https://www.dushevoi.ru/brands/Rav-Slezak/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


Булычев Кир
Чичако в пустыне
Кир Булычев
ЧИЧАКО В ПУСТЫНЕ
Осенью в Пустыне наступает пора внезапных, злых, ледяных пыльных бурь. Осенью новичкам не следует удаляться от базы. Даже если неделю стоит тишь. Буря обязательно случится. И чем дольше затишье, тем злее буря. И уж конечно, лишайники Ступенчатого каньона, какими бы редкими и желанными они ни были, не стоят того, чтобы на седьмой день затишья садиться в легкий флаер и нестись к каньону. Рассчитывая вернуться к обеду, так, чтобы никто на базе не заметил твоего отсутствия.
...Регина постучала обломанным ногтем по циферблату. Если верить приборам, кислород в резервном баллоне кончается и регенерационная система работает на голодном пайке. Регина до отказа открыла вентиль. "Не экономьте собственную жизнь, молодые люди", - как говорил профессор... как его звали? Такой маленький, седой, и уши торчат?
По принципам, разработанным в художественной литературе, ты должна сейчас вылезти из этой тесной пещерки, встретить лицом пыльную пургу и, клонясь навстречу ветру, из последних сил брести к цели. Упасть в ста метрах от нее и красиво погибнуть. Но этот путь исключался, так как Регина совершенно не представляла, где цель, и не хотела красиво погибать.
Она полетела к каньону, чтобы доказать геологам, что ее не зря к ним прислали. Куда это годится - уже год их просят добыть эти лишайники и отправить па Первую - от силы два часа работы, но у них не доходят руки. То дела, то снега, то бури. А запрет, который они наложили на ее самостоятельные действия, объяснялся, как решила Регина, комплексом вины. Неловко получается, если приезжая девушка сделает то, чего вы не собрались сделать за год.
Дальше все проходило в лучших традициях. Буря, начавшаяся как справедливое возмездие ослушнице. Прекрасная незнакомка, бредущая с сумкой лишайников неизвестно куда. Какие-то холмы и обрывы, встающие на пути. И, в конце концов, яма, где можно завершить свой скорбный путь. Где флаер, где база, куда брести из последних сил - неизвестно.
Можно было бы всплакнуть. Но это лишний расход влаги. Влагу следует беречь. Регина подумала, что рациональность крепко впиталась ей в кровь. Какая-нибудь Красная Шапочка, заблудившись в лесу и опасаясь встречи с Серым Волком, могла безбоязненно дать волю слезам, не задумываясь о расходе влаги. А впрочем, что ей за дело до влаги? Все равно никто не успеет ее найти и спасти. Дышать уже почти нечем...
В желтой стене пыли, затянувшей отверстие пещеры, показалась темная фигура. В лицо ударил слишком яркий луч фонаря. Регина обрадовалась, что не успела заплакать, и попыталась встать, чтобы достойно встретить своего спасителя, но воздуха совсем не осталось, и она, хватая ртом его жалкие остатки, упала на руки мужчине.
Как сквозь звенящий туман донесся голос:
- Самоубийца.
Это не было осуждением. Это была констатация факта.
Регина пыталась сказать, чтобы он отдал ей свой резервный баллон. Но, видно, спаситель и сам догадался.
Было похоже на то, как выныриваешь из глубины, - воздуха уже нет, кажется, вот-вот вдохнешь воду - а вместо этого весь свежий воздух Земли влетает тебе в легкие. Успела.
- Спасибо, - прошептала Регина.
- Не за что, - сказал спаситель. - Я позволил себе подключить ваш же запасной баллон. У вас оставалось кислорода часов на десять.
- Но ведь я смотрела...
- Какое умение устроить трагедию на пустом месте, - заметил спаситель.
Разглядеть его Регина не могла. Она сказала:
- Уберите фонарь. - Наверно, в ее голосе прозвучало раздражение. Нелепо быть щенком, которого тычут носом в лужу. Луч фонаря сдвинулся в сторону, уперся в стену пещерки.
