https://www.dushevoi.ru/brands/Geberit/omega/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Имеется существенное различие в способах забора воздуха. Ноздри у них остались там же, где у наземных животных.
Это создает известные проблемы, когда животные собираются поспать. Благодаря подкожному жиру тело ластоногих весит примерно столько же, сколько вытесненная им вода. Поэтому держаться на плаву им нетрудно, но голова тяжелее воды, и, чтобы дышать, ее нужно каждый раз поднимать над поверхностью. Спящее стадо моржей кажется россыпью валунов на неожиданной морской отмели. Это торчат из воды буро-коричневые спины животных. Время от времени то одна, то другая туша скрывается под водой, и на ее месте тотчас же появляется усатая и клыкастая голова. Не открывая глаз, зверь делает глубокий шумный вдох, затем голова скрывается, и на поверхности вновь появляется спина. Согласитесь, довольно беспокойный сон. Чтобы спать без помех, моржи иногда пользуются спасательным кругом. Им является воздушный горловой мешок. Наполнив его воздухом, моржи спят в вертикальном положении, высунув из воды голову и плечи. Теперь, чтобы сделать вдох, им не приходится менять позу.
У ластоногих существует много и других приспособлений для жизни в открытом океане. Например, зубы. В сравнении с зубами хищных они примитивны. Поэтому могут использоваться для чего угодно: для хватания живой добычи, прогрызания замерзшей лунки, процеживания добычи, клыки моржей используются для вспахивания морского дна в поисках моллюсков и как альпенштоки при подъеме на лед, но только не для пережевывания пищи.
Передние ласты используются не только для плавания. Несмотря на их веслообразную форму, некоторые ластоногие действуют ими, как руками. Морской лев, поймав крупную рыбу, сначала убивает ее, а затем, прижав ластами к груди, всплывает на поверхность и здесь не торопясь, со вкусом обедает. Моржи, опустившись на дно, перепахивают своими длинными, до 60—80 см, клыками морской ил, выворачивая живущих в нем моллюсков. Затем, зажав ластами груду ракушек вместе с песком и илом, поднимаются выше, на ходу потирая ласт о ласт. Шероховатая поверхность моржовых «рук» помогает очищать моллюски от грязи, раздавливать их раковины.
Постепенно все собранное со дна вываливается из неуклюжих лап. Раковины падают на дно, а легкие тела их владельцев опускаются значительно медленнее. Морж собирает их, пока они не достигли дна, и, проглотив, всплывает, чтобы сделать вдох.
Отличная адаптация к водной стихии позволяет ластоногим ежегодно совершать дальние путешествия. Морские котики весной появляются у Командорских и Курильских островов.
Устраивают лежбища у острова Тюленьего, на островах Прибылова, а на зиму уплывают в более теплые воды в район острова Хонсю. Как далеко животные заплывают на юг, зависит только от их размеров. Молодежь держится в воде с температурой 15° и изредка заплывает в более теплые воды. Самки предпочитают более прохладную зону — в пределах 6—12°.
Огромные матерые самцы остаются значительно севернее. Случается, их встречают даже у кромки льдов.
Главный повод для дальнего вояжа — возвращение в родные пенаты, в места, издавна облюбованные для размножения.
Многие ластоногие предпочитают жить большими компаниями, а на период размножения образуют огромные скопления. В поисках мест для родильного дома приходится делать сотни, а иногда и тысячи километров. В последние столетия большинство ластоногих жестоко преследовались человеком. Неудивительно, что животные ищут для размножения укромные места.
Чаще всего это необитаемые острова. В крайнем случае — малодоступные и редко посещаемые человеком побережья. Сивучи не устраивают лежбищ на скалах и пляжах, если к ним можно подобраться со стороны берега. Только там, где прижились котики, могут появиться на лежбище и сивучи, полностью доверяющие осторожности и опытности хозяев пляжа.
Выбор подходящего места занимает много времени. Звери очень осторожны. Большое стадо моржей, подойдя к пляжу, не решается сразу выйти на берег. Звери долго принюхиваются, мычат и хрюкают, обмениваясь информацией. Наконец, преодолев нерешительность, устремляются к берегу. От долгого пути и волнений звери чувствуют смертельную усталость и, выбросившись на берег, тут же засыпают, повернувшись головами к воде. Они лежат кучно, плечо к плечу. Если пляж мал, вновь прибывающие моржи бесцеремонно взбираются на спины своих товарищей. Иногда возникает и третий этаж. Моржи удивительно миролюбивы. Из-за тесноты серьезных драк не возникает. Разве что кто-нибудь из особо обиженных ткнет клыками в соседа или отвесит ему увесистую оплеуху ластом. Чаще всего она не попадает по назначению.
