище уже лежали и стояли на коленях более дюжины человек.
Никто не протянул ему руку помощи. С каждым вновь прибывшим человеком «парусинка» все глубже и глубже оседала в море; волны время от времени уже перехлестывали через нее. Следующим приплыл и умудрился забраться наверх помощник кока Джон Коллинз, затем из-под шлюпки вынырнул и забрался на корму Брайд.
К тому времени, когда подплыл стюард Томас Уайтли, складная шлюпка B раскачивалась под тяжестью 30 человек. Стюард начал карабкаться на нее, но кто-то попотчевал его веслом, однако, невзирая на это, Уайтли забрался на днище. Кочегара Хэрри Синиора отогнали веслом, но он подплыл к шлюпке с другого борта и в конце концов уговорил находившихся наверху пустить его на шлюпку.
Все это время мужчины, сидевшие верхом на днище в носу и на корме, бороздили воду досками, пытаясь отгрести подальше от места гибели «Титаника» и от утопающих.
— Обходись тем, что у тебя есть, старина. Еще один человек, и мы потонем, — кричали они тем, кто барахтался в воде.
— Правильно, ребята, не теряйте голову, — ответил один из плывущих, когда его попросили держаться подальше от шлюпки. Затем он поплыл от нее, крикнув на прощание:
— Желаю удачи! Благослови вас господь!
Еще один пловец не переставал подбадривать их:
— Молодцы, братцы, молодцы! — у него был голос человека, привыкшего к власти, и он ни разу не попросил, чтобы ему позволили взобраться наверх. Несмотря на то что шлюпка была угрожающе перегружена, Уолтер Хэрст не мог удержаться и протянул этому человеку весло, но тот слишком долго пробыл в ледяной воде: когда весло коснулось его, он колыхнулся, безжизненный, как пробка. Хэрст по сей день считает, что это был капитан Смит.
Когда в глухой ночи шлюпка удалилась от обломков крушения и гибнущих людей, один из лежащих на днище моряков неуверенно спросил:
— Не кажется ли вам, что всем нам следует помолиться?
Все согласились с его предложением. Быстрый опрос показал, что здесь в одну кучу сбились католики, пресвитериане, приверженцы англиканской церкви, методисты; в конце концов все сошлись на том, что следует произнести молитву «Отче наш», хором повторяя ее за предложившим помолиться.
Эта молитва не была единственным звуком, разносившимся над поверхностью океана. В то время как складные шлюпки A и B заполнялись людьми и медленно, с трудом удалялись от места гибели «Титаника», сотни находившихся в воде кричали, взывая о помощи. Отдельные голоса сливались в непрерывный, все заглушающий гул. Кочегару Джорджу Кемишу, налегавшему на свое весло в шлюпке Э9, этот хор напоминал крик десятков тысяч футбольных болельщиков, наблюдающих за финальной игрой на кубок Англии. Джеку Тэйеру, лежащему на днище шлюпки B, крики утопающих казались звонким стрекотанием кузнечиков летним вечером в лесу на его родине, в Пенсильвании.
Глава восьмая
Мне это чертовски напоминает пикник
Для живого, импульсивного пятого помощника Лоу эти крики в ночи означали одно: надо грести назад и спасать людей.
У него были для этого хорошие возможности. Покинув «Титаник» в шлюпке Э14, Лоу собрал вместе шлюпки Э10, 12, 4 и D и связал их между собой так, что получилось нечто вроде нитки бус длиной около 50 м.
— Считайте себя под моим началом, — приказал он и вскоре стал готовить свою «флотилию» к спасательной операции. Идти всем вместе к месту гибели «Титаника» представлялось самоубийственным — шлюпки были слишком плохо укомплектованы гребцами и не смогли бы ничего сделать среди неразберихи и паники, которые ждали их над могилой лайнера, но одна шлюпка с отборной командой могла бы принести пользу. Поэтому Лоу пересадил 55 своих пассажиров на четыре другие шлюпки, а у себя собрал наиболее опытных гребцов-добровольцев.
Пересадка из одной шлюпки в другую посередине Атлантического океана в 2 часа 30 минут ночи была занятием, требующим большого нервного напряжения, и пятому помощнику иногда изменяло самообладание.
— Прыгайте же, черт вас побери, прыгайте! — нетерпеливо закричал он на мисс Дейзи Минахан. Одна дама, закутанная в шаль, напротив, оказалась чересчур прыткой. Лоу сорвал с нее шаль и увидел глаза молодого человека, совершенно белые от ужаса. На этот раз ничего сказано не было, но Лоу изо всей силы швырнул молодого человека в шлюпку Э10.
