душевые кабины без гидромассажа 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


— Но он ведь может попытаться… еще раз? Как… мне быть? Я должна уехать сейчас же!
Она смотрела на маркиза глазами полными слез, губы дрожали, и все тело содрогалось от страха. Но маркиз подумал, глядя на нее, что даже в страхе она осталась прекрасной; и он никогда не видел, чтобы женщина была так хороша собой в подобной ситуации.
Впрочем, сейчас было очевидно, что Лаэле нужны защита и помощь.
— Успокойтесь, прошу вас, — сказал он как можно мягче. — Все хорошо! Не бойтесь. Он больше не придет сегодня.
— А… завтра? Что случится завтра, когда кузина Эйврил… станет принуждать меня к этой мерзости?
Только теперь до нее дошел весь ужас предложения леди Уорнклиф, скрытый смысл которого она не поняла сразу.
— Что мне делать! Скажите, что делать, молю вас!
Охваченный внезапным порывом нежности к этому беззащитному существу, которое он держал в своих объятиях, не отдавая себе отчета в том, что делает, маркиз нагнулся и поцеловал ее, еще теснее прижав к себе. Вначале Лаэла замерла от изумления, а затем, ощутив вкус его губ на своих губах, подалась ему навстречу и, казалось, растворилась в его объятиях. У нее было такое чувство, словно он отворил перед ней райские врата и ввел ее за ограду. Теперь, когда он целовал ее, она понимала, что полюбила его с той самой минуты, как увидела. Хотел он этого или нет, а она уже принадлежала ему и стала частью его существа. Казалось, он доставал с неба звезды и клал ей на грудь, и их свет, пронзая все ее естество, разжигал в груди пламя, которое постепенно охватывало тело. Все вокруг озарилось каким-то неземным светом и стало совершенным и божественно прекрасным.
Эти поцелуи и у маркиза разбудили ощущения, которых он прежде не испытывал. Скольких женщин он перецеловал на своем веку! Но тогда его чувства были совсем иными. Нет, никогда не испытывал он такого душевного трепета и восторга! И это странное состояние необъяснимо волновало и умиляло его, словно тот экстаз, который вызвали его поцелуи у Лаэлы, передался и ему. Они чувствовали одинаково! Он подсознательно уловил это и удивился, потому что ни с одной женщиной у него не было ничего подобного.
Казалось, прошла целая вечность. Или всего лишь несколько мгновений. Он оторвался от Лаэлы и взглянул ей в лицо. Оно было озарено каким-то необыкновенным светом и больше походило на лицо ангела, чем земного существа. Слезы высохли. Из глаз исчезло выражение страха. Теперь в них светилась одна любовь, словно вся ее душа распахнулась навстречу этому неведомому ей ранее чувству. Некоторое время они молча смотрели друг на друга. А затем, словно слова были вовсе не нужны им, он снова начал целовать ее. И снова прошла целая вечность, и земля поплыла у них под ногами, и они поднимались все выше и выше в небеса и мир уже принадлежал только им, им одним…
Наконец он поднял голову и сказал каким-то чужим голосом:
— Дорогая моя! Что ты сделала со мной? Как тебе это удалось?
— Я… я люблю тебя! — прошептала Лаэла. — Но я и подумать не могла, что ты захочешь поцеловать меня!
— Не понимаю, почему я так долго ждал! — ответил маркиз и поцеловал ее снова. — Тебе больше нельзя оставаться в этом доме.
Последовало короткое молчание, словно Лаэла приходила в себя. Наконец она вспомнила все, что с ней случилось, и произнесла дрожащим голосом:
— Ты тоже понимаешь, что мне нужно отсюда бежать, да?
— Разумеется! Собирай свои вещи, и мы немедленно уедем.
Она широко раскрыла глаза:
— Уедем? Но я не должна доставлять тебе таких хлопот. И потом, ты… можешь потерять из-за меня работу! Маркиз улыбнулся:
— Ты действительно волнуешься за меня?
— Конечно! Я должна заботиться о тебе! Ты бы мог просто рассказать мне, куда ехать. Я готова бежать… хоть на край света, только бы этот человек не нашел меня!