- Можно идти, - сказал спаситель. - Держитесь за меня. Мой вездеход в лощине. Для лучшего эффекта вам стоило бы выключить аварийный передатчик. Раньше, чем через сто лет, в эту дыру никто бы не заглянул.
Регина непроизвольно взглянула на кнопку передатчика. Она глубоко вздохнула. Пожалуй, нет смысла исповедоваться спасителю в том, что передатчик она не включала. Он работал только потому, что она час назад упала в овраг и так неудачно...
- Пошли, - сказала Регина.
В вездеходе он сразу уселся впереди и, включая мотор, предупредил:
- Не снимайте шлем. Кабина не герметизирована. Некогда добраться до базы и разобраться, в чем дело. Потерпите еще десять минут.
Профиль у него был острый, крупный, словно у ворона. И брови слишком густые, черные.
- Разве вы меня не отвезете на базу?
- Не добраться, - сказал спаситель. - Переждете бурю на моем посту.
Он включил рацию и связался с базой.
- Нашел, - сказал он. - Без особого труда. Можете давать отбой.
Рация забормотала что-то в ответ. Регина смотрела в иллюминатор на желтый, непрозрачный занавес пыли.
Тон у него был насмешливый, снисходительный. Тон бывалого следопыта. Чичако, подумала Регина. Я - чичако. Такие не выживали на Клондайке.
Спаситель выключил связь и впервые обернулся к Регине. Его брови были изломлены посредине, а глаза оказались очень светлыми. В фас он не был похож на ворона, скорее на Мефистофеля.
- Они спрашивают, не нужен ли врач. Я ответил отрицательно. Я не ошибся?
- Вы не ошиблись.
- Ну и отлично. Держитесь крепче. Будет качать.
Это было вежливым преуменьшением. Вездеход не качало. Его подбрасывало, мотало, чуть не опрокидывало. Регина большую часть пути провела в подвешенном состоянии, порой взлетая к потолку кабины. Хорошо еще, что здесь небольшое притяжение - движешься сравнительно медленно.
Наконец вездеход остановился. Спаситель выскочил первым и протянул Регине руку в блестящей, жесткой перчатке. Словно схватил клещами.
Сделав шаг, Регина обернулась - вездеход уже казался призраком, отделенным несколькими слоями летящей кисеи.
Когда они раздевались в микроскопическом тамбуре поста, спаситель сказал:
- Вы правильно сделали, что потерялись в начале бури. Сейчас вас труднее найти.
Мелкая пыль висела в воздухе.
- Погодите несколько минут, - продолжал спаситель, - а то мы напустим полный пост пыли. Приборы ее не любят. Кстати, раз уж мы теперь будем жить вместе, как вас зовут?
- Регина.
- Очень приятно. Станислав.
Пыль нехотя оседала на пол и на стены, щекотала в ноздрях.
- Потерпите, - сказал Станислав без улыбки, заметив, что гостья сморщила нос. - Чихнете внутри. А то поднимете тучу. Почешите переносицу. Говорят, помогает.
И такова сила убеждения: Регина послушно почесала переносицу, хоть это и не помогло. Пришлось снова ждать, пока усядется пыль, спаситель молчал, хотя Регина ожидала выговора за то, что чесала переносицу не по правилам.
Внутри все было, как и следовало. Порядок почти монастырский. Она представила себе, как этот Станислав все свободное время бродит с тряпочкой по двум тесным комнаткам к туалету поста и вытирает пыль с приборов и мебели. Хотя мебели было мало. Две типовые откидывающиеся койки в жилом отсеке, два стола. Один рабочий, другой у мойки, кухонный, он же обеденный.
- Знаете, как делать душ? - спросил Станислав.
- У нас такие же курятники, - сказала Регина. Мефистофельские брови картинно приподнялись.
- Мы типовые посты курятниками зовем, - сказала Регина, краснея. Как будто ее уличили в детской шалости. Может, сказать ему, что "курятник" неологизм профессора Вегенера? Ни в коем случае.
Станислав извлек из стенного шкафчика полотенце.
1 2 3 4
 магазин сантехники балашиха 

 Kerranova Limestone