Лежбища у моржей — раздельные. Старые самцы залегают на берегу. Самки с детенышами предпочитают льдины. Иногда их собирается так много, что льдина накреняется или уходит под воду.
Морские котики — животные полигамные. На их лежбищах образуются гаремы. Старые самцы-секачи первыми возвращаются из дальних странствий. Они занимают места на пляже и ждут подхода самок. Из-за них разгораются жестокие баталии. Каждый глава семьи старается обзавестись как можно большим количеством жен. В некоторых гаремах насчитывается до 100 и более самок.
Через несколько дней после возвращения на лежбище у самки рождается один-единственный детеныш. Малыш появляется на свет с красивой черной шкуркой. У ластоногих все новорожденные одеты в шубки из густого, часто пушистого меха.
Только у моржат они жидковаты, шубка сшита явно из бракованного сырья, и вскоре волосы из нее вылезают. Впрочем, и другие малыши недолго щеголяют в своих нарядах. Через 3—4 недели, у большинства видов наступает линька. Только котики носят свои черные шубки 2,5 месяца.
Вначале малыши очень беспомощны, не умеют плавать, но быстро мужают. Молоко ластоногих содержит до 50% жира и много белка. Это позволяет детенышам быстро расти. Самки настоящих тюленей кормят детей молоком около месяца. Маленьким котикам молочная диета полагается до поздней осени. Сначала малыши находятся неотлучно при матери, но через некоторое время отползают в сторонку. В гареме молодым котикам оставаться опасно. Во время постоянных драк старых самцов в бурлящем водовороте тел их затаптывают насмерть.
Поэтому где-нибудь в стороне от гаремов возникают детские сады, куда матери регулярно заглядывают. Самка безошибочно узнает своего малыша — очевидно по запаху — и кормит только его. Полуторамесячные котики уже умеют плавать, и все больше времени проводят в воде на мелководье, в защищенных от волны бухточках. В это время им особенно трудно поддерживать контакт с матерями. Самки начинают регулярно на 6—8 дней отлучаться в море. Когда они возвращаются на берег, им непременно нужно отыскать своего ребенка, иначе он погибнет от голода. Чужая мать его никогда не покормит.
Существует особый ритуал встречи матери с детенышем. Она происходит всегда на одном и том же месте лежбища.
Переварив за 5—7 дней после последнего кормления полученную от матери дозу молока, малыш отправляется на то место лежбища, где он родился, и с жалобным криком бродит там в поисках матери. Самка, возвратившись с морской прогулки, также направляется именно туда. Разыскивая своего ребенка, мать время от времени издает призывный крик. На него немедленно отвечают все находящиеся поблизости голодные детеныши. Малыши, недавно накормленные и после сытного обеда не имеющие сил отползти, промолчат. Это наполовину облегчает поиск.
Самка помнит голос своего ребенка. Поэтому ответные вопли других маленьких котиков ее не трогают. Лишь голоса некоторых малышей ей кажутся знакомыми, и она к ним слегка принюхивается, но тут же отвергает чужого ребенка. Наконец, определив по голосу своего отпрыска, самка его тщательно обнюхивает и, окончательно убедившись, что путаницы не произошло, кормит, отгоняя остальных голодных детенышей. Малыши или не помнят свою мать, или согласны пообедать где угодно. Голод, как говорится, не тетка.
У настоящих тюленей малыши воспитываются в одиночестве. Детеныш каспийской нерпы целый день лежит один у лаза в воду. Мать большую часть времени проводит под водой, вылезая наверх лишь для того, чтобы покормить своего ребенка.
Так же ведут себя самки гренландских тюленей. Они находятся возле детеныша только первые 7—10 дней его жизни.
Кольчатая нерпа для будущего потомства устраивает логово. Когда море начинает замерзать, она ударом головы из-подо льда проделывает в торосах лунки. Сначала отверстия во льду невелики и годятся только для дыхания, но постепенно самка зубами и когтями передних ласт расширяет их до размера лаза. Затем она сгребает нижний слой снега в лунку, возникает большая полость. Из нескольких логовищ самка выбирает то, где толщина снежного свода больше 50 см, и расширяет его до 8 м в длину, 1 м в ширину и 60 см в высоту. Здесь и родится детеныш. Позже он примет участие в благоустройстве своего жилища, проделывая боковые отнорки до 1,5 м длиной.