— Обещаю тебе, он никогда не сможет отыскать тебя. А теперь делай, что я говорю, — укладывай свои вещи! — Маркиз замолчал, а потом добавил: — У тебя хватит сил снести их вниз?
— Да, конечно, я… справлюсь.
— Тогда быстренько одевайся, а я пойду на конюшню. Я буду ждать тебя там. И будет лучше, если никто в доме не будет знать до утра, что мы уехали.
— А кузина Эйврил?
— Если она хватится тебя и начнет волноваться, так поделом ей! Она не имела права предлагать тебе такое!
Он хотел добавить еще что-то, но передумал из опасения, что Лаэла снова расстроится.
Вместо этого он нежно поцеловал девушку и сказал:
— Иди собирайся. Все остальное предоставь мне. Обещаю тебе, все будет хорошо.
Глаза Лаэлы светились, словно две звездочки. Она прижалась к нему и тихо прошептала:
— Но ты уверен, что это не навредит… тебе? Ведь ты никогда не получишь… рекомендации от кузины Эйврил!
— Обойдусь как-нибудь и без нее. Ни о чем не волнуйся. Сейчас главное уехать отсюда! — Он еще крепче обнял ее. — Я люблю тебя, Лаэла!
Маркиз подошел к двери и открыл ее:
— Закройся, пока будешь собираться, — так, на всякий случай.
В глазах Лаэлы он снова увидел страх.
— Я быстро! Я мигом буду готова, — ответила она и улыбнулась ему.
Выйдя в коридор, маркиз почти бегом направился в свою комнату. За несколько секунд он уложил свой небольшой багаж и достал деньги из тайника, быстро спустился по лестнице и направился к конюшне. Маркиз был почти уверен, что Уэйнрайт уже спит. Но к его величайшей радости, он застал управляющего конюшнями за его любимым занятием — тот сидел в комнате, где хранилась упряжь, и изучал объявления в спортивных газетах.
— Привет, Лайон! — воскликнул он, увидев входящего маркиза. — Не ожидал увидеть тебя здесь так поздно.
— Я надеялся застать вас здесь. — Маркиз подошел к Уэйнрайту и положил перед ним две банкноты по десять фунтов. — Мне нужна ваша помощь. — сказал он. Затем достал еще пять бумажек такого же достоинства и положил их отдельной стопкой: — Вот гарантия того, что я верну вам в целости и сохранности то, что я собираюсь попросить у вас на время.
Уэйнрайт с изумлением взирал на него.
— И что же вы хотите? — произнес он наконец.
— Мне нужна дорожная коляска и две лошади, лучшие из тех, что у вас есть.
— Вы с ума сошли! Как я могу отдать их вам?
— Я считал, что вы доверяете мне! И клянусь честью они вернутся к вам в том же состоянии, в каком я забрал их. Да, еще! Нежелательно, чтобы сэр Перси узнал об их временном отсутствии.
Последовало долгое молчание. Маркиз в упор смотрел на управляющего, вложив всю силу воли и решимость в этот взгляд, — так, как он когда-то делал это на войне.
Наконец Уэйнрайт сдался.
— Хорошо, Лайон. Может быть, я и последний дурак, что доверяюсь вам, но не сомневаюсь — вы не подведете меня.
— Я обещаю вам это! — ответил маркиз. — Я дам вам сейчас чек на полную сумму стоимости лошадей и коляски. Правда, там будет стоять другая фамилия, не Лайон. И все же, случись что-нибудь, будет лучше, если вы будете знать обо мне как можно меньше.
Неожиданно Уэйнрайт рассмеялся:
— Я всегда подозревал, Лайон, что вокруг вас есть какая-то тайна. Но вижу, теперь вам недосуг беседовать со мной!
Он собрал деньги со стола и положил их в карман. Затем громко подозвал дежуривших конюхов. Когда Лаэла прибежала на конюшню, коляска была уже готова. Две лучшие лошади сэра Перси были впряжены в нее. Коляска была совсем новой — ее купили всего три месяца назад. Увидев девушку, маркиз заторопился навстречу и забрал у нее вещи.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28
 https://sdvk.ru/Firmi/Gustavsberg/ 

 Piemme Crystal Marble Biancospino