https://www.dushevoi.ru/brands/Caprigo/ 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Единственным, что превращало любого животного в злого демона, была попытка причинить вред его детенышам. А эти щенки, которые производили такой шум, были дикими собаками. Мы хорошо знали их, охотящихся стаями, и наводивших ужас на травоядных. Мы наблюдали, как они следуют за стадами антилоп и бизонов и режут телят, стариков и больных. Они и нас преследовали не однажды. Я видел как одна женщина из нашего племени, была загнана ими у самого леса. Если бы она не была измотана бегом, она могла бы укрыться на дереве. Она и попыталась, но не удержалась и упала на землю. Они разорвали ее на куски. Мы смотрели друг на друга всего одно мгновение. Крепко держа нашу добычу, мы помчались к лесу. Оказавшись в безопасности на высоком дереве, мы показали друг другу щенков и рассмеялись. Как видите смех никогда не покидал нас, чтобы не случилось. Началась одна из самых трудных работ какой мне доводилось заниматься - мы понесли щенков к нашей пещере. Вместо того, чтобы использовать руки по прямому назначению - карабкаться по деревьям, нам приходилось большую часть времени удерживать ими наших барахтающихся пленников. Один раз мы попробовали идти по земле, но была загнаны назад отвратительной гиеной, которая следовала за нами внизу. Это была мудрая гиена. Вислоухий кое-что придумал. Он вспомнил, как мы связывали охапки листьев, чтобы отнести их домой для подстилок. Сорвав несколько гибких прутьев, он связал своему щенку лапы, а затем повесил его себе на шею и закинул на спину. Это освободило ему руки и ноги. Он возликовал, и не дожидаясь пока я закончу связывать моего щенка, помчался вперед. Однако, его подстерегала одна трудность. Щенок не был прикреплен к спине Вислоухого Он раскачивался из стороны в сторону и в конце концов оказался спереди. Его зубы не были связаны и в ту же секунду он впился ими в мягкий незащищенный живот Вислоухого. Он издал вопль, едва не упал и судорожно вцепился в ветку обеими руками, чтобы спасти себя. Лоза вокруг его шеи сломалась, и щенок, со все еще связанными лапами, упал на землю. Гиена приступила к обеду. Вислоухий был в бешенстве. Он обругал гиену и удалился. У меня не было никакой причины нести щенка к пещере, за исключением того, что я этого ХОТЕЛ, и я не отступился. Я намного облегчил себе задачу, развив дальше идею Вислоухого. Я не только связал щенку лапы, но еще просунул палку ему через челюсти и надежно связал их. Наконец я притащил щенка домой. Полагаю, что мое упрямство превышало средний уровень в племени, иначе я бы не добился успеха. Все смеялись надо мной, когда увидели как я тащу щенка по склону утеса в свою маленькую пещеру, но я не обратил на это внимания. Мои усилия были вознаграждены, щенок был у меня. Это была игрушка, которой не было ни у кого. Он быстро учился. Если я играл с ним, а он кусал меня, я бил его по ушам, и после этого он долго не пытался укусить меня. Я проводил с ним все свое время, я был совершенно поглощен им. Он был чем-то новым, а отличительной особенностью моего народа была любовь к новому. Когда я у видел, что он отказывается от плодов и овощей, я наловил для него птиц, белок и молодых кроликов. (Мы любили мясо не меньше овощей, мы были всеядны, и имели большой опыт по части охоты на мелкую дичь). Щенок ел мясо и быстро подрастал. Насколько я понимаю. он был у меня чуть больше недели. И вот, вернувшись однажды в пещеру с гнездом, полным только что вылупившихся фазанов, я обнаружил, что Вислоухий убил щенка и уже начал его есть. Я прыгнул на Вислоухого, пещера была небольшой, и в ход пошли зубы и ногти. Вот так, дракой, закончилась одна из самых ранних попыток приручения собаки. Мы вырывали волосы клочьями, царапались, кусались и наносили друг другу удары. После этого мы надулись друг на друга, а потом помирились и доели щенка. Сырым? Конечно. У нас еще не было огня. И наш подъем по лестнице эволюции до приготовления пищи на огне еще долго вел по туго скрученной спирали времени.
ГЛАВА IX
Красноглазый был пережитком прошлого. Он был главным дезорганизующим элементом в нашей орде. Он был более примитивен, чем любые из нас. Он был чужд нам, а мы были пока настолько примитивны, что не были способны объединить наши усилия и убить его или прогнать прочь. Такой же дикий как и наше примитивное сообщество, он, однако, был слишком необуздан, чтобы жить вместе с нами. Он подвергал опасности разрушения нашу орду своими антиобщественными действиями. Он и в самом деле был возвратом к более раннему типу, и его место было скорее с Древесными Людьми, чем с нами, бывшими на пути превращения в людей. Он был чудовищно жесток, а такая характеристика в те времена говорила о многом. Он бил своих жен - не потому, что у него когда-нибудь было больше одной жены одновременно, а из-за того что он был женат много раз. Женщины не могли с ним жить и все-таки им приходилось с ним жить по принуждению. Никто не осмеливался противоречить ему. Не было мужчины достаточно сильного чтобы выступить против него. Часто меня посещают воспоминания о тихих часах перед сумерками. С водопоя и морковной поляны, с ягодного болота племя толпой выходило на площадку перед пещерами. Мы не смеем задерживаться здесь дольше, из-за приближения страшной темноты, когда мир погружается в пучину кровожадной резни, в то время как предвестники человека скрываются, дрожа в своих берлогах. И все же у нас есть несколько минут перед тем, как мы вскарабкаемся к нашим пещерам. День утомил нас, и мы издаем приглушенные звуки. Даже детеныши, все еще жадные до забав и проделок, сдерживают себя и играют без прежней охоты. Ветер с моря затихает, и тени удлиняются вместе с заходом солнца. В это время, внезапно, из пещеры Красноглазого раздается дикий крик и звуки ударов. Он бьет свою жену. Сначала мы замолкаем в страхе. Но так как удары и крики не стихают, в нас вспыхивает безумный и беспомощный гнев. Видно, что мужчины возмущены действиями Красноглазого, но они слишком боятся его. Удары прекращаются. Глухой стон замирает, в то время как мы тараторим между собой, а унылые сумерки надвигаются на нас. Мы, для которых большинство происшествий превращалось в шутку, никогда не смеялись во время избиений Красноглазым своих жен. Мы слишком хорошо понимали весь ужас их положения. Не один раз по утрам у подножия утеса, мы находили тела его жен. Он сбрасывал их туда из пещеры после того как они погибала. Он никогда не хоронил своих жертв. Заботу об удалении тел, которые отравляли наше стойбище, он оставлял племени. Обычно мы сбрасывали их в реку ниже последнего водопоя. Не один Красноглазый убивал своих жен, но он еще убивал и из-за них, для того чтобы получить их. Когда он хотел новую жену и останавливал свой выбор на жене другого мужчины, он незамедлительно убивал этого человека. Два таких убийства я сам видел собственными глазами. Все племя знало об этом, но ничего не могло сделать. В нашей орде еще не было никого, кому мы могли пожаловаться. У нас были определенные обычаи, и мы обрушивали свой гнев на тех несчастных, которые их нарушали. Если, например, кто-нибудь загрязнял водопой любой очевидец мог проучить его, точно также тот, кто преднамеренно подавал ложную тревогу, получал немало затрещин. Но Красноглазый нагло нарушал все наши обычаи, а наш страх перед ним не позволял нам объединиться и дать ему отпор.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28
 дешевые душевые кабины с высоким поддоном 

 Imagine Микс