Как бы ни велико оказалось логово, выход из него бывает только в воду. Пар от дыхания конденсируется на потолке логова, образуя ледяную корку до 2 см толщиной. Ледяная крепость достаточно прочная. Песцу приходится повозиться, прежде чем он сумеет разрушить свод.
Непременным атрибутом нерпичьего дома является ванночка, которая начинается от лунки и тянется иногда по всему логову. Глубина ледяной купели 10—25 см. В ней всегда вода и много мокрого снега. Если хищник проникнет в нору, детеныш старается спрятаться в ванночке.
Самые заботливые матери — моржихи. Они пестуют своего малыша, если можно так назвать громадину в полтонны весом, не меньше года и все это время кормят его молоком. Сам пропитаться моржонок не может. Знаменитые моржовые клыки появляются у них в годовалом возрасте. До этого момента им нечем вспахивать морское дно.
У собирающихся большими компаниями ластоногих сильно выражены стадные инстинкты. Впечатляющую картину представляет смертельно напуганное стадо моржей. Стараясь уйти от преследования, животные опускаются на глубину, но и там сбиваются в плотную массу. Вместе, ощущая плечо товарища, они чувствуют себя спокойнее. У ластоногих развито чувство взаимопомощи. Моржиха-мать в минуту опасности ни в коем случае не бросит своего детеныша. Застигнутая на берегу, она даже раненого или убитого малыша утянет в воду, прижимая к себе ластом. Для зоопарков, где любят держать моржей, отлавливают, как правило, малышей. Эта операция не из приятных. Мать яростно атакует в воде шлюпку, увозящую ее ребенка, и случается, ей удается опрокинуть легкое суденышко.
Если бы не постоянное преследование, наши отношения с тюленями могли бы сложиться иначе. Даже сейчас те виды, что преследуются меньше, не проявляют по отношению к человеку особой осторожности. К морским слонам и тюленям Уэдделла можно подойти вплотную. Из наших северных тюленей самый доверчивый — крылатка. К нему нетрудно подойти на верный выстрел. Стали значительно доверчивее сивучи, промысел которых давно прекращен. Ежегодно группа зверей устраивает лежбище близ сахалинского города-порта Невельска. Звери располагаются прямо под окнами многоэтажных домов. Надо отдать справедливость, жители города не тревожат ластоногих квартирантов, стараясь создать животным комфорт в самый беспокойный период их жизни.
Ежегодно весной заплывают в Северную Двину на пляжи Архангельска нерпы. Там, где тюленей не пугают, с зимующими у ледяных продушин животными удастся сблизиться. Случается подружиться даже с очень осторожной байкальской нерпой. Ученые давно подумывают, как бы наладить отношения с наиболее ценными ластоногими. В последние годы проходит под контролем человека летняя жизнь котиков. На очереди другие тюлени. На Белом море уже проводились эксперименты по организации тюленьей фермы. Очень перспективны в этом отношении моржи. Мирные исполины питаются моллюсками. Их стада можно было бы пасти на мелководьях, перегоняя с одного подводного «поля» на другое. Не вызывает сомнений целесообразность восстановления поголовья моржей и организация промысла на них, наподобие промысла, ведущегося на котиков.
Животным, проводящим большую часть жизни в воде, часто совершающим охотничьи экскурсии подо льдом, эхолокация явно не помешала бы. Как считают зоологи, зрение у ластоногих развито слабо, хотя охотники, которым приходится скрадывать настоящих тюленей — ладожскую, байкальскую нерпу илиларгу, знают, как трудно подойти к зверю на нужное расстояние. Обоняние у большинства видов ластоногих превосходное, но есть и исключение. Предполагают, что у морских львов оно слабое. Впрочем, в воде звери, по-видимому, пользоваться обонянием не могут, так как при погружении ноздри автоматически смыкаются, и обонятельная полость оказывается изолированной от окружающей среды. Важными рецепторами являются вибриссы. Ими оснащены все виды ластоногих.
Они помогают им при поисках пищи, но это рецептор самого ближнего действия.
Уже простые наблюдения в природе подтвердили, что ластоногие, кроме зрения, пользуются в воде каким-то дополнительным видом рецепции. Зверобои не раз добывали животных, из-за болезни глаз полностью лишенных зрения. Наблюдение в неволе за полностью слепыми морскими львами показало, что поведение этих животных ничем существенно не отличается от поведения зрячих.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29
 https://sdvk.ru/Smesiteli/Rossiya/ 

 гармония керама марацци