Пересадка посреди океана отняла много времени. Еще некоторое время Лоу выжидал, пока масса пловцов поредеет и можно будет безбоязненно отправиться в спасательную экспедицию. Потом потребовалось некоторое время, чтобы подойти ближе к месту гибели «Титаника». Лишь в четвертом часу ночи — почти через час после того, как «Титаник» затонул, — шлюпка Э14 медленно подошла к тому месту, где среди обломков крушения плавали люди.
Мало кого удалось найти из оставшихся в живых: стюарда Джона Стьюарта, пассажира первого класса У.Ф. Хойта, привязавшегося к двери японца из третьего класса. Почти целый час шлюпка Э14 играла в жмурки, безрезультатно бросаясь в темноте на крики и призывы, но больше никого не нашла.
Было подобрано всего четверо пловцов, в том числе мистер У.Ф. Хойт, который через час умер. Лоу плохо рассчитал время; он не мог представить себе, что грести придется так долго, что отыскать человека по голосу в темноте так трудно и, самое главное, что оставаться живым в воде при температуре -2o можно лишь очень непродолжительный срок. Оказалось, что ждать, пока число тонущих «сократится», было абсолютно не нужно. Но Лоу по крайней мере вернулся к месту гибели «Титаника».
Третий помощник капитана Питман в шлюпке Э5 тоже слышал крики утопающих. Он развернул шлюпку и крикнул:
— А ну, ребята, греби к месту катастрофы!
— Попросите помощника капитана не возвращаться назад, — обратилась какая-то дама к стюарду Этчесу, налегавшему на свое весло. — С какой стати нам расставаться со своей жизнью ради безнадежной попытки спасти других?
Остальные женщины тоже запротестовали. Питмана разрывали сомнения. В конце концов он отменил свой приказ, снова развернул шлюпку и велел гребцам сушить весла. В течение последующего часа шлюпка Э5 — с 40 человеками на борту при расчетной вместимости 65 человек — тихо качалась на легкой зыби, а ее пассажиры слушали, как в трехстах метрах от них кричат обреченные люди.
В шлюпке Э2, как помнится стюарду Джонсону, четвертый помощник капитана Боксхолл спросил у дам:
— Не вернуться ли нам?
Они ответили отрицательно, и шлюпка Э2, заполненная людьми примерно на 60% расчетной вместимости, тоже продолжила свой дрейф, а ее пассажирам ничего не оставалось, как слушать доносившиеся до них крики.
В шлюпке Э6 дамы по-иному реагировали на крики утопающих. Миссис Люсьен Смит была уязвлена тем, что поддалась невинной лжи своего мужа и села в шлюпку; миссис Черчилл Кэнди была тронута галантностью своих добровольных покровителей; миссис Дж. Дж. Браун была по своей натуре храброй и жаждущей приключений женщиной. Все указанные дамы стали просить рулевого Хитченса вернуться к месту катастрофы, но тот отказался это сделать. Он очень живо нарисовал им картину того, как тонущие станут хвататься за борта, в результате чего шлюпка Э6 будет затоплена и опрокинется. Женщины продолжали упрашивать его, а крики тонущих тем временем становились все слабее и слабее. В конце концов шлюпка Э6, способная вместить 65 человек, но имевшая на борту всего 28, так нисколько и не приблизилась к месту катастрофы.
В шлюпке Э1 кочегар Чарлз Хендриксон крикнул:
— Давайте вернемся и подберем тех, что остался в воде!
Никто не ответил ему. Впередсмотрящий Джордж Саймонс, старший по шлюпке, никак не отреагировал на это предложение. Когда оно было высказано повторно, сэр Космо Дафф Гордон заявил, что не считает нужным предпринимать такую попытку, поскольку она чревата опасностью: шлюпка может быть затоплена. К этому вопросу больше не возвращались. Люди в шлюпке Э1 (12 человек вместо расчетного количества 40) продолжали бесцельно грести в ночной тьме.
В одной шлюпке за другой повторялась одна и та же история; робкое предложение, более решительный отказ, и в результате никаких позитивных действий, Из 1600 человек, оставшихся на «Титанике» в момент его гибели, лишь 13 были подобраны восемнадцатью находящимися поблизости шлюпками. Шлюпка D выловила мистера Ф.М. Хойта лишь только потому, что он сам так рассчитал. Шлюпка Э4 спасла четверых, но не потому, что вернулась к месту катастрофы, а лишь потому, что случайно оказалась неподалеку от этих людей. К месту катастрофы вернулась только одна шлюпка Э14. На вопрос о том, почему этого не сделали другие, можно только ответить аналогичным вопросом: почему имеющие одинаковую подготовку люди по-разному действуют в одной и той же ситуации?
Когда крики тонущих затихли, ночь стала неестественно тихой. Исчез «Титаник», исчезла мучительная напряженность. Потрясение от того, что случилось, последующие смятение и волнения, осознание того факта, что навсегда ушли из жизни родные, близкие и друзья, — все эти чувства еще не вполне дошли до людей. На многих из тех, кто находился в шлюпках, снизошло вдруг поразительное спокойствие.
С этим ощущением пришло чувство одиночества. Лоренс Бизли задавался вопросом, почему «Титаник», пусть даже смертельно покалеченный и обреченный, создавал для всех какую-то атмосферу товарищества и безопасности и в этом его не могли заменить никакие спасательные шлюпки? В шлюпке Э3 Элизабет Шют смотрела на падающие звезды и думала про себя о том, как, должно быть, бледно выглядели пускаемые с «Титаника» ракеты по сравнению с этим природным феноменом. Она старалась позабыть о своем одиночестве, представив себе, что вернулась в Японию. Элизабет дважды отправлялась туда, тоже ночью, испытывая страх и одиночество, но в конце концов путешествия завершались благополучно.
В шлюпке Э4 мисс Джин Гертруд Хиппач тоже наблюдала за падающими звездами. Такого большого количества ей прежде никогда не приходилось видеть. Она вспомнила легенду о том, что всякий раз, когда падает звезда кто-то умирает.
Очень медленно, понемногу люди в шлюпках оживали. Четвертый помощник Боксхолл стал жечь в шлюпке Э2 зеленые фальшфейеры. Это несколько вывело людей из оцепенения и даже приободрило их. Ночью трудно было определить расстояние до этих вспышек, и некоторые решили, что фальшфейеры зажигаются на борту спасательного судна где-то у линии горизонта.
Заскрипели уключины, зашлепали по воде весла, послышались голоса людей, в темноте окликающих находящиеся поблизости шлюпки. Шлюпка Э5 пришвартовалась к шлюпке Э7, Э6 — к шлюпке Э16; на шлюпке Э6 не хватало гребцов, и со шлюпки Э16 был позаимствован один кочегар. Другие шлюпки дрейфовали по отдельности. Восемнадцать небольших шлюпок разбрелись поодиночке в разные стороны или дрейфовали группами на площади радиусом четыре-пять миль посреди гладкого, как пруд, ночного океана. Какой-то кочегар в шлюпке Э13, видимо, вспомнил о лодочных гуляниях на озере в Риджент-парке, потому что вдруг выпалил:
— Мне это чертовски напоминает пикник!
Кое-какие моменты, действительно, напоминали пикник: легкий разговор, путающиеся под ногами дети. Поправляя одеяло плачущему младенцу, Лоренс Бизли и держащая младенца дама установили, что у них есть хорошие общие знакомые в ирландском городе Клонмел. Эдит Рассел забавляла другого ребенка своей игрушечной свинкой, которая наигрывала мелодию матчиша, если ей покрутить хвостик. Хью Вулнеру пришлось кормить печеньем четырехлетнего Луи Навратила. Миссис Астор дала шаль пассажирке из третьего класса, чтобы та успокоила свою дочку, хныкающую от холода. Женщина поблагодарила миссис Астор на шведском языке и укутала девочку шалью.
Примерно в то же время Маргерит Фролишер была ознакомлена с одной неотъемлемой принадлежностью пикников. Сидевший рядом с ней добродушный джентльмен заметил, что она страдает от морской болезни. Он вытащил из кармана серебряную фляжку с завинчивающимся колпачком-стаканчиком и высказал мысль о том, что небольшая порция бренди может облегчить страдания Маргерит. Та приняла любезное предложение и моментально излечилась. То ли бренди помогло, то ли новое впечатление — за свои 22 года она никогда не видела ничего похожего на эту карманную фляжку, которая привела ее в восхищение.
Однако ни на каких пикниках не бывает так холодно. Миссис Кросби в шлюпке Э5 так сильно дрожала от холода, что третьему помощнику капитана Питману пришлось закутать ее в парус. Какой-то кочегар в шлюпке Э6 сидел подле миссис Браун и стучал зубами от холода. В конце концов миссис Браун закутала ему ноги своей собольей накидкой, завязав соболиные хвосты вокруг его лодыжек. В шлюпке Э16 человек в белом пижамном костюме выглядел таким замерзшим, что напоминал остальным пассажирам снеговика. Миссис Шарлотт Коллиер в шлюпке Э14 настолько окоченела от холода, что свалилась с банки; ее волосы при этом попали в уключину, и большой их клок оказался выдранные с корнями.
Члены экипажа делали все, что в их силах, чтобы женщины испытывали как можно меньше неудобств. В шлюпке Э5 один матрос снял с себя чулки и отдал их миссис Уошингтон Додж.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26

 дорогая сантехника для ванной 

 керамогранит